облизывая и посасывая ее, поглаживая клитор, пока ее тело не начинало содрогаться, и когда он почувствовал, что она приближается к оргазму, он догнал ее. Его мышцы напряглись, бедра оторвались от кровати, пятки уперлись в матрас, и он крепко прижал Персефону к своему рту.
Она кончила с резким криком, прижавшись бедрами по обе стороны от его головы. Это было именно то, что нужно, чтобы ослабить напряжение, которое нарастало внутри него. Оргазм пронзил его, скручивая каждую клеточку его тела.
Черт, завтра у него все будет болеть, но Аиду было все равно, потому что, когда он пришел в себя после разрядки, его разум наконец-то успокоился.
Глава XX. Дионис
Слова Аида пробудили в Дионисе первобытное желание защитить Ариадну. К сожалению, это желание было напрямую связано с его безумием, и ему потребовалось много сил, чтобы подавить дрожь, сотрясавшую его позвоночник, подавить свой гнев, остаться на месте, не броситься за богом мертвых и не разорвать его на части.
Тебе никогда не победить, – сказал он себе. Даже обладая невероятной силой, он не мог сравниться с одним из трех самых могущественных олимпийцев.
– О, боги, он хуже всех, – сказала Ариадна.
Ему потребовалось еще несколько вдохов, прежде чем сердце перестало так бешено биться, и он посмотрел на нее.
– Он не самый плохой, хочешь верь, хочешь нет, – сказал Дионис. – Но Тесей определенно плохой.
– О чем ты говоришь?
– Я хочу сказать, что он не ошибается насчет Тесея, – сказал Дионис. – Если Федра не вернется к нему, он придет за ней. Он придет за тобой.
– Мы знали, что так и будет, – ответила она. – Ты хочешь сказать, что сожалеешь о том, что сделал?
– Я буду сожалеть только в том случае, если кто-нибудь пострадает, – сказал Дионис.
По тому, как она скривила губы, он понял, что ей не понравился его ответ.
– Отведи меня к ней, – попросила Ариадна и замолчала. – Пожалуйста.
Его взгляд опустился на ее окровавленную одежду.
– Думаю, тебе стоит сначала принять душ.
Она оглядела себя так, словно забыла, что только что вышла из лабиринта.
– У меня нет другой одежды, – сказала она.
– Я найду тебе что-нибудь.
Он подумал, что она уйдет и спустится вниз, но она заколебалась.
– Ребенок, – сказала она. – Он здоров?
– Да, – ответил Дионис.
– И… на кого он похож?
– Имеешь в виду, не на инопланетянина?
Ариадна закатила глаза.
– Я должна была догадаться, что спрашивать не стоит. – Она повернулась и направилась к двери.
– По-моему, у него твой нос, – крикнул ей вслед Дионис.
Она замолчала, а когда повернулась, чтобы посмотреть на него, он добавил:
– И твои глаза.
– Ты не можешь этого знать, – сказала она. – Он всего лишь ребенок.
– Я узнаю твои глаза где угодно, – ответил он.
Ариадна сжала губы, как будто пыталась сдержать улыбку, и вышла из его комнаты.
Оставшись один, он разочарованно вздохнул. Боги. О чем, черт возьми, он думал? Ему не следовало идти с ней по этому пути. Он не знал, как же ему удалось зайти так далеко или как он оказался настолько вовлечен в эту битву между олимпийцами и полубогами, но он был здесь, принимал роды и похищал чужую жену. С таким же успехом он мог бы нарисовать мишень у себя на спине, потому что только что пригласил гребаного социопата на свою территорию.
И все это из-за Ариадны.
Чертовы чувства, – подумал он, выходя из своих покоев и направляясь на нижний этаж.
Выйдя из лифта, он увидел менад, сидевших тут и там по всей гостиной. Некоторые из них вязали, кто-то чистил оружие, кто-то читал. Небольшая группа собралась перед одним из телевизионных экранов, наблюдая за финалом «Титанов после мрака»… или как он там называется.
Пересекая комнату, он мельком увидел Океануса на экране – его лицо исказилось от ужаса, когда он посмотрел на Гею, которая причитала рядом с ним. Они наблюдали, как мир сгорает от молнии Зевса после смерти Тифона, который в предыдущем эпизоде осадил Олимп.
Не то чтобы Дионис был вовлечен в сюжет. Просто это нервировало его. Ему казалось, что он вот-вот увидит, как та же сцена разворачивается вокруг него в мире смертных.
Дионис прошел по одному из нескольких темных коридоров, ответвлявшихся от главного зала, в поисках Найи, у которой, вероятно, найдется одежда для Ариадны. Дверь в ее комнату была приоткрыта, но он все равно постучал, не желая мешать. Она тут же ответила, держа в руке книгу.
– Ты в порядке? – в ее глазах вспыхнуло веселье.
Очевидно, Лилия рассказала ей о том, что произошло в родильном зале. Он прищурился.
– Как много ты знаешь?
– О, всё, – ответила Найя.
– И многие ли менады знают?
– Все, – заверила она его.
Дионис вздохнул, потирая затылок.
– Прекрасно.
– Если это поможет, я ожидала, что ты упадешь в обморок, – сказала она.
– Не помогло, – сухо ответил Дионис.
Найя хихикнула.
– Я пришел узнать, нет ли у тебя какой-нибудь одежды, которую я мог бы одолжить, – сказал он.
– У нас с тобой разный размер, Дионис.
– Для Ариадны, – сказал он. – Она выбралась из лабиринта.
Веселье Найи угасло.
– С ней все в порядке?
– Думаю, да, – сказал он. – Она кричит на меня, как обычно.
Найя нахмурилась.
– Ты спросил ее, все ли с ней в порядке?
– Нет, – сказал он. – У меня не было возможности.
Дионис решил не рассказывать ей о том, что Аид тоже кричал на них.
Найя поджала губы, но ничего не сказала. Она исчезла в своей комнате и вернулась со свертком одежды.
– С ней не все в порядке, Дионис, – сказала Найя.
– Тогда, я думаю, она расскажет своей сестре, – сказал он.
Найя пристально посмотрела на него.
– Она тебе небезразлична?
– Тебе обязательно спрашивать?
– Тогда убедись, что с ней все хорошо, – сказала она, прижимая сверток к его груди.
– Хорошо, я спрошу, – сказал Дионис. – Но ты же знаешь, что она мне ответит? «Просто отведи меня к моей сестре».
– Дело в том, Дионис, что тебе не все равно, раз ты спросил.
Он все еще думал о словах Найи, пока шел по коридору к комнате Ариадны. Он постучал в дверь, но ответа не последовало. Он подергал ручку, и она повернулась, но он не решался войти. Было ли это вторжением в частную жизнь? Она же должна была знать, что он придет, чтобы принести ей одежду, верно?
Само по себе беспокойство, которое это вызвало у него, было абсурдным, но он не хотел давать Ариадне еще один повод сердиться на него. Он приоткрыл дверь.
– Ари, – позвал он в комнату.
И снова ответа не последовало, и он предположил, что она все еще в душе и войти можно.
Он проскользнул внутрь.
В ее комнате было мало мебели, только маленькая кровать и письменный стол. Она не пыталась превратить это место в свой дом, и Диониса это не удивляло. Она приехала сюда не совсем по своей воле и провела свои первые дни, пытаясь сбежать. Теперь она осталась, потому что была в опасности – потому что Тесей хотел ее, хотя это,
