мгновение задержала дыхание, а затем выдохнула, протянув руку, чтобы вытащить нож из ноги ... и будь она проклята, если это не причиняло ей большей боли, чем вонзание. Последовала еще одна череда проклятий, а затем она остановилась и снова глубоко вздохнула.
- Лучше? - сочувственно спросил Уайатт, когда она наконец-то открыла глаза.
Элспет кивнула и сказала немного дрожащим голосом: - Да, спасибо.
- Хорошо, - торжественно произнес он, а затем резко добавил: - А теперь, может быть, ты расскажешь мне, какого черта ударила себя ножом?
Элспет открыла рот, но тут же закрыла его от удивления, когда он вдруг опустился на колени рядом с ней и обхватил ее бедро руками, чтобы осмотреть рану.
- Иисус. Ты действительно хорошо себя чувствуешь? - пробормотал он, вытаскивая футболку из джинсов.
- Не надо ... О, черт, - вздохнула Элспет, когда было уже слишком поздно, чтобы помешать ему оторвать полоску от нижней части футболки. «Это была пустая трата хорошей футболки, так как ее кровотечение, вероятно, остановится прежде, чем он закончит накладывать импровизированную повязку вокруг ее ноги», - подумала Элспет, наблюдая, как он накладывает ее на рану. Она застонала от боли и ухватилась за его плечо, чтобы удержать равновесие, когда он крепко стянул ее резким рывком.
Закончив перевязку, Уайатт выпрямился и проворчал: - Ну?
- Что ты имеешь в виду? - неуверенно спросила она.
- Зачем ты ударил себя ножом? - недоверчиво спросил он.
- Ах да, - пробормотала она. Вздохнув, она захромала на несколько шагов в сторону, а затем нервно оглянулась на дверь и объяснила: - Моя мать обычно без труда контролирует мое сознание.
- Да, я понял это из разговора на кухне, - сказал он напряженно. - Но в тот вечер, когда мы пошли в ночной клуб, у тебя не было проблем с тем, чтобы уйти от нее.
- Да. Тогда я была в состоянии не поддаваться контролю, но в то время мне было больно. Мои раны все еще заживали, и мне нужна была кровь, и мой желудок горел огнем, мое тело сжималось и болело ... и думаю, именно поэтому она не смогла контролировать меня.
- Значит, ты ударила себя ножом, чтобы встретиться с ней лицом к лицу без того, чтобы она снова взяла тебя под контроль, - спокойно рассуждал он, чувствуя, как ускользает большая часть его гнева.
Элспет кивнула.
Уайатт покачал головой. - Должен быть способ получше, Эл. Ты не можешь колоть себя каждый раз, когда разговариваешь со своей матерью.
- Знаю, - сказала она со вздохом. - И я постараюсь придумать другой способ, но позже.
- Другой способ? - спросил он, нахмурившись.
- Чтобы мне было больно, но не от удара ножа, - объяснила она. - Этот способ расходует кровь напрасно, и я знаю, что не должна так тратить ее. Но я.
- Мне плевать на кровь, - с удивлением сказал Уайатт. - Я дам тебе кровь, если понадобится, но Элспет, я не хочу, чтобы тебе было больно. Должен быть лучший способ справиться с твоей матерью, чем это.
Элспет опустила глаза и провела пальцем по повязке вокруг раны. - Или, может быть, мне вообще не стоит иметь с ней дело после этого. - Когда он ничего не сказал, она подняла голову и сказала: - я пыталась быть понимающей. Знаю, что она прошла через многое, когда умерли мои братья, и это сделало ее параноиком и чрезмерно заботливой. Я пыталась вспомнить это, когда она держала меня в ежовых рукавицах, или обращалась со мной как с ребенком, или когда я подозревала, что она контролирует меня. Но она переступила черту, когда стерла нашу встречу из моей памяти.
- Когда умерли твои братья? - тихо спросил он.
Элспет кивнула, но потом отмахнулась от его вопроса. - Я расскажу тебе об этом позже. Прямо сейчас мне нужно поговорить с матерью.
- Ладно. - Он сделал шаг назад, но это было все.
Элспет прищурилась. - Ты ведь не собираешься возвращаться на кухню?
- Трудно охранять тебя из кухни, - сухо заметил он.
- Верно, - пробормотала она. - Ну, сделай мне одолжение, хотя бы подожди в холле. Я ударила себя ножом не для того, чтобы она могла контролировать тебя и использовать это против меня.
Уайатт мгновенно напрягся. - Как она сможет использовать меня против тебя?
- Разными способами, - заверила его Элспет и прошла мимо него к двери. Она подняла руку, чтобы постучать, но потом заметила, что дверь приоткрыта, и просто толкнула ее шире. Стук означал просьбу войти. Это был не слишком сильный подход, и Элспет нужно было проявить как можно больше силы для этой конфронтации. Кроме того, это был ее дом, и ее мать собирала вещи, а не переодевалась в пеньюар или что-то в этом роде.
«На самом деле она даже не собирала вещи», - поняла Элспет, когда дверь распахнулась, и она увидела пустую комнату.
- Ее здесь нет, - тихо сказал Уайатт, когда Элспет вошла в пустую комнату для гостей.
- Как и ее одежды и багажа.
Она оглянулась через плечо и увидела, что он стоит у двери, его взгляд скользит по комнате, включая пустой шкаф, видимый через открытые двойные двери.
- Должно быть, она закончила собирать вещи и спустилась вниз, пока мы были на кухне, - задумчиво произнесла Элспет.
- Не похоже на нее. Я ожидал, что она, по крайней мере, заставила бы нас отнести ее багаж вниз, - прокомментировал Уайатт, подходя к ней.
- По крайней мере, - согласилась Элспет.
- Она спустилась вниз после того, как твои сестры присоединились к нам на кухне, иначе они бы сказали, что она ушла, - заметил он.
Элспет только кивнула, а потом ахнула от удивления, когда он подхватил
