— Олег…
Получаю совершенно влюбленный взгляд. Что ж, иногда неплохо ввернуть красивую фразу.
Хвалю себя и не успеваю опомниться, как моих губ касаются нежные женские губы. Тина наклонилась и коротко меня чмокнула. Сбоку слышится хихиканье дочки.
Кристина же выпрямляется и невозмутимо командует.
— Давайте все-таки позавтракаем.
Глава 24(2)
Едим, слушая, как по окнам и фасаду многоэтажки барабанит дождь. Вчера был душный вечер, а сегодня разыгралась непогода. Гром где-то вдали, и никакого просвета на небе. Глядя на все это, решаем сегодня никуда не ходить.
Дочка после завтрака заваливается смотреть по планшету какой-то блог. А ее мама ко мне под бочок на диван. Приличная семья — осталось только врубить телевизор. Но это мы все же не делаем, потому что пока заняты только собой. Тина сопит и, наконец, решается завести разговор.
— Давай сегодня еще переночуем здесь? Вчерашний день меня вымотал… Я конечно же счастлива, но… Дай мне время. В целом я не против переезда и…
— А выйти за меня ты не против?
Тина вздрагивает. Барахтается и оказывается где-то сверху на моей груди. Смотрит в глаза.
— Что?! Это такое предложение, Данилов?
Хмыкаю.
— Да какие тут предложения… Я готов добиваться только положительного ответа.
Кристина прикусывает губу.
— Ну… Добивайся.
Снова плюхается рядом и прячет хитрую улыбку.
— Я не рассчитываю, что мне все достанется легко, — признаюсь.
Кристина молчит несколько секунд.
— Олег, — начинает она серьезно, — я устала от битв. Пусть все будет легко… Главное, чтобы хорошо и надолго.
Усмехаюсь, кое-что вспомнив.
— Дочь сказала, что мы будем жить все вместе всегда. Напомню ей это на двадцатилетнем дне рождения.
Тина улыбается, находит мою руку и переплетает наши пальцы.
— Сейчас она нуждается в стабильности.
— И она будет! — говорю твердо. — А потом придется покупать ей квартиру, как Агате.
Кристина чуть сжимает мою руку.
— Как отреагирует твоя старшая дочь?
— Сложно, — не задумываюсь, — но что поделать?
Молчим некоторое время. Потом Тина осторожно просит.
— Пообещай, что не будешь ругаться с дочкой из-за меня и Леры. Не заставляй ее нас принимать. Ты заступался за нас тогда в гостях… Меня это поддержало. Но больше не надо. Ваши отношения должны быть только вашими. Поверь, я знаю, что говорю. У моего отца было несколько браков и детей от разных матерей. Нас собирали на праздниках, заставляли общаться. Меня не любили старшие и показывали это втихую. В общем… Лучше бы от нас просто отстали.
Она смеется, а меня наполняет благодарность.
— Спасибо за совет. Правда.
— Я люблю тебя и рада помочь. Но я верю, ты все и так сделаешь правильно.
— Что-что ты меня? — щурюсь.
Она тут же смущается. Повторяет тихо, но я отчетливо впитываю каждое слово.
— Я тебя люблю.
— И я тебя, малышка.
Кристина жмурится от удовольствия, а кое-кто хочет напомнить, что малышка здесь не одна.
— Дядя… Папа, пошли играть!
Лера хихикает в дверях и внимательно на меня смотрит.
— Идем, дочь. Неси джойстики.
Глава 25(1)
Кристина
Мне кажется, я завязла в каком-то бесконечном сладком сне. Как еще объяснить, что Олег и Лера называют друг друга папа и дочь? Что при этом никто ни с кем не поругался. Никаких обид, обвинений. Только любовь и семейный уют.
Говорить друг другу все прямо — это хорошо. Но как выяснилось, иногда полезно переварить информацию наедине с собой. Или выносить в себе — как это вышло у меня.
Мы устали от нервотрепок и с наслаждением проживаем банальные моменты. Семейный день, ужин. Тихий, но такой крышесносный интим поздней ночью. Это было и снова стремительно, и медленно. И жарко, и нежно. В итоге мы проспали все, что можно было проспать. Наспех собрали и закинули в садик Лерку. А сами выдвинулись в офис на автомобиле Данилова.
— Давай не будем показывать наши отношения на предприятии, — решаюсь попросить, — хотя бы пока.
— Боишься, я сольюсь, а тебе будет стыдно?
Морщусь.
— Ты как всегда прямее некуда, Данилов!
Генеральный смеется.
— Прости, лимит недомолвок исчерпал в ситуации с дочкой. Ну, а что тогда?
Вздыхаю.
— Пойми, я доверяю тебе! Но не хочу, чтобы вот так быстро…
— Хорошо, будем скрывать до декрета.
— Что?!
Впрочем, с его прытью… Я ничему не удивлюсь.
— Ты ведь не принимаешь таблетки?
— Олег, ты не хотел больше детей! — издеваюсь.
— Всё, я развязался.
Хохочем на весь перекресток.
— Я хочу для начала сама поверить, а потом уже афишировать.
— Ты мне не веришь?
Ух, насторожился.
— Не тебе, — закатываю глаза, — а в свое счастье.
— Вот так лучше. Если серьезно, будет, как ты скажешь. Но если Климов снова приударит за тобой! Вот здесь может наступить исключение.
У меня отваливается челюсть.
— Боже, у Володи просто добрейший характер!
Данилов пыхтит.
— Кажется, он разведен. Что-то не так с характером!
Я просто ахаю.
— Ты узнавал о семейном положении Климова?! Ты ревновал!
— Я присматривал за тобой.
— Ты ревновал!
Ух, не знаю, как отношения, а
