Читаем без скачивания Двойная метка. Право на невинность - Анна Сафина

говорю, что имущество господина Самира отходит городу. Его жена Алайна, то есть, вы – альфе стаи Волховецу. Таково распоряжение альфы Ждана, – пожал плечами Корн, выражение его лица, как и прежде, выглядело равнодушным.

– Где Самир? – выдохнула и задрожала.

Происходящее казалось мне каким-то спектаклем – тщательно спланированным, ужасным и жестоким.

– Он мертв. Поскольку бета не оставил завещания, распоряжаться его имуществом и… Кхм… Вами… Будет альфа Ждан. Я лишь выполняю его приказ, так что будьте добры, соберите вещи и идите за мной.

Мужчина встал и вздернул бровь, глянул на меня, словно на какую-то глупышку. Щелкнул пальцами, и в этот момент во входную дверь вошли еще двое волков, встав поперек прохода. Конвой, догадалась я по их каменным лицам.

– Без мужа я никуда не пойду! – вскочила с дивана и резко выпалила, чувствуя, как к горлу подступает не поддающаяся контролю паника.

– Я же сказал, ваш муж… – начал повторно произносить Корн, как был перебит Ранилем.

– Ее муж я, – рыжеволосый появился вовремя, загородил меня своим крупным телом. Расслабилась, чувствуя, как дрожат руки, прислонилась лбом к его спине.

– Простите? – недоуменно переспросил непрошеный гость.

– Алайна не может достаться альфе Ждану, несмотря на сомнительное известие о смерти Самира.

– При всем уважении к вашему происхождению, вы сейчас обвиняете альфу Войцегорска во лжи?

– Я? Упаси боже. В любом случае, у Алайны было два мужа, так что по условиям договора купли-продажи, заключенного с ее отцом, моя жена останется со мной.

– Документы имеются? – недовольно произнес гость.

– Да. Но хочу сразу предупредить, даже если вдруг умру и я, – ядовито произнес рыжеволосый, удивляя меня подобной агрессивной интонацией, – судьбой Алайны будет распоряжаться триада, как того завещал господин Аргус Волчек, никак не альфа Ждан. Судебная гильдия не подчиняется власти, так что передайте своему хозяину, чтобы не разевал свой рот на чужое.

Только сейчас заметила, что в руках у Волкова находились документы. По знакомой печати догадалась, что это самый первый договор купли-продажи. Видимо, один из экземпляров, которые были отправлены моим отцом сразу в судебную гильдию.

Убедившись, что Раниль, действительно, являлся моим мужем, Корн вместо того, чтобы разочарованно отступить, неожиданно усмехнулся, раскрыл кожаный портфель и достал какую-то пергаментную бумагу с оранжевой печатью. Такой цвет в документах имел право использовать только кнезио.

– У вас устаревшие данные. Утром пришло письмо от уважаемого кнезио Дунариона, ваш брак с Алайной Волчек признан недействительным, так что прав у вас на нее больше нет. Прошу в течении часа покинуть дом.

– Всенепременно, – процедил сквозь зубы Раниль, выхватив из чужих рук документ и тщательно изучив его.

– Слова насчет триады мы проверим, не сомневайтесь, – прищурился Корн, сбрасывая маску равнодушия и показывая свое истинное лицо. – Госпожа Алайна, не прощаюсь, скоро вернусь.

– Будьте так любезны, – прищурился Раниль, я же промолчала, совершенно не желая любезничать с прихлебателями альфы Ждана.

Пришедшие ушли недовольные и ни с чем, но я не обращала на это внимания. У меня никак не укладывалось такое в голове. Что же произошло? Самир не может быть мертв.

– Раниль, что происходит? – подняла на него голову, слыша, как дрожит мой собственный голос.

Сердце у меня ухнуло вниз, руки задрожали, внезапно закружилась голова.

– Собирай вещи, мы уезжаем, – мрачно произнес Волков и подтолкнул меня обратно к лестнице.

– Объясни мне, – прохрипела, надеясь, что всё случившееся – лишь чужая глупая шутка, которая не имеет никакой связи с реальностью. Но мрачный вид и хмурость Раниля не позволили мне заблуждаться ни на секунду.

– По дороге расскажу, – сказал как отрезал и втащил меня в спальню, доставая вдруг из шкафа рюкзак. – А пока бери самое необходимое, у нас мало времени.

Я застыла в ступоре, не чувствуя конечностей. Обняла себя за талию и стала раскачиваться из стороны в сторону, желая обернуть время вспять.

– Самир жив?

Раниль промолчал, но посмотрел так жалостливо, что я всё поняла и без слов. Всхлипнула, чувствуя, что накатывает истерика.

– Альфа избавился от конкурента, слишком была велика власть Волкодава, – мрачно изрек Раниль.

– Но он ведь не собирался быть альфой, – простонала, чувствуя, как по щекам текут горькие слезы.

– Альфой вашей стаи нет, слишком маленькая сошка, – процедил сквозь зубы и покачал головой, его известие о смерти Самира расстроило, не нужно быть гадалкой, чтобы это понять, слишком уж стиснуты челюсти и кулаки, выглядит разъяренным лицо.

– Но… – не оставляла надежды, что всё это неправда, ущипнула себя.

Раниль не был настроен на праздную беседу, не пытался сейчас меня успокоить, всё, что его заботило – наша безопасность. Главное отличие самцов от самок. Лично мне хотелось лечь на кровать и забыться в слезах и плаче, желании утопить в них свое горе.

– Мы не будем больше обсуждать эту тему, – жестко пресек мои страдания и причитания рыжеволосый. – Мы выиграли время, но я у альфы не в почете, так что нам нужно скорее убраться из города, пока тебя не отобрали насильно.

Сказанное повергло меня в шок, ведь мне казалось, что всё в нашем обществе подчинено букве закона либо первобытной силе.

– Но чего ты боишься? Ведь даже если наш брак, и правда, признали недействительным, по завещанию отца я могу рассчитывать на помощь триады, так что он ничего не…

– Мы не знаем, какие у него договоренности с кнезио, так что рисковать не будем, – пресек мои мысли. – А насчет нашего брака не переживай, как только мы прибудем в столицу, я найму адвоката, и мы оспорим решение кнезио в судебной гильдии. На них он альфа-силой повлиять не сможет.

Сказанное Ранилем было чистой правдой. Туда набирали только наиболее устойчивых волков. Омег, как их называли в обиходе. На них не влияла ни альфа, ни бета-сила, они являлись связующим звеном общества, дланью и вершителями закона.

– Но… – попыталась остановить время, но была перебита Волковым в грубой форме.

– Быстро, Алайна. Нет никакой гарантии, что к следующему утру триада будет жива. Если Ждан не побоялся устранить вече, значит, у него весомая поддержка кнезио. Назревает что-то серьезное, я должен увезти нас из эпицентра бури.

Тон, с которым он сказал это, по-настоящему напугал меня. Я столкнулась с реальностью, где насильственная смерть – вполне реальное явление, на которое я не могу повлиять.

Собрав волю в кулак, в рекордные сроки собрала вещи в рюкзак, оделась максимально удобно для дальней дороги, но еще не знала, что мы сделаем крюк в место, где всё начиналось. Дом моего отца.

Глава 38. Тайна с начинкой

Мы остановились неподалеку