— Англичане умоются кровавыми слезами! — Запальчиво выкрикнул относительно юный отрок из знатного и древнего, но весьма бедного индийского рода, четко расслышавший лишь пару слов из речи пьяного наемника-бандита. Ему повезло выжить в своем первом настоящем бою, но совсем уж невредимым парень не остался. Близкий разрыв гранаты, причем кажется гранаты своей же, почти лишил слуха молодого аристократа и вызвал у того жестокую контузию, из-за которой молодой боевой маг второго ранга чувствовал себя нехорошо и мог в любой момент сблевать…Но старательно держал марку, показывая всем вокруг, какой он могучий и доблестный воитель, достойный своих предков. — Мы будем резать их! Жечь! Закапывать живыми в землю! До тех пор, пока ноги наши не омоет океан, а все чужаки не будут изгнаны с земель наших предков!
— А ну цыц, юнец! Разорался тут… — Удар кулаком по столу могли бы и проигнорировать, но дождь из щепок, обдавший источник звукового загрязнения, был куда более наглядным и вещественным аргументом. Ведь столы в ресторане были прочные, блестящие и каменные. Однако широкоплечий кшатрий, в чьих темных волосах и большой лопатообразной бороде пробивалась обильная седина, был по-настоящему силен и искусен. Ну, раз уж его единственная рука с такой небрежной легкостью испортила воистину монументальный предмет мебели. Второй верхней конечности у воина-аристократа не было, во всяком случае, ниже плеча. Только ком из бинтов, местами потемневший от пропитавшей их крови. — Мой лучший друг сегодня погиб из-за такого же самоуверенного нахального сопляка, как и ты…Лезете вперед, не глядя по сторонам, и прикрывай вас, идиотов…
Схвативший за рукоять своей сабли юноша, чье лицо перекосилось от гнева, впился гневным взглядом в обидчика, пытаясь в считанные мгновения проанализировать и его ауру, и явно подпортившуюся из-за полученной травмы боеспособность, и знаки указывающие на принадлежность к определенному роду и положение в этом самом роду…Парень очень хотел дать выход своему бешенству, но был недостаточно туп, чтобы бросать вызов куда более искусному воителю, способному раздавить его походя. Ведь начавший седеть воитель был истинным магом, пусть даже не особо сильным…Слабым, откровенно говоря, если с другими обладателями четвертого ранга сравнивать. Но все равно таких вот молодых и горячих учеников он должен был укладывать пачками и за счет превосходства собственных сил, и за счет явно громадного опыта. Вдобавок украшающие его доспех знаки очень плохо читались из-за не до конца отчищенной местами кровавой грязи, и было бы очень плохой идеей оскорблять представителя достаточно знатного рода, что ради сохранения своей чести и во имя поддержания безупречной репутации просто вырежут все семейство провинциальных и откровенно нищих аристократов…
— Кабатчик, лучшего нам вина! — Открывшаяся дверь вряд ли могла вызвать интерес у посетителей ресторана, но вот речь на ломанном английском, звучавшим с отчетливым акцентом, сработала здесь и сейчас не хуже выстрела…Хотя нет, лучше, гораздо лучше, ибо устроенную по светильникам пальбу присутствующие, за исключением пугливо ежащихся официантов, удостоили лишь вялого интереса. Ибо могли поголовно проигнорировать случайный рикошет. — Мы сегодня свое новое рождение празднуем!
Вошедший в ресторан бледнокожий даже по меркам европейцев рыжеволосый мужчина был одаренным второго ранга, но его иссеченные доспехи, несмотря на свой весьма потертый внешний вид, больше подошли бы какому-нибудь влиятельному истинному магу, а то и мелкому лорду. Пластинчатый доспех, обильно покрытый небольшими царапинами и насечками, содержал в себе раза в пять больше силы, чем его носитель. Но в районе грудной клетки был продырявлен чем-то крупным и круглым, открывая вид на потертую рубаху. Прицепленный к поясу шлем, напоминающий инкрустированное хрустальной пластиной черное лакированное ведро, точно не был частью единого комплекта, хотя энергии содержал никак не меньше. Штаны и сапоги этого типа были попроще, но тоже явно из очень недешевых даже по меркам отдыхающих в ресторане кшатриев. А о том, что за меч покоился в прицепленных к поясу ножнах, оставалось лишь догадываться, ибо те скрывали самих себя и свое содержимое от не слишком-то искусных попыток сканирования. Зато вот висящая за плечами автоматическая винтовка особых вопросов не вызывала — подобное оружие часто встречалось у элитных солдат англичан, и его убийственную мощь полностью игнорировать могли разве только магистры. Вслед за лидером-иностранцем в помещение зашло шестеро индусов, одетых в похожем стиле: разнородные артефакты и хорошее оружие. По мнению многих из присутствующих — слишком хорошее для тех, в чьих аурах собственной магической силы не имелось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Чужак, — скривился бывший, но возможно и будущий, бандитский атаман, используя прекрасно ему знакомый английский язык и стремительно трезвея. Этим очень полезным умением он овладел не то, чтобы в совершенстве, но на вполне достаточном уровне, дабы выигрывать маленькие, но все же таки добавляющие авторитета соревнования по выпивке и выходить победителем из пьяных потасовок с собутыльниками. — А эти еще и простолюдины…Пошли вон, грязная чернь! Здесь таким как вы не место!
Воевать ему не понравилось, несмотря на то, что плата была обещана очень щедрая, причем от жреца Кали и именем Кали, а более надежных гарантий он просто не знал. В одной единственной битве ему пришлось чаще рисковать своей головой, чем за несколько лет спокойного и методичного занятия бандитизмом. А вот если бы он нарвался на дуэль с иностранцем и прикончил его, то смог бы заполучить его оружие и доспехи, которые за исключением панциря были весьма хороши. Да и тот возможно получится подлатать или хотя бы дорого продать какому-нибудь артефактору на материалы… В своей победе бывалый разбойник почти не сомневался — он был сильнее на целый ранг, да вдобавок в ауре противника имелось как-то маловато жизненной энергии, что свидетельство о серьезном упадке сил.
— Пасть заткнул, а не то я тебе её самолично вырву, — как-то удивительно буднично и без эмоций отозвался рыжеволосый, оглядываясь в поисках свободного столика. Которых, кстати, не было. — Эти солдаты сегодня захватили чертов летучий корабль, и они сегодня получат лучшее вино этого города и лучших его шлюх или я не Эрик, мать его, Гримсон!
— Пф, нацепил на себя доспех с чужого плеча и вообразил себя великим воителем, мерзавец? — Продолжал нарываться атаман банды, медленно вставая со своего места. — Думаешь, если рядом с тобой кого-то удачно убило ядром, то это делает тебя…Крх…
Бросок черного каменного кинжала, возникшего в руках рыжеволосого непонятно откуда, он увидеть успел. И успел уклониться, а также поставить перед собой надежный защитный барьер из сгущенного воздуха ну просто на всякий случай. И еще успел порадоваться своей предусмотрительности, поскольку оружие в сторону вильнуло…А после небольшой но удивительно тяжелый клинок глубоко вонзилось в живот солдата удачи с преступным прошлым, легко пропоров его доспехи и одной лишь силой удара отбросив атамана на несколько метров. Причем корчащийся на полу от боли бандит с ужасом ощутил, как силы покидают его, жизненные силы, безжалостно высасываемые артефактным лезвием. Его бывший соперник в стрельбе по светильникам с криком рванул из-за стола, вскидывая массивный полуторный меч…И оказался с размаху впечатан в стену, да так, что содрогнулась если и не сама стена, то по крайней мере вделанные в неё окна, поскольку его руку с оружием рыжеволосый европеец перехватил, а после использовал в качестве рычага, добавляя к набранной индусом инерции свою собственную силу.
— Это мои доспехи, но да, ядром меня действительно убило удачно, — хмыкнул иностранец, устраиваясь на нагретый атаманом стул. Кинжал сам собою вылетел из раны стонущего на полу от боли наемника-бандита и влетел в руку владельца, на чьей спине, как оказалось, была еще одна большая дыра в латах. С выгнутыми наружу кусочками металла. — Сдох без мук, а после повезло воскреснуть. Причем на корабле, который мои парни все-таки сумели захватить.
