за Нико и за свою неспособность ответить на его вопрос. Что, если он прав? Разве я сама не задавала себе тот же самый вопрос, причем неоднократно? Я пыталась от него уйти, потому что у меня есть другая жизнь, потому что ожидается, что я к ней вернусь. Я здесь не по наущению свыше. Ничего из этого не должно было произойти, я сильно ошиблась бы, если бы отнеслась к этому как к знаку, если бы придала своей жизни здесь слишком много смысла, не говоря о том, чтобы изменить вследствие этого всю свою жизнь. Я насмотрелась на то, как люди совершают дурацкие ошибки и потом рвут на себе волосы.
– Я устала, – сознаюсь я. – Так устала, что даже не могу думать.
– Я еще раз прогуляюсь с вами через двор, когда вы будете готовы. Боюсь, жизнь без вас здесь будет… в чем-то неполной. Другой. Пустоватой… Простите, если это не то, что вы хотели услышать, Ферн, но я этот день никогда не забуду. Я про тот день, когда буду провожать взглядом вашу машину.
Ни он, ни я не делаем попыток встать; мы оба лежим на спине и смотрим вверх, туда, куда не проникнуть невооруженным взглядом. В конце концов ломота от неудобного лежания гонит нас вниз. Мы спускаемся в дружелюбном молчании.
Оба мы пребываем в смятенных чувствах. Правда, меньше чем через двенадцать часов к нам пожалует особенный гость, встречу с которым все предвкушают. Патриция – женщина сдержанная, даже тихая, но за свое короткое пребывание здесь она успела познакомиться буквально со всеми.
Надеюсь, через несколько часов сна, и Нико и я станем веселее. Нет смысла горевать из-за того, что мы не в силах изменить. Пора, наверное, признать, что у судьбы есть свой план.
25. Неожиданный рождественский подарок
Марго командирскими жестами направляет всех нас куда требуется: в гостиную, готовить ее к праздничному французскому буфету. Ребята собрали зелени, Пирс вызвался помочь Бастьену срубить рождественскую елку.
– Кривовата, – заключаю я, когда они показывают мне свою добычу. – Не беда, достаточно будет повернуть ее вот так… – Я показываю, как спрятать лысое место. – Молодцы, отлично!
Оба страшно довольны собой, их лица еще красны от усилий и от морозного ветра.
Сеана уже распаковывает елочные украшения и раскладывает их на диване. Келли, Тейлор и Ди-Ди вяжут на козлах букетики остролиста, плюща и омелы. Нико, забравшись на лесенку, развешивает их на толстых дубовых стропилах, беря из рук Одиль.
Чудесно наблюдать этот совместный труд, слушать их веселую болтовню.
Дверь кухни открывается, у меня тут же начинают течь слюнки от запаха жарящегося в духовке мяса.
– А музыка? – напоминает Марго, ставя на стол два блюда.
Бастьен заталкивает в ведро последний камень для закрепления ствола елки, пока Пирс его поддерживает.
– Сейчас решим, Марго! – отвечает Бастьен. – Помощь нужна? – Бастьен очень добросердечен и всегда готов помочь.
– Обязательно! Так много еще не сделано! – Сегодня она во всем черном, как обычно, не считая синего платочка на шее. Это говорит о том, что она собирается распустить волосы и танцевать.
Часы тикают, но обстановка замечательная. Все отдыхают от работы, чувствуется, что праздник уже начался.
Я счастлива, что нас решила навестить Патриция, ради нее и в ее честь все стараются вовсю. Когда она была здесь, я переживала, что она сторонится групповых занятий, зато на индивидуальных уроках она ни для кого не жалела времени. Я предвкушаю знакомство с ее мужем. Потом они отправятся отмечать Рождество в свой коттедж. Для нее, конечно, облегчение, что он опять может вести машину.
– Я сбегаю в сад, хочу чем-нибудь расцветить центр стола, – предупреждаю я Сеану. Она улыбается до ушей, чувствуется, что настроение у нее праздничное. – Одна нога здесь, другая там. Потом помогу украшать елку. Там еще остались цветущие розы, их защитила высокая стена. Не сомневаюсь, Нико будет только рад, если я их спасу для всеобщего удовольствия.
– Отличная мысль! – одобряет она. – Цветы зимой – настоящее сокровище.
Мы киваем друг другу. Я замечаю, что после появления Пирса она буквально расцвела. Странно, что я не видела этого раньше. Он тоже расправил плечи, но я все больше пониманию, что этот человек строго следует своему кредо. «Порядок – это все» – вот его любимая мантра, он не успокоится, пока порядок не восторжествует на каждом квадратном сантиметре.
Я гадаю, чем вызван душевный подъем Сеаны: благодарностью Пирсу, взявшему на себя немалую часть обязанностей Нико, или личными причинами. Было бы замечательно, если бы между ними пробежала искра приязни. Одиночество – ужасная вещь, и двум этим трудоголикам было бы полезно проявить внимание друг к другу.
На ходу я пишу сообщения – быстрые ответы Оуэну и Ханне на их отклики в одну строчку. Вчера утром Эйден в Скайпе снова был совсем невесел. Думаю, чем дальше, тем сильнее ему не хочется ставить точку в нынешнем проекте. Он привязался там к нескольким людям, особенно к одной семье. Он помогал им восстановить дом после пожара и теперь чувствует себя виноватым, отправляясь в путешествие ради чистого удовольствия. Но его статус в Мексике по закону страны не может превысить двадцати четырех недель; визы волонтерам подразумевают безвозмездный труд, и, оставшись дольше, он нарушит закон.
Но больше всего я опасаюсь изменений в его отношениях с Джосс. Он никогда о ней не заговаривает, но она всегда присутствует на заднем плане. Мне всегда больно думать об Эйдене. Нико спрашивал, что будет, если, вернувшись домой, я столкнусь с тем, что там все изменилось. Что, если изменится мужчина, за которого я вышла замуж, – настолько, что я перестану его узнавать? Мне нужно помогать людям; я выстроила для себя эту роль как дочь, сестра, жена, домашняя хозяйка. Но сейчас они обходятся без меня; когда я вернусь, оба мы начнем с того места, где прервались. Не почувствуем ли мы себя чужими друг другу, пока не научимся снова быть парой, любовниками, как раньше?
Джосс производит на меня впечатление свободной души, старающейся сполна проживать каждый новый день. Если судить по тому немногому, что я слышала от Эйдена, она свободна и одинока, то есть обходится без мужа и без домашних обязанностей. Жизнь легка, когда приходится ублажать одну себя.
Но, может быть, Эйдена это вдохновляет, а то и возбуждает? Всю свою взрослую жизнь он провел в твердых отношениях; не изменился ли он с момента нашей разлуки?
Я нахожу наконец в саду то, что искала, – островок ярких красок в дальнем углу, где сходятся две высоких каменных стены. Отодвигая побеги зимнего жасмина, я составляю букетик из алых цветов. Их аромат пробивается сквозь сладкий запах цветущего жасмина. Я застываю, вдыхая его вместе с холодным воздухом. У меня сводит зубы, но как пьянит
