забивший еще один мяч.
– Пивбар – это твоя стихия, – проходит мимо Японец.
Строятся друг против друга обе команды. Встали как на параде, глянули друг на друга, захохотали, шагнули вперед и обнялись до треска костей.
– Спасибо за игру! – отступает в сторону Север.
– Приз победителям! – поднимает Клуни пакет со сгущенкой.
– Приз проигравшим! – с пакетом сгущенки выходит из «Беркута» Карабах.
Всё кончено. В холодном зеленом поле собирают бушлаты и шапки бойцы, и потянулись в казарму замерзшие зрители. И только Хомяк стоит на обледенелой траве с черным казачьим флагом – с белым оленем, раненым черной татарской стрелой.
– Слава казацкому флагу! Служу казачеству и Донбассу! – идут мимо «беркуты».
– Слава ВДВ! – уходит «Би-2».
Уже перемешались между собой и идут через дворы эти и те. И средь одинаковых спин одна в желтой футболке с болтающимся книзу оружием: у настоящего футболиста всегда с собой автомат, чтобы не проиграть.
– Не пригодился, – оборачивается с улыбкой Шаман.
Ребята! Я сохранил эту запись – давний футбольный матч невероятного четырнадцатого года. Где все мы на одном поле, не раненые, не старые и не убитые. Где стоит под флагом Хомяк, а тот флаг больше его самого. Где замер, хоть делай пор – трет, на поле Малой. Где всю кинопленку бежит и не может остановиться Синий, без конца падает тяжелый, со старыми ранами Зем, и бьет штрафной, да вечно мимо, Японец. Где кричат из «Би-2» имена: Клуни, Маэстро и Слон – а остальных я не слышу…
Я долго не знал, какую музыку положить в этот клип. Но вновь увидел ее – уходящую спину Шамана, болтающийся вниз ствол. Как крикнул ему тогда: «У настоящего футболиста всегда с собой автомат…» И как вновь обернулся Шаман: «Не пригодился…»
Я понял, какую тогда сыграли мы песню.
Оглянись, незнакомый прохожий.
Мне твой взгляд неподкупный знаком.
Может, я это, только моложе.
Не всегда мы себя узнаем.
Вы, кто был на том поле, кто играл в этом матче! «Беркут», который еще не сожрало с костями Дебальцево, «Би-2», что еще не развеял до пепла Донецк. Вы, мертвые теперь имена, читайте и знайте: это ваша песня.
Как молоды мы были, как молоды мы были,
Как искренне любили, как верили в себя.
Это был ваш «матч смерти» – всех, кого после еще расстреляют огнедышащие украинские батареи.
Донецкая Республика. Конец четырнадцатого года. Публичная хроника этих дней.
Ясиноватая под Донецком. Шла маршрутка вдоль линии фронта. И стрелял в нее украинский снайпер. Бил в водителя, а попал в женщину за спиной. Одна пуля в голову – насмерть.
В Мариуполе вечно пьяный «украинский президент» клялся с трибуны поставить на колени Донбасс – слепой смотрел, как пляшет хромой. Когда разбиты все армии, остался лишь геноцид. Порошенко: «У нас работа будет – у них нет. У нас пенсии будут – у них нет. У нас поддержка людей – детей и пенсионеров – будет, у них – нет. У нас дети пойдут в школы и детские сады, а у них они будут сидеть по подвалам. Потому что они ничего не умеют делать! Вот так, именно так мы выиграем эту войну!»
Слышите, твари! Оставьте людям то, что они заработали в Советском Союзе. Оставьте в покое хотя бы детей!
Сводка за 23 ноября по Донецку. За сутки от обстрелов украинской армии ранено более двадцати мирных жителей, разрушены дома и инфраструктура. Били не снайперы из своих винтовок – били огнедышащие украинские батареи. Но сразу же молнией в новостях Украины: «Боевики обстреляли Донецк!» А вдогон особо сострадательные комментаторы и специалисты из Киева: «Жители Донецка! Мы вас спасем от террористов! Мы придем освобождать вас!»
Убейте себя – спасите планету!
24 ноября в Донецке в рейсовый автобус попал снаряд. Двое убито, восемь ранено. Стреляли из Песок украинские «освободители».
Лидер партии «Оппозиционный блок» заявил о гибели в АТО не менее четырнадцати тысяч украинских солдат. «Нет-нет! – тут же исправили в Киеве. – Не более тысячи».
В самой украинской армии, вместо прежних трех– и пятилетних, появились «краткосрочные контракты до особого периода», окончание которого еще будет объявлено. «До особого периода» – это до победы Киева. Ведь разгромила же «самая сильная армия континента» азиатскую Россию летом 2014 года, ведь остановила ее на пороге Европы, спасая цивилизацию… Да! Ни много ни мало разгромила Россию.
Женщина на автовокзале в Донецке: «У меня сын-первоклассник в Мариуполе[7] с бывшим мужем остался. Я теперь „воскресная мама“. Раз в неделю езжу его навещать. Почему не везу к себе? Так Мариуполь хоть не бомбят. Чего ж они сами себя станут бомбить? Это же не Донецк – долбать каждый день. Ехала я в сентябре этого года с Украины сюда, а на вокзале в Красном Лимане[8] из телевизора объявляют последние новости: „Сегодня Россия официально начала войну с Украиной. Украинские войска бегут“. Реакция? Они думали, своим заявлением поднимут всех на борьбу? Или всех напугают? Да на вокзале всё как взорвалось: „Наконец-то!!!“ Все друг на друга бросаются, обнимаются – знакомые, незнакомые. Покупают тут же шампанское, разливают здесь на ходу, тосты везде: „За Россию! За победу до Киева!“ Все просто уже поняли здесь, что теперь назад пути нет. С Украиной мы никогда больше не будем».
В Киеве составили список из пятисот россиян, кто дурно отзывался про Украину. Не политиков, не военных, что били ее и словом и делом, а людей творческих: писателей, музыкантов, актеров.
Всем пожизненное клеймо – и до смерти не пускать в страну «победившей свободы».
В Киеве на концерте Анны Лорак недобитые «Беркутом» на Майдане и ополченцами в Донбассе бабуины травили газовыми баллонами российскую журналистку. Здоровые мужики били женщину…
Шабаш на Козьем болоте, устроенный скакунами с Майдана, дал миру миллион украинских беженцев.
Угождая хозяевам, рабы госдепа провели закон, разрешающий иностранцам занимать на Украине государственные посты. Тут же замелькал на горизонте отставной грузинский «галстукоед» Михо Саакашвили.
Лжа что ржа. Иезуитство ехидн.
Первого-второго декабря в Аэропорту армией Украины был уничтожен российский отряд спецназа «Витязь»: 340 бойцов погибло, 250 ранено. В доказательство прилагается групповая фотография (с живыми людьми) отряда «Витязь».
Третьего декабря партизаны, действующие в лесах Донбасса, уничтожили вчера и сегодня по 50 террористов. Итого – 100. Верить на слово.
Четвертого декабря в России в Грозном чеченские боевики убили полицейских, захватили не – сколько зданий, после чего были
