«Но украшения и драгоценности, которые я им должен был дать, находятся в моем сейфе».
«Послушайте, вы действительно полностью забыли о себе и своих проблемах, когда читали мантры?»
«Именно поэтому я сейчас здесь все еще нахожусь».
«Тогда не о чем беспокоиться. Бог позаботится об этой ситуации. Если во время чтения имени Господа происходит нечто плохое, пусть так и будет, так как не делай вы этого, случилось бы худшее».
Они сели в свою повозку, запряженную лошадью, и поспешили в город. Добравшись до своего дома, он с тревогой спросил, что здесь произошло. Этот вопрос привел в недоумение всех окружающих.
«Что с вами? — удивились они. — Церемония закончилась. Все прошло прекрасно».
«Но я же был на другом берегу Ганга, и у меня были с собой ключи. Что с украшениями?»
«Вы сами отдали эти украшения. Вы что, потеряли память?»
Пришла его жена и сказала:
«Ты подарил украшения за десять минут до начала церемонии. Сейчас церемония уже закончена, и все сидят за столом».
Однако те четверо человек, что были вместе с ним, подтвердили его слова о том, что он был в то время у меня и читал мантру. «Одно из двух, — сказали они, — либо вы все сошли с ума, либо мы». Они были совершенно сбиты с толку, так как не могли увязать услышанное с тем, чему сами были свидетелями. Гопинатх полностью утратил свое душевное равновесие.
«Я — Гопинатх, — сказал он. — Но кто был тот другой Гопинатх, который приходил сюда».
Явившись на следующий день к себе на службу, Гопинатх не мог разговаривать ни о чем другом, он задавал один и тот же вопрос.
«Ведь я же единственный Гопинатх, — твердил он все время. — Так скажите мне, кто же это мог быть?»
Три года его неотвязно мучил этот вопрос. Из-за этого ему пришлось подать в отставку на службе.
Жена Гопинатха приходила поговорить со мной, но я не в силах был ничем помочь.
«Он говорит с вами?» — спросил я ее.
«Да, — ответила она, — но он все время задает вопрос: «Скажи, дорогая, кто был тот другой Гопинатх? Он выглядел точно также, как я?»«
После этого случая много людей сразу же бросилось ко мне. Они приходили со словами, что я — великий мудрец и чудотворец. Я же убеждал их в своей полной непричастности к случившемуся. Никто — ни я, ни они — не знал, что произошло. И я, правда, не знаю, как такое могло быть.
Позже я спросил у своего учителя, что это могло быть, и он ответил, что полностью убежден в том, что такой факт имел место, и что возможно один из мудрецов нашей традиции помог Гопинатху, потому что тот был полностью погружен в чтение имени Бога.
Этот случай позволил мне лично убедиться в том, что мудрецы проявляют доброту, оказывают покровительство и защиту по отношению к тем, кто предан Богу. Впоследствии я не раз бывал свидетелем того, что мудрец, живущий в Гималаях, может оказываться в любой точке земного шара.
Во время нашей поездки в Ришикеш в 1973 году мы остановились в одном из отелей Нью Дели. Там я встретил доктора Рудольфа Баллентайна, психиатра, ранее занимавшего должность профессора медицинского факультета в одном из университетов США. Он только что прибыл через Пакистан из турне по странам Среднего Востока. Доктор Баллентайн начал рассказывать мне об одном случае, который произошел с ним на площади Коннатх, знаменитом торговом центре в Нью Дели. Какой-то незнакомец окликнул его по имени, а затем вдруг сообщил ему имя его любимой женщины, жившей в Англии.
«Откуда вам могут быть известны такие вещи?» — поразился доктор.
В ответ незнакомец назвал ему дату его рождения и имя его деда, а затем поведал нечто личное, чего никто другой кроме самого доктора Баллентайна не мог знать.
«Это и есть тот самый человек, ради которого я приехал в Индию», — подумал доктор.
Между тем незнакомец попросил пять долларов, и доктор дал ему эту сумму. Этот человек все время озирался по сторонам, потому что боялся попадаться на глаза полиции, где на него был объявлен розыск. Он сказал:
«Подождите меня здесь. Я сейчас вернусь».
Доктор прождал его полчаса, но тот так и не появился.
«Это был великий человек, Свамиджи», — сказал мне доктор.
«Что же такого он совершил?»
«Он рассказывал совершенно личные вещи обо мне, хотя мы с ним никогда не были знакомы».
«Но вам то ведь все эти вещи уже были известны?»
«Да».
«Так что же особенного он сделал? Если кто-то знает то, о чем вы думаете, тогда, очевидно, вы и сами об этом знаете. Такое знание никак не поможет вашему совершенствованию. Подобные способности могут на какое-то время привести в изумление, но они никак не могут помочь вам в вашем саморазвитии».
Людей, подобных тому, с которым столкнулся доктор Баллентайн, можно часто встретить на площади Коннатх, где они, выдавая себя за садху, рассказывают людям их прошлое и будущее. Они учатся умению делать подобные трюки, просто ради того, чтобы заработать себе на жизнь. Наивные туристы принимают их за великих мудрецов. Таким туристам никогда не добраться до тех мест, где живут настоящие мудрецы. Что же касается этих фокусников, то они лишь порочат понятие духовности и самих духовных людей.
После нашего знакомства доктор Баллентайн присоединился к нашей группе. А когда мы покинули Индию, он еще на несколько месяцев остался в Индии, изучая школы индийской медицины в Ришикеше и других местах. По возвращении в США он отыскал нас и сейчас возглавляет работу по Программе комбинированной терапии в нашем институте.
XI. ЦЕЛИТЕЛЬНАЯ СИЛА
Сила самоисцеления скрыта в каждом из нас. Нужно лишь раскрыть в себе ее возможности, и это позволит самому исцелять себя. Совершенно бескорыстный и преданный Богу человек может лечить кого угодно. Высочайшее искусство врачевания заключается в достижении освобождения от всех страданий.
Мое первое знакомство с целительством
В возрасте двенадцати лет я вместе со своим учителем совершал пешее путешествие по равнинам Индии. Однажды мы остановились на железнодорожной станции в Этахе, где мой учитель подошел к начальнику станции и сказал:
«Мой мальчик очень голоден. Пожалуйста, дайте ему немного еды».
Начальник станции пошел к себе домой, чтобы принести оттуда что-нибудь съестное. Однако дома на него набросилась жена:
«Тебе известно, что наш единственный сын болен оспой. А ты занят тем, что носишь пищу каким-то бродячим садху. Мой сын умирает! Убирайся прочь из дома! У меня горе».
Он вернулся с вытянувшейся физиономией и стал оправдываться:
«Что я мог поделать? Моя жена говорит: «Если это настоящий свами, то почему бы ему не войти в наше положение и не исцелить сына? Разве у него нет сердца? Наш единственный сын умирает, а ты занят тем, что носишь кому-то пищу»«.
Мой учитель улыбнулся и велел мне следовать за ним. Мы подошли к дому начальника станции. Моему учителю был брошен вызов, он всегда наслаждался такими ситуациями. Однако я стал жаловаться:
«Я голоден. Когда мы поедим?»
«Тебе придется подождать», — сказал он.
Я часто жаловался на голод. Нередко я начинал плакать со словами: «Ты не кормишь меня», а иногда даже убегал прочь в слезах. Однако он приучал меня к терпению.
«Ты сейчас расстроен, — сказал он мне. — Подожди пять минут и твое плохое настроение пройдет. В такой ситуации самое правильное ждать».
Однако я продолжал жаловаться, и женщина хотела выгнать меня из дома. Я впервые в своей жизни увидел человека, больного оспой. Все тело у мальчика, даже лицо, было в больших нарывах, из которых сочился гной. Мой учитель сказал родителям:
«Не волнуйтесь, через две минуты ваш мальчик полностью поправится».
Взяв стакан воды, он трижды обошел вокруг кровати, на которой лежал мальчик, а затем выпил воду. После этого он повернулся к женщине и произнес:
«Ну вот, теперь ваш мальчик поправляется. Разве вы не видите?»
К нашему изумлению нарывы на мальчике начали исчезать, но к моему ужасу они в то же самое время стали появляться на лице моего учителя. Я страшно испугался и начал плакать.
«Не бойся, — успокаивающим тоном сказал мне мой учитель, — со мной ничего не случится».
Спустя две минуты лицо у мальчика полностью очистилось, и мы покинули этот дом. Я шел за моим учителем до тех пор, пока мы не подошли к банановому дереву. Здесь он сел, и вскоре нарывы у него стали исчезать, но в то же время появляться на дереве. А спустя еще десять минут их не стало и на дереве. Когда я увидел, что с моим учителем все в порядке, я крепко обнял его и расплакался.
«Не делай так больше, — упрашивал я его. — Ты очень плохо выглядел, и это испугало меня».
Через какое-то время множество людей бросилось на наши поиски.
«Мы совершили что-нибудь дурное?» — спросил я.
«Нет, — сказал мне он. — Пойдем со мной».
