Читаем без скачивания Месть Ронана (Ронан-варвар - 3) - Джеймс Бибби

- Теперь про комиков-шмомиков можешь раз навсегда забыть! - заявил ему отец. - Мы живем в научно-исследовательском центре, а стало быть, ты продолжишь семейную традицию и станешь серьезным ученым.

- Но я не хочу быть ученым! - тут же заныл Фенамин. - Я науку терпеть не могу! Всякий раз, как нам на уроке что-нибудь про науку рассказывают, я чихать начинаю. У меня на нее аллергия!

- Раз ты, постреленок, знаешь, что такое аллергия, ты уже ученый, объявил ему тогда Вазелин, но улыбка его явно была вымученной, и Фенамин смог понять, что он тоже его научной карьеры не одобряет. Однако родители были непреклонны, и когда Вазелин вскоре грустно зашаркал на выход, отец Фенамина сказал несчастному гному, что он оказывает вредное влияние на ребенка и что лучше бы он больше не приходил. Он больше и не приходил.

Восемнадцать месяцев спустя Вазелин умер, и когда Фенамин вместе со своими родителями пришел отдать ему последние почести, он взглянул на до боли знакомое лицо любимого дядюшки, лежащего в каменном гробу, и тайно дал торжественную клятву. Хотя родители не оставили ему иного выбора, кроме как стать ученым, Фенамин молча поклялся духу своего дядюшки, что в один прекрасный день он взбунтуется. В этот день он будет стоять на сцене одного из самых знаменитых комедийных клубов Среднеземья и исполнять написанную им самим юмореску.

С тех пор Фенамин окончил школу, сдал экзамены, получил диплом и удостоился должности младшего научного сотрудника Отдела Алхимии. Его отец очень этому порадовался. Однако он и ведать не ведал о том, что все эти годы его сын тайно записывал различные шутки, после чего пробовал их на ближайших знакомых или просто проговаривал в уединении своей комнаты. Постепенно из этих шуток складывалась неплохая, как он надеялся, комическая реприза. И каждую субботу, когда очередной юморист сходил со сцены "Золотой жилы" под гулкий стук собственных шагов, Фенамин сидел в первом ряду, мысленно сопоставляя только что услышанное со своим, пока еще неиспробованным, текстом.

Когда Аминазин объявил о наборе добровольцев для научных экспедиций, Фенамин записался одним из первых. Он не мог поверить своему счастью, когда его зачислили в группу, местом назначения которой был Гутенморг, тот самый город, где находился знаменитый клуб "Кошелек или жизнь", ибо он уже заранее готовился долго и упорно упрашивать кого-нибудь поменяться группами. Когда же Фенамин всего на несколько минут оказался в Гутенморге, он сумел найти адрес клуба в рекламном журнале и выяснил у продавца газет, как туда добраться. Вернувшись посредством нового передатчика материи в Тарарам, он был вне себя от радости, ибо знал, что на ближайшие дни запланировано еще несколько научных экспедиций. При определенной удаче Фенамин мог попасть в Гутенморг в один из тех любительских вечеров, которые регулярно проводились в клубе "Кошелек или жизнь". Но не успел он вернуться домой, как все его надежды рухнули.

Фенамин уже подметил, что у всех лучших исполнителей, за чьими выступлениями ему довелось наблюдать, непременно имелась своего рода торговая марка. Какой-нибудь броский костюм, дурацкая красная шляпа, очки или, быть может, сигара. Всегда это было что-то запоминающееся, что-то, что публика связывала с данным конкретным представлением. Фенамин очень долго что-то такое для себя придумывал и в конечном итоге пришел к блестящей идее сбрить бороду. Он должен был стать Фенамином, Безбородым Гномом. Вообще-то ни одному взрослому гному даже во сне не могло присниться, что он где-то появится без бороды, а значит, Фенамин таким образом сразу должен был выделиться. Кроме того, это был прекрасный способ насолить родителям и начальству.

Предполагая, что он сможет в первую же экспедицию добраться до клуба, Фенамин побрился за полчаса до того, как ему полагалось быть в аудитории Магенетики, и тут же запаниковал, поняв, что без бороды его никуда не пустят. Однако после некоторой возни с клеем, бумагой и ватой ему удалось так ловко приладить прежнюю бороду к подбородку, что он не привлек ничьего внимания и успешно влез в свой комплект доспехов. Потом накладная борода все-таки отвалилась и соскользнула по ноге, но тогда это уже было не так важно. Впрочем, это оказалось важно по возвращении, когда Фенамина немедленно арестовали за нарушение субординации и неуважение к начальству, а он не сумел вовремя приладить бороду на место. Увидев его голый подбородок, судья наказал его по полной программе. Фенамин получил два месяца принудительных работ. Кроме того, уже в самый последний момент судья постановил, что Фенамин не вправе покидать пределов Тарарама, пока его борода не отрастет до подобающей длины, а этот процесс должен был по меньшей мере два года занять...

С глухим рычанием Фенамин в последний раз протер тряпкой пол отхожего места, а затем, по-прежнему стоя на коленях, выпрямил спину. Спина его ныла, колени горели огнем, зато мозг с вызывающей свирепостью продолжал выдумывать шутки для того самого эстрадного выступления, которое теперь было отложено на неопределенный срок. Тут мимо открытой двери туалета быстро прошагал Аминазин, лицо его было мрачнее тучи. Его брат Азалептин почтительно топал позади. "А слыхали вы, ребята, про двух братьев-гномов, которые как-то в сортире утопли? - мысленно произнес Фенамин. - Ужасная смерть. Можно сказать, почили в дерьме..."

Он с трудом поднялся на ноги, а затем, почесав жалкую щетину на подбородке, ухватил ведро вместе со щеткой и потопал к двери. "Клянусь, Вазелин, я им еще покажу, - думал Фенамин. - Этим подонкам меня не сломить. В один прекрасный день я дам это представление. Обещаю тебе..." И со стальной решимостью гном-диссидент зашагал по мрачному каменному коридору к очередному грязному сортиру.

* * *

- Конечно, вы можете навестить наш центр. - Десятикратно увеличенное изображение лица Аминазина глазело со стены зала заседаний на шестерых членов совета "Оркоубойнои". - Мы будем рады ознакомить вас с нашими новейшими достижениями. Через пару дней мы установим передатчики и мигом переправим вас прямо сюда.

- Через пару дней? - с тревогой воскликнул Фециант.

- Да. В настоящее время передатчики проходят тщательный осмотр. Они уже более недели были в постоянной работе.

- Гм. Ну, тогда ладно. А как там ваши, так сказать, успехи с другими вашими, так сказать, изобретениями, о которых упоминал Азалептин?

Аминазин явно не понял.

- С какими другими изобретениями?

Фециант на секунду скосил глаза туда, где Картленда бубнила себе под нос над кипящим котлом, и понизил голос.

- С немагическими средствами связи, - прошипел он.

- Работа продвигается. Вы сами все увидите, когда нас навестите. Да, вот еще что. Сколько вы намерены здесь пробыть?