Схема полета станции «Луна-17».
Наши специалисты отчетливо ощущали, что догнать им ушедших вперед американцев никак не удается. Они уже, решив все проблемы, прекратили эксперименты на аппаратах серии «Джемини», у нас аналогичные исследования по программе «Союз» только начались.
В узких кругах поговаривали о том, что, даже по самым оптимистическим прогнозам, полет на Луну советских космонавтов может состояться лишь в 1970–1971 годах, т. е. уже после того, как американцы побывают там несколько раз.
Казалось бы, именно в этот момент и нужно было принять решение об отказе от лунных экспедиций. Но, увы, работы по-прежнему продолжались и требовали все новых затрат.
КОГДА В ТОВАРИЩАХ СОГЛАСЬЯ НЕТ… Однако деньги эти тратились не очень уж толково. Дело в том, что еще при Королеве среди главных конструкторов началось некое брожение, приведшее к тому, что вместо единой лунной программы у нас образовалось сразу несколько, конкурировавших друг с другом.
Кстати, нечто подобное произошло и у американцев, но там положение спас Вернер фон Браун, взявший на себе решение ключевой проблемы — создание сверхмощной ракеты-носителя «Сатурн». А что получилось у нас?
Механическая «рука» для забора лунного грунта станции «Луна-16».
Главный конструктор В. Н. Челомей ратовал за свой 4-ступенчатый вариант ракеты-носителя «Протон», который, по его мнению, мог обеспечить пилотируемый облет Луны на модификации «Союза» — аппарате Л-1. Он даже обещал совершить такой полет в 1967 году, к 50-летию советской власти. Однако мощности этой ракеты не хватало, чтобы вывести к Луне спускаемый аппарат. Тут нужен был еще более мощный носитель.
Королев надеялся, что такой носитель или по крайней мере двигатели для него создаст конструкторское бюро В. П. Глушко. Но тот стал в позу, по существу, требуя себе взамен пост генерального конструктора, и Королеву пришлось передать заказ на двигатели в КБ Н. Д. Кузнецова, который до этого занимался лишь самолетными двигателями. Заодно там же попытались построить и лунную ракету Н-1.
Параллельно, чтобы хоть в чем опередить американцев, Королев затеял программу посылки на Луну беспилотных зондов, поручив их создание КБ Г. Н. Бабакина.
В общем, в итоге у нас вместо единой программы образовалось сразу несколько, и каждая требовала своего усиленного финансирования.
КОМУ ПОКАЗАЛИ «КУЗЬКИНУ МАТЬ»? В немалой степени тому способствовал, как ни странно, тогдашний руководитель советского государства. Н. С. Хрущев был фигурой довольно колоритной, увлекающейся. Он свято верил в преимущества социалистического строя, но доказывал это весьма своеобразно. Начал он с того, что на XX съезде КПСС не побоялся осудить культ личности И. В. Сталина.
Однако и сам натворил ошибок немало.
Это он, взобравшись на трибуну ООН, стучал башмаком по трибуне и обещал показать всем «кузькину мать». Наша делегация была оштрафована за его неэтичное поведение, а весь мир вдоволь посмеялся над его эксцентричностью.
Тот же Никита Сергеевич, начав массовое строительство жилья в нашей стране и пообещав, что «нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме», одновременно начал освоение целинных земель и насаждение, где можно и где нельзя, кукурузы. Вся эта аграрная революция кончилась тем, что наша страна была вынуждена закупить в Канаде большое количество импортного зерна.
Он также ополчился на партократию и попытался умерить ее аппетиты, поделил крайкомы и обкомы на сельские и городские, провел очередную денежную реформу…
Но все эти благие, по ею мнению, начинания приводили лишь к дальнейшему ухудшению хозяйства огромной страны. Экономика СССР и гак уж не выдерживала нагрузки, а тут еще требовались огромные дополнительные расходы на завоевание Луны.
Первыми, как ни странно, взбунтовались военные, почувствовавшие, что Никита Сергеевич может бросить на Луну средства, предназначавшиеся на оборонные расходы. Их больше волновала позиция Китая, устраивавшего провокации в районе острова Даманский, нежели высадка на Луну.
Протестовал против лунной программы и Председатель Совета Министров СССР А. Н. Косыгин, отчетливо видевший все дыры в социалистической экономике.
НАЧАЛО СОВЕТСКОЙ ЛУННОЙ ПРОГРАММЫ. Тем не менее попытка опередить американцев хотя бы на каком-то этапе подготовки высадки на Луну была предпринята. Американские спутники-шпионы зафиксировали строительство пускового и монтажного комплексов на Байконуре, а также новой антенны в Центре управления полетами в Калининграде (под Москвой). Американцы знали даже, что в нашем отряде космонавтов тренируются 60 человек.
Далее, 2 марта 1968 года трехступенчатая ракета-носитель «Протон» вывела в космос беспилотный вариант аппарата Л-1, известного как «Зонд-4». Испытания прошли нормально, что вселило в специалистов новые надежды.
Была даже предпринята попытка доказать возможность осуществления пилотируемого полета на Луну по так называемой двухпусковой схеме. Попросту говоря, двумя ракетами «Протон» на околоземную орбиту нужно было вывести две части лунного комплекса. Состыковать их, а затем уже стартовать к Луне. Но технические сложности проекта оказались таковы, что Госкомиссия не приняла этого варианта к реализации.
Тогда 15 сентября был запущен «Зонд-5», который облетел Луну и вернулся на Землю. Он приводнился в Индийском океане, но при спуске обнаружились некоторые неполадки — перегрузка и температура оказались больше расчетных.
Параллельно продолжались работы по проектам Н-1 и Л-3.
СЕКРЕТЫ ПОЛИШИНЕЛЯ. Уже потом, когда наша попытка опередить американцев явно провалилась, когда весь мир смотрел прямую трансляцию высадки американцев, советская пропаганда сделала довольно неуклюжую попытку доказать прежде всего гражданам Страны Советов, что мы не полетели на Луну потому, что мертвый спутник нашей планеты нас особо не интересовал. А поэтому, дескать, советские специалисты ограничились лишь посылкой туда автоматов и пары луноходов.
На самом деле все это, мягко говоря, не соответствует действительности. На деле события разворачивались совсем по другому сценарию.
После гибели Ю. А. Гагарина командиром отряда космонавтов стал В. Ф. Быковский. А еще спустя некоторое время его и других космонавтов — А. Леонова, Н. Рукавишникова, В. Кубасова, П. Поповича и В. Севастьянова — рекомендовали для участия в подготовке по программе Л-1. Или, говоря попросту, они начали готовиться к полету на Луну. И, забегая вперед, скажу, что космонавты свою часть задачи практически полностью выполнили. Но полет так и не состоялся. Почему?
О том, как развивались события дальше, впервые я узнал от одного из непосредственных участников этой эпопеи, В. Н. Пикуля. В описываемый период он был главным инженером производства, занимавшегося двигателями для лунной ракеты. Ему и слово.
«На проходившей, если мне не изменяет память, в 1975 году в Москве Международной книжной ярмарке произошла тихая сенсация, — рассказывал он. — Дело в том, что среди многих книг в американской экспозиции была выставлена энциклопедия К. Гэтланда „Космическая техника“. Этот богато иллюстрированный том и произвел в некоторых научно-технических кругах нашей страны эффект разорвавшейся бомбы…»
А все дело в том, что на страницах книги рядом с американским носителем «Сатурн-5», выводившим на лунную орбиту корабли типа «Аполлон», была помещена фотография советской лунной ракеты Н1. Той самой, разработка которой считалась одним из величайших секретов отечественной космической отрасли.
Жизнь, таким образом, в очередной раз доказала, что шила в мешке не утаишь. В 60-70-е годы гигантскую сигару Н1 несколько раз вывозили на стартовые позиции Байконура. Этого оказалось достаточно, чтобы ракету сфотографировали вездесущие спутники, а специалисты НАСА по снимкам определили возможное назначение носителя. Остается лишь загадкой, почему про эту ракету столько лет ничего не писали в советской печати. Впрочем, загадка ли? Нет, еще со времен Сталина живуча у нас привычка к засекреченности, хотя сплошь и рядом все это секреты Полишинеля.
Разработчик лунного скафандра И. П. Абрамов.
Ракету Н1 можно назвать «последней любовью» С. П. Королева. Главный конструктор мечтал не только о завоевании человеком околоземного пространства, но и о полетах к другим планетам.
Советский лунный скафандр.
УТВЕРЖДЕНИЕ ПРОЕКТА. Постановление о создании новой ракеты-носителя Н1, способной поднять в космос 40–50 тонн полезного груза, было принято в 1960 году. В дальнейшем проект не раз пересматривался. Наконец в ноябре 1966 года правительственная комиссия под руководством академика М. В. Келдыша дала «добро» на эскизный проект лунной экспедиции.
