может случиться.
— Нет…
С каждой секундой, сама того не желая, Анна все больше и больше начинает верить, что Саймон рассказывает ей правду. Этот мужчина слишком уж убедительно рассказывает обо всем, что он придумывает буквально на ходу, получая от этого огромное удовольствие. Мужчина знает, что для любых обвинений нужны доказательства. Но он сумел найти нужные слова, которые вполне могли бы сойти за правду. И понимает, что даже если ему удается если не убедить девушку в том, что ей опасно общаться с Ракель, то он хотя бы заставить ее призадуматься о том, стоит ли ей и дальше иметь какие-то дела с якобы неуравновешенной девушкой.
— Значит… — задумчиво произносит Анна. — Она… Может… Убить?
— Может, Анна, может! — восклицает Саймон. — Так что вот так, милая моя девочка. Делай выводы… Твоя подруга ненормальная. И это вовсе не женские заскоки. Это самая настоящая психическая болезнь. А таких больных людей, как она, надо держать в психушке. И тем более, не давать им размножаться. Я бы не хотел, чтобы Ракель родила еще парочку больных девчонок или парней. Ей вообще нельзя рожать детей, ибо они будут такие же неуравновешенные, как и она сама.
— А ведь на первый взгляд она абсолютно нормальная… — слабо качает головой Анна.
— Да, верно. Но это лишь оболочка. И ты еще не сталкивалась с ее психозами. Но поверь мне, рано или поздно Ракель проявит агрессию и к тебе, и к Наталии, и ко всем, кого она знает. Так что, если не хочешь пострадать и умереть по вине Кэмерон, то держись от нее подальше. Я ведь не хочу, чтобы такая симпатичная молоденькая девочка оказалась в могиле из-за этой больной стерви. И я также беспокоюсь за Терренса. Я ведь когда-то уже предупреждал его о том, что с Ракель опасно связываться, ибо она может рехнуться и кого-нибудь грохнуть. Но он не послушал моего доброго совета и, будучи ослепленной любовью, уехал искать ее… МакКлайф потерял голову и послал меня, когда я настаивал на том, чтобы он даже не смел приближаться к ней.
— Но… Терренс никогда об этом не говорил…
— Ах… — Саймон тихо вздыхает с хитрой улыбкой на лице. — Вот что делает с человеком любовь… Терренс так сильно влюбился в Ракель, что даже начал встречаться с ней! Спустя всего пару месяцев после знакомства! Не удивлюсь, если он уже и о свадьбе думает.
— По крайней мере, его чувства были настоящими, — спокойно говорит Анна. — Терренс всем сердцем любил ее…
— О, он любил ее без памяти… — уверенно отвечает Саймон. — Мечтал о встрече с ней с тех пор, как увидел ее в каком-то журнале. Или посмотрел интервью с красной дорожки… Не помню точно… Но с тех пор Терренс пытался встретиться с ней. Ах… Вот как эта девчонка околдовала парня! — восклицает Саймон. — Терренс так сильно мечтал быть с ней, что не слушал никого, кто говорил ему, что она опасна. Он мечтал лишь об одном — встретить Ракель и сделать ее своей.
— Надо же…
— Бедный парень… Бедный парень… Столько настрадался из-за этой больной эгоистки. Боже… Хотя он вполне мог заметить, что она не совсем здорова. Ведь поначалу они совсем не ладили. И эта девчонка не вела себя тихо покорно. Она дерзила, ругалась, раздавала пощечины и грозилась врезать ему между ног…
— Я верю, — слабо кивает Анна. — Терренс никогда не лгал о том, что чувствовал по отношению к Ракель.
— Ну ничего, я думаю, что он уже очень скоро очнется и поймет, что связался с психованной. И от греха подальше разорвет с ней отношения. Есть столько красивых и хороших девчонок, которые только и мечтают сделать его счастливым. Вон как его боготворят еще с того момента, как в свет вышел фильм «American Love Affair»!
— Есть за что…
— Ну и чтобы сберечь свои нервы, советую тебе и твоей подругой тоже держать подальше от этой девушки, чтобы она не причинила никому вред. С психами лучше не иметь дело. Ну а если в роду у человека уже были люди с подобными отклонениями, то вряд ли им что-то поможет.
К этому моменту Анна становится практически белой и ошарашенными глазами смотрит в одну точку, начав всерьез бояться, что однажды и ей с Наталией может достаться от якобы больной и неуравновешенной Ракель. Девушка не может ничего сказать в ответ, поскольку слишком шокирована заявлениями Саймона, который мысленно празднует удачное завершение одной из своих многочисленных миссий.
— Да… — задумчиво произносит Анна. — Вы правы…
— Но если даже если мои слова не убедили тебя в том, что твоя подружка больная и любит только себя, то ты, конечно, можешь продолжить и дальше поддерживать ее, — задумчиво говорит Саймон. — Однако я советую вам всем быть с ней предельно осторожными, потому что она очень опасна. Стоит только дать ей повод, и она взорвется, точно бомба, и уничтожит все на своем пути… Потом будет уже очень поздно что-то менять и жалеть…
— Вы… — Анна нервно сглатывает. — Заставили меня… Призадуматься…
— Что ж, я очень рад, — хитро улыбается Саймон. — Рад, что ты прислушалась ко мне. А что делать — ты уже решай сама. Я не хочу ни на чем настаивать.
— Я поняла…
— Но ты не переживай, этой девчонке не будет все сходить с рук, — уверенно обещает Саймон. — Я лично позабочусь о том, чтобы твою подружку отправили туда, где ей следует быть.
— Если это так… То… Ей лучше… Лечиться…
— Верно! — Саймон на пару секунд замолкает. — Ох, ладно, пожалуй, на этом я закончу наш разговор. Благодарю за то, что ты все-таки согласилась выслушать меня.
— Пожалуйста… — задумчиво произносит Анна.
— Всего хорошего, моя милая Анна. Береги себя. Может, чуточку позже я позвоню тебе еще раз.
Саймон с хитрой улыбкой заканчивает звонок, а после этого Анна начинает слышать в трубке гудки. Которые как раз выводят ее из некого транса и заставляют понять, что ей больше не придется слышать этот голос, который поначалу казался мерзким, но потом стал если не приятным, то, по крайней мере, терпимым.
— До свидания… — задумчиво произносит Анна.
Несколько секунд посмотрев в одну точку своими широко распахнутыми глазами, несколько ошарашенная Анна кладет свой мобильный телефон на тумбочку и слабо качает головой, будучи не на шутку напуганной этим звонком. Который поселил в ней сомнения насчет того, что было бы правильно продолжать общение с Ракель. И заставил начать думать о том, что это может быть опасно для нее и Наталии. Да и вообще — для всех, кто
