Возле этого дуба стояли пятеро анмаглахков, и один из них шагнул вперед, что позволило расвмотреть его во всех подробностях.
Он был выше Сгэйля, широкоплеч и слишком плотно сложен для эльфа. Лисилу подумалось, что скорее он похож на человека, обогнавшего в росте своих соплеменников. Однако же это был чистокровный эльф, со светлыми, подернутыми серебристой сединой волосами и большими янтарными глазами на треугольном лице с…
Лисил резко остановился, пошатнувшись. От гнева у него пересохло в горле.
Лоб анмаглахка наискось пересекало четыре шрама. Они прерывались у правого глаза и тянулись вниз по щеке до края челюсти.
— Бротан, — прошептал Лисил.
В памяти его огнем вспыхнули воспоминания.
В родовой усыпальнице Дармута Бротан нашептал, намекнул ему, что эльфийский череп — единственный в жутком собрании тирана — принадлежит его матери. Лисил бросился на Дармута, вонзил в его горло кривой нож и смотрел, как этот ублюдок захлебывается кровью, наполнившей легкие.
Бротан всего лишь воспользовался неспокойной совестью Лисила, простой ложью превратив его покаянные терзания во вспышку нестерпимой боли. Лисил довершил то, чего ради пришел туда этот анмаглахк, — убить лорда Дармута и развязать в Войнордах кровавую бойню.
Лисил отнял еще одну жизнь, как и полагалось оружию. Он и был оружием — в руке Бротана.
* * *
Ярость, охватившая Мальца, разгорелась с такой силой, что заглушила и жар гнева, исходившего от Лисила. Пес прижал уши и сморщил верхнюю губу, оскалив клыки.
Бротандуиве — Пес во Тьме — обманщик!
Мальца сотрясала внутренняя дрожь, мышцы окаменели от напряжения, шерсть на загривке встала дыбом.
Бротандуиве сдвинул светлые брови, отчего шрамы, пересекавшие его лоб, изогнулись.
Для Мальца не имело значения, что этому эльфу тоже была дорога Эйллеан. Бротандуиве использовал Лисила и вернул Нейну в Край Эльфов, где ее заклеймили предательницей и лишили свободы. Это и многое другое Малец узнал еще в усыпальнице Дармута, когда проник в мысли рослого анмаглахка.
Надо было ослушаться Магьер и не отпускать негодяя живым. Надо было еще тогда, в усыпальнице, разодрать клыками это покрытое шрамами лицо.
А теперь Бротан здесь, дождался, когда Лисил придет на встречу с патриархом анмаглахков. Что именно рассказал этот убийца своим собратьям про него и Магьер?
Анмаглахки, стоявшие у дуба вместе с Бротаном, подошли на пару шагов ближе, потрясенные до глубины души.
— Маджай-хи?… — пробормотал один из них.
Малец проворно обшарил их мысли — одного за другим. И сумел уловить только образы маджай-хи, бегущих по лесу или привольно бродящих по селениям.
Из воспоминаний Лилии и ее стаи Малец узнал, что самки маджай-хи время от времени приносят потомство в эльфийских общинах. Они хотят, чтобы щенята, прежде чем окончательно окунутся в лесную жизнь, поближе узнали эльфов. Малец не мог понять, почему этих четверых и даже Бротана так удивило его присутствие.
И тут его осенило. Среди всех видений, которые он обнаружил в памяти анмаглахков, не было ни одного, где маджай-хи появились бы именно здесь — в Криджеахэ.
Почему?
Краем слуха Малец уловил резкий голос Фретфарэ, но не разобрал ни слова — все его внимание снова было поглощено Бротаном.
Презреть рассудок, дать волю звериным инстинктам… Сейчас, в эту минуту он желал только одного — разорвать на куски Бротана.
И все же Малец устоял перед искушением. Поддайся он — и что тогда будет с Лисилом?
Бротан так и не тронулся с места, лишь озадаченно хмурился. Четверо анмаглахков, стоявшие позади него, неуверенно двинулись вперед и, разделившись поровну, встали по обе стороны от Мальца — на расстоянии пары его прыжков.
— Греймасга?… — проговорил один из них, глядя на Бротана, но тот ничего не ответил.
Малец уже слышал сегодня это слово, хотя и не понял, что оно означает. Нынче днем, у причалов, точно так же назвали Уркара.
Сгэйль опустился перед Мальцом на одно колено, протянул к нему руки ладонями наружу.
— Нет, — сказал он по-эльфийски. — Здесь… нельзя… убивать.
Он говорил медленно, подчеркивая каждое слово, точно хотел удостовериться, что Малец его поймет.
— Лиишил, объясни ему! — прибавил Сгэйль по-белашкийски.
Услыхав это странное требование, Бротан с любопытством глянул на Лисила. Малец и ухом не повел.
— Ты поэтому забрал у меня оружие? — Вопрос Лисила прозвучал почти как обвинение.
— Нет, не поэтому, — ответил Сгэйль. — Но теперь к другим причинам прибавилась и эта. Не в этом месте и не таким образом надлежит разбираться с обидами, которые нанес Бротандуиве тебе и маджай-хи.
Малец неохотно согласился с его словами. Он обошел Лисила и уселся рядом с ним — так, чтобы видеть остальных. Пускай обманщик еще немного поживет на свете.
По мнению Мальца, Бротандуиве был уже покойником, хотя сам еще и не знал об этом.
Один из анмаглахков изумленно вскрикнул. Малец проследил за его взглядом, устремленным в просвет между жилыми деревьями на краю прогалины.
Белая неясная тень проскочила от одного дерева к другому и, обежав его, появилась с другой стороны.
Лилия вглядывалась в Мальца и нерешительно косилась на всех прочих.
При виде ее гнев Мальца смягчился. Пес порывисто тявкнул, надеясь, что она присоединится к нему.
Лилия нервно переступила с ноги на ногу. Сделала два шага вперед — и тут же попятилась за обширный ствол жилого дерева.
Малец знал, что ей не хочется быть рядом с людьми, и чувствовал, как она озадачена его поведением. Но сейчас, когда он коснулся сознания Лилии, перед его мысленным взором появился образ гигантского дуба посреди прогалины.
Его дверной проем зиял чернотой, в которой Малец ничего не мог разглядеть, и облик этого дуба в мыслях Лилии был окутан пеленой страха.
В этот миг внимание Мальца снова привлек Бротан. Рослый анмаглахк указал рукой на гигантский дуб и отступил в сторону.
— Входи, Фретфарэ, — сказал он по-белашкийски. — Вельмидревний Отче ждет вас. — И добавил, приняв куда более любезный вид: — Привет тебе, Сгэйльшеллеахэ! Ты вернулся быстрее, чем ожидалось. Пойдем, расскажешь мне о своем путешествии.
Сгэйль заколебался.
— Я дал слово защищать Лиишила и его спутников.
— А я даю слово, что никто здесь не нарушит твоего обета. Ни Лиишилу, ни его спутникам ничего не грозит. Ты пойдешь со мной.
Сгэйля его слова явно убедили лишь частично, но он сдался:
— Хорошо, греймасга.
Все складывалось не так, как хотелось Мальцу, но поделать тут он ничего не мог. Сейчас его и Лисила окружают враги. Фретфарэ направилась к гигантскому дубу, и пес подтолкнул Лисила вперед, стараясь держаться между ним и Бротаном.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
