покоряют одно за другим мелкие арамейские и хеттские государства. Они не встречают серьезного сопротивления. Так, царь Каркемиша соглашается заплатить ассирийскому царю большую дань, в том числе 20 талантов серебра (1 талант = 30,3 килограмма. — Авт.). Хеттские города смирились со своей участью, признали верховенство ассирийцев и пользуются частичной автономией, платя за это золотом и серебром.
В конце VIII века до нашей эры царь Тиглатпаласар III (745—727 гг. до н.э.), проводя административные реформы, аннексировал часть хеттских территорий. Они стали провинциями Ассирии. Постепенно хеттский язык забылся; культура хеттов умерла. Их художники отказались от своих древних традиций и переняли ассирийские, а потом и арамейские традиции. Их города постепенно становятся добычей ассирийцев. Последние из них—Хамат, Гургум, Куммух, Каркемиш, Табал— завоеваны Саргоном II в 720—709 годах до нашей эры. Славная история Хеттского царства изгладилась из памяти людской. Само слово «Хатти» было совершенно забыто. Как будто хеттов никогда и не было в Малой Азии!
Например, греки считали, что Малую Азию всегда населяли фригийцы.
Статуя хеттского царя из Малатии. Известняк. Высота — 3,18 м. Ассирийский стиль. Конец VIII в. до н.э.
На самом деле это индоевропейское племя переселилось туда около 1200 года до нашей эры с Балканского полуострова. Следы фригийского поселения нашли и в Богазкее; оно возникло после ухода оттуда хеттов. Очевидно, что фригийцы, чья история нам известна плохо, не могли не перенять некоторые обычаи живших здесь прежде них хеттов. Так, фригийский колпак— странная коническая шапка из сукна, ставшая одним из символов Великой французской революции, — явно имеет хеттское происхождение. Подобный головной убор носил хеттский бог Грозы.
И все же знаменитый репортер древности — «отец истории» Геродот— оставил нам сообщение о хеттах, сам не подозревая того. Вблизи греческого города Смирна, в Карабеле, на западном побережье Малой Азии, он увидел непонятную статую и иероглифы. Он назвал увиденное памятником фараону Сесострису (то есть Сенусерту, одному из правителей Среднего царства. —Авт.) и «египетскими священными письменами». На самом деле то были хеттская статуя и образец хеттского иероглифического письма.
Кстати, поразительно, что археологам практически не удается отыскать в Центральной Анатолии следы поселений, относящихся к 1200—800 годам до нашей эры. Очевидно, в то время эта область либо была слабо заселена, либо здесь жили кочевые племена, не оставившие после себя никаких городищ. Последствия фракийского вторжения в Малую Азию следует признать катастрофическими. Оживленная цветущая страна превратилась в пустыню. На территории Центральной Анатолии вплоть до становления Фригийского царства в VIII веке до нашей эры, возможно, не было ни одного города. Прежние города лежали в запустении, а строить новые было некому.
Но хетты все-таки не исчезли, как и их божества. Последние проникают во Фригию и Лидию, Грецию и Рим. Некоторые хеттские божества сохраняют даже, пусть и в измененном виде, свои прежние имена. Позднейшие религиозные культы Малой Азии, несомненно, несут на себе отпечаток хеттских ритуалов.
Некоторое время — вплоть до начала нашей эры — еще сохраняются и хетто-лувийские языки. На них говорят на западе и юге Малой Азии, от Карий до Киликии. Хеттские мотивы исподволь проникают в сочинения греческих поэтов, в сказки и легенды местных народов и распространяются по всему свету. Как писала Маргарита Римшнайдер, «…многое из того, что мы считали подлинно греческим, будь то лира певца или султан на шлеме воина, засвидетельствовано уже в позднехеттских рельефах. Не внешнее сходство важно, но оно подает знак. С лирой по свету странствует песня, со шлемом — бог войны».
7 . Хетты в ожидании открытий XXI века
Прошло почти сто лет с начала раскопок Богазкея — с открытия Хеттской державы, но и сегодня у ученых нет ответов на многие вопросы, связанные с судьбой хеттов.
Бог Грозы. Базальтовый рельеф. Высота — 127,5 см. Ассирийско-арамейский стиль. 850 — 700 гг. до н.э.
«Историческая география Малой Азии эпохи Хеттской державы, — отмечает Андреас Мюллер-Карпе, — слишком полна пробелов, так что приходится иметь дело со многими неизвестными». С археологической точки зрения, Троя представляет собой остров, расположенный посреди неизвестной земли. Ведь мы очень плохо знаем карту Малой Азии бронзового века. Она изобилует белыми пятнами. Вся западная часть Малой Азии в эпоху бронзового века — это terra incognita для ученых. Между тем, «наряду с Троей имеется довольно много других мест, которые могли играть важную роль в тогдашних событиях, но они пока не локализованы нами».
Так, один из хеттских царей, бахвалясь, перечисляет 90 городов, разрушенных им во время карательного похода в западную часть полуострова. Ни один из этих городов пока не удалось идентифицировать. Между Троей и Хаттусой, столицей Хеттского царства, простирается археологическая пустыня.
Сейчас вырисовывается следующая дилемма. За последние тридцать лет филологи постоянно расшифровывают все новые хеттские клинописные тексты. Археологи же почти не расширяют зону поисков, продолжая раскопки все в тех же давно известных поселениях и городах. Как результат историки могут назвать около 1400 хеттских городов, известных им из сохранившихся текстов. Археологи же не могут указать на карте и дюжины этих городов. Так что археологическое открытие Хеттской державы фактически еще не состоялось. Это — задача ученых XXI века.
Даже не дожидаясь новых открытий, мы должны признать, что уже в бронзовом веке Малая Азия играла выдающуюся роль в мировой истории. На ее побережье скрещивались два важнейших торговых пути древности: морской, что вел из Эгейского моря в Черное, и сухопутный — из глубин Азии на Балканы. Здесь соединялись Восток и Запад, европейские новации сливались с новшествами, принесенными сюда из Месопотамии и Ближнего Востока. Местные жители впитывали новые идеи, развивали, совершенствовали их, обменивались ими с жителями соседних стран. Отсюда — через Трою и другие города на побережье Эгейского моря — новаторские идеи проникали в Микенскую Грецию.
Ученых волнуют и другие вопросы. Так, в Библии говорится, что хетты жили в Палестине, когда среди них поселился пророк Авраам. По оценкам историков, это событие произошло около 1700 года до нашей эры — как раз в то время, когда хетты объединили под своей властью Анатолию. Тогда их войска еще не совершали походы даже в Сирию. Вообще говоря, Палестина никогда не принадлежала хеттам даже в период их наивысшего могущества. Она всегда оставалась в сфере влияния египтян. Быть может, Авраам встретил в горах Палестины хаттское (протохеттское) племя, перекочевавшее сюда из Анатолии в незапамятные времена?
Между тем филологи продолжают работу. «Некоторые сделанные ранее переводы, — признает Франк Штарке, — устарели, ведь с открытием новых текстов мы все лучше понимаем лексикон хеттов. Приходится перечитывать заново уже известные документы. Случайно найденная глиняная табличка может дать ключ к прочтению непонятного прежде текста».
Наконец, до сих пор окончательно непонятно, откуда именно в Малую Азию пришли хетты— из Европы или Азии. Филологи обращают внимание на то, что хеттский язык относится к той же группе индоевропейских языков, что и греческий, итальянский, кельтский и германские языки. Во всех этих языках для обозначения числа «сто» используется слово centum и его различные вариации. Вплоть до наших дней в этих языках встречаются слова cent, cento, Zentimeter, Zentner, Jahrzehnt. В восточных индоевропейских языках число 100 обозначается различными вариантами слова satem.
Опираясь на эту особенность языка хеттов, многие исследователи полагают, что этот народ пришел в Малую Азию из Европы, вероятно, миновав Балканский полуостров. Другие историки также настойчиво доказывают, что хетты пришли в Анатолию со стороны Кавказских гор.
8 . Хетты стали немцами?
Неясно также, почему хетты — народ с тысячелетней историей — так быстро исчезли после падения Хеттской державы. Часть хеттов перебралась в Сирию, но что произошло в Анатолии? Почему там не осталось хеттов?
Историки довольно рано стали предполагать, что хетты, спасаясь от «народов моря», возможно, бежали на Кавказ. «Некоторые, — анализировал возможные следы хеттского влияния Борис Тураев, — хотят видеть последний остаток хеттских языков в грузинском и баскском, другие (Н.Я. Марр, Л.З. Мсерианп) находят его следы в армянском».
