Читаем без скачивания Маски времени - Роберт Силверберг

— Мы пытаемся вывести коэлентарии, — пояснила Астер. — То, что мы имеем здесь — это свободно-плавающий анемон. У коэлентарии нет плавников, а у этих есть, и они знают, как их использовать. Мы не планировали плавники, они появились спонтанно. На лицо фантом сегментной структуры тела, а это принадлежит уже к высшим типам. Метаболически, этот вид способен приспосабливаться к окружающей среде лучше, чем другие беспозвоночные. Они могут жить и в пресной, и в соленой воде. Их температурный спектр превышает сто градусов. Они потребляют любую пищу. То есть, мы получили супер-коэлентарию. Нам очень хочется проверить, как они будут жить в естественных условиях и запустить их в пруд, находящийся неподалеку, но если честно, мы боимся лишиться своих экземпляров. — Астер самодовольно улыбнулась. — Мы пытались синтезировать позвоночных, но с меньшим успехом. Здесь…

Она указала на бункер, где на дне лежало маленькое коричневое существо, время от времени хаотично передвигавшееся. У него были две руки без костей и одна нога. Судя по всему нехватавшей ноги не было вообще. Оно очень напоминало грустную саламандру. Похоже, Астер очень гордилась им, потому что у него был хорошо развитый скелет, отличная нервная система, удивительно хорошо посаженные глаза и полный комплект внутренних органов. Но я не узрел никакого сходства с собой. Над этим еще работали. Между тем, все эти существа создавались поэтапно из основного генетического материала, количество которого явно ограничивало размах эксперимента.

Астер попала в свою сферу, поэтому неутомимо водила нас по ярко освещенным комнатам мимо гигантских замораживающих колб и зловеще мерцавших центрифуг, вдоль ниш, заставленных фракционными колоннами, через пристройки, где деловито шумели механические мешалки в баках, наполненных темной радужной жидкостью. Мы смотрели в длинные фибротелескопы, чтобы разглядеть замкнутые пространства с определенным освещением, температурой, излучением и давлением. Нам показали микрофотоснимки взрывов электронов и темно-красные голограммы таинственных клеточных образований. Астер сопровождала экскурсию словами, имевшими определенное значение — научными терминами. Мы слышали названия типа: фотометрическое титрование, платиновый тигель, гидравлические плетизмографы, роторные микроатомные денситометры, электрофорезные камеры, коллоидные сумки, инфракрасные микроскопы, флуориметры, кардиотахометры. Это был ни с чем не сравнимый, замечательный словарь. Астер старательно объясняла, как образуются белковые цепи, как они копируются. Она излагала все просто и красиво. Я был полностью очарован.

Показывая нам все это, Астер преследовала одну цель — спровоцировать Вонана на комментарии. Астер знала, что в эру Вонана жили какие-то получеловеческие существа, о которых он как-то упоминал. Приближенцы. Естественно, Астер очень хотелось узнать о них побольше, но она, естественно, ничего не узнала. Теперь она снова попыталась, но с тем же успехом. Апокалипсист по-прежнему вежливо молчал. Он задал пару вопросов о том, когда по предположениям Астер она планирует получить имитации человека. Астер задумалась.

— Лет через десять-пятнадцать, — ответила она.

— Если мир столько просуществует, — лукаво заметил Вонан.

Мы рассмеялись больше от того, что снялось внутреннее напряжение, чем от того, что это было смешно. Даже у Астер, у которой вообще не наблюдалось ничего похожего на чувство юмора, на лице вспыхнула тонкая улыбка. Она обернулась и показала на бункер, вмонтированный в капсюль давления.

— Это наш самый последний проект, — сказала она. — Я точно не знаю, как обстоят дела сейчас, потому что отсутствовала в лаборатории с января месяца. Это попытка синтезировать эмбрион млекопитающего. У нас имеется несколько эмбрионов на различных стадиях развития. Если вы подойдете поближе…

Я пригляделся и рассмотрел ряд рыбоподобных существ внутри маленьких ограниченных мембранами ячеек. У меня все напряглось в животе при виде этих большеголовых крошечных созданий, созданных из смеси аминокислот, тянувшихся к стадии завершенности. Это подействовало даже на Вонана.

Ллойд Колф пробормотал что-то на непонятном мне языке. В его голосе слышалось страдание. Я посмотрел на него и заметил, что он весь напрягся, подняв одну руку под острым углом к груди. Другая показывала куда-то вдаль. Словно он исполнял какую-то партию из балета и замер посреди очередного пируэта. Потом он издал какой-то булькающий гортанный звук и упал вперед на каменный лабораторный стол. Он конвульсивно попытался за что-то схватиться, и на пол полетели колбы и форсунки. Его мощные руки вцепились в край маленького бункера, и тот перевернулся, выплеснул десяток искусственных коэлентарий. Они извивались возле наших ног. Ллойд медленно осел и упал на спину. Его глаза оставались открытыми. Он отчетливо проговорил одно предложение: это было последнее обращение Ллойда Колфа. Наверное, это было сказано на каком-то древнем языке, потому что никто ничего не понял и не мог даже повторить. После этого он умер.

— Систему жизнеобеспечения! — закричала Астер. — Быстро!

Двое работников лаборатории почти сразу же принесли все оборудование. Тем временем, Кларик уже пытался сделать искусственное дыхание рот-в-рот. Астер оттолкнула его, разорвала на мощной груди Колфа одежду и сделала знак своим ассистентам подключить электроды и пропустила через сердце Колфа электрический разряд. Один из ассистентов уже вводил подкожную инъекцию в руку Колфа, мы слушали как жужжали приборы, доходя до нужного уровня. При электрических толчках тело Колфа шевелилось, правая рука поднималась на несколько дюймов, сжимался кулак, но после рука безжизненно падала.

— Обыкновенная спазматическая реакция, — пробормотала Астер. — Ничего больше.

Но она не сдавалась. В систему жизнеобеспечения входил полный набор энергетических приборов, и Астер использовала все. Грудной компрессор проводил искусственное дыхание. Астер ввела внутривенно жаропонижающие средства, чтобы не произошло кровоизлияния в мозг. Электроды ритмично вызывали колебания сердца. Колфа почти не было видно под аппаратурой.

Вонан опустился на колени и пристально посмотрел в открытые глаза Колфа. Потом оглядел его расслаб ленное тело и потрогал покрытую пятнами щеку. Поднявшись, он тихо спросил:

— Скажите, пожалуйста, что они пытаются с ним сделать?

— Вернуть его к жизни.

— Так он умер?

— Да.

— Что с им произошло?

— Вонан, у него остановилось сердце. Ты знаешь, что такое сердце?

— Да.

— Сердце Колфа износилось. Астер пытается заставить его работать снова. У нее не получается.