Не знаю, как у меня получилось, но я открыл проход в Нижний мир, услугами обитателей которого частенько пользуются опытные некроманты. Этих тварей можно вызвать в наш мир каким-то особым ритуалом, отец мне про него только говорил, но пока не показывал. Интересно, он знает, что можно без всякого ритуала с помощью артефакта этих тварей сколько угодно натаскать себе в услужение?
Следующий портал открылся очень удачно. Я увидел наших родителей, если не ошибаюсь, они находились в одном из залов зулкибарского дворца. И что больше всего порадовало — они там были все вчетвером и явно не ссорились! Странно конечно, что королева Аннет так одета… точнее не одета… впрочем, не важно!
— Дед! — заорал я, — быстро все сюда, я портал открыл!
Из кухни вывалились изрядно подвыпившие дед, Коля и Степа. Степа был пьянее всех, дед не далеко от него ушел, а Коля пребывал в той стадии опьянения, когда "жизнь дерьмо, все люди бяки". Он скептически уставился на портал и буркнул:
— Так вот через какие штуки вы в мою квартиру шастаете, маги полоумные!
— Давай, Колька, быстрее, пока не закрылся! Водка гномья! — в полном восторге заорал Степа, толкнул Николая в портал и сам сиганул следом.
— Поторапливайтесь! — распорядился я и легким толчком в спину задал направление пьяно хихикающему деду. Василий и Иоханна прошли самостоятельно. Я бросил прощальный взгляд на квартиру, из которой опять пропал жилец и покинул этот мир. Очень надеюсь, что навсегда.
Глава 23
Видимо судьба у меня такая — спасать обнаженную Аннет от позора. Вот пришлось потрудиться, штору сорвать с окна, но честь королевы была спасена. А вот Терин… Это что это такое по его мнению страшное и ужасное Козюлиус колдовать пытался? Я ничего не видела, а Терин значит видел? Надо спросить его каким образом он смотрел и почему я так не умею.
Смотрю на Вальдора, кажется, он злиться начинает. Ну, понятно, наверняка хотел как следует Козюлиуса допросить, а тут такая неприятность — мертвый совсем Козюльский наш, а поскольку он и сам некромант, его поднять как простого человека или мага иной категории не получится. Некроманты, даже такие плохонькие как этот, знают каким образом себя от подобных посмертных посягательств уберечь.
Вальдор сделал глубокий вздох. Ну вот! Сейчас он какую-нибудь бяку Терину скажет и понесется все по новой, опять разругаются.
Наверно так оно и было бы, но тут пространство с тихим хлопком разомкнулось и из портала вывалилась прелюбопытная компания.
Лен, Мерлин, два каких-то незнакомых мужика, Васька наш и, как венец всей этой картины — Иоханна, завернутая в плед.
— Ханночка! — взвизгнула Аннет и, путаясь в шторе, бросилась к дочери.
Да уж, встретились два одиночества — одна в пледе, другая в шторе, застыли посреди помещения в объятиях. Короче говоря, картина Репина "Не ждали".
Я на деда уставилась. Пьяный, как сто свиней. Я только рот открыла, а он как заорет:
— Что, суки, не ждали? И не хер на меня таращиться! А кто вопрос какой глупый задаст, того в какую-нибудь гадость превращу с привязкой к трупу Мадлоны, крысы этой недобитой! Дуся, рот закрой, муха залетит! Сразу предупреждаю, что ни на какие дурацкие вопросы отвечать не буду, потому что не помню ничего. Пьяный был.
На этом месте дед принял важный вид и окинул всех гордым взором из-под кустистых бровей.
Неужели жизнь ради разнообразия решила меня побаловать? Вот как просто оказалось вернуть себе душевное равновесие — просто сделать все, как раньше было. Почти так. Во всяком случае, моя жена больше не курица, дочь (надо будет с ней серьезно поговорить) вернулась домой, а убить Терина мне, вроде как, тоже уже не хочется.
Небольшой довесок в виде пьяного Главы Совета и каких-то неизвестных мне персонажей особого значения не имеет.
Глава Совета меж тем обводит присутствующих грозным, но несколько расфокусированным взглядом.
— Может, заклятье на Вас какое наложить, чтобы вспомнить было легче? — предлагает Терин.
Дуся бросает на мужа удивленный взгляд, а Мерлин начинает орать, забрызгивая слюной окрестности:
— Ты! Мажонок недоделанный, на меня заклятья накладывать?! Да как тебе поганый некромантишка, мысль такая могла в голову прийти?! Я ж тебя научу сейчас Родину любить! Я… Кстати, а где мой магический предмет? Кто спер мой башмак?!
— Ну ты, дед, даешь стране угля… — потрясенным тоном произнесла Дульсинея, — ты предмет потерял?
— Не потерял! Его у меня украли! Всякие коварные пиздюки! Скажи, Степан, да?
Один из новых персонажей, к которому, собственно, Мерлин и обращается, что-то неразборчиво бурчит. Он занят разглядыванием стен и потолка. Ну да, у тех, кто в этом зале впервые появляется, часто такая реакция образуется. Зал этот мой прадед лично расписывал. Сценами охоты. На драконов. Можно, подумать, он когда-то на них охотился!
— Степан! — кричит Мерлин, — пить будешь?! Гномью водку?
— А?! Что?! Нет, не буду.
— Степан, соглашайся, а то хуже будет!
— Отстань, Мер. Это потрясающе. Я ж искусствовед… был.
Мерлин обиженно морщится.
— И зачем я тебя сюда тащил?
— Дед, — вмешивается младший Эрраде, — кончай буянить. Я тоже не для того тебя сюда тащил, чтобы ты разборки начинал устраивать.
Ага, парень, ты-то мне и нужен!
Подхожу к Мерлину-младшему, аккуратно беру его за воротник и ласково проговариваю:
— К вопросу о разборках…
Глаза у Лина округляются.
— Вальдор…
— Что?
— Ваше величество, я…
— Валь, оставь ребенка в покое! — вмешивается Дуся.
— Не лезь, Дульсинея, — холодно произносит Терин, — он заслужил.
Я притягиваю парня ближе к себе и нежно шепчу ему на ухо:
— Ты что с моей дочерью сделал, гаденыш малолетний?
— Но все же в порядке, — испуганно отвечает он.
— В порядке? — рычу я, — А если бы с ней что-то случилось?! А то, что мы с твоими родителями поседеть за это время успели, это тоже в порядке?!
— Вальдор, — шепчет мальчишка, — я не хотел…
— Валь! — кричит его мать, — ты обещал сильно его не бить.
Мерлин-младший резко бледнеет. Бить его несильно… За кого они меня принимают? Да я пальцем парня не трону! Родственник же почти. Пусть и не муж дочери, но рос, считай, на моих глазах. Это вон отец его пусть побьет, если захочет.
— Ладно, — ворчу я, отпуская Лина, — так и быть. Пока прощаю, но впредь будь, пожалуйста, аккуратнее с волшебством.
— Хорошо, Ваше величество, — тихо отвечает он, — я постараюсь.
— Что?! — вновь рычу я, моментально зверея, — Постараешься?!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
