— Кассиан, пожалуйста. Просто сделай это.
Было трудно игнорировать ее, она была слишком мила.
— Кассиан!
Я упал на матрас и притянул ее бедра к себе. Она сопротивлялась, пока я не заставил ее сесть мне на лицо. Мой язык погрузился в нее, и ее стенки сжались. Я ел, как голодный, подбадривая её. Рейн сжимала покрывало на кровати так сильно, что они побелели.
Я обхватил ее за талию и дернул. Она напряглась, прежде чем снова кончить.
— Ах, — воскликнула она, впиваясь ногтями в кровать.
Когда она перестала дрожать, я отодвинул ее в сторону.
У Рейн было ошеломленное выражение лица. Я подвинулся к краю матраса и натянул джинсы.
— Господи, — она встала рядом со мной, опираясь на мое плечо. — Это было невероятно.
Я вытер подбородок, улучив момент, чтобы попробовать сладость, оставленную ею, и прикусил большой палец, сдерживаясь, чтобы не раздвинуть ее ноги и не трахнуть.
Волосы Рейн щекотали мою кожу, а затем она наклонилась ближе, целуя меня.
— Я хочу большего.
— Позже.
Рейн хотела, чтобы я остался, ее желание было ясно видно по тому, как она прижималась ко мне, пока я одевался. У меня не хватило духу отмахнуться от нее. Часть меня хотела присоединиться к ней под одеялом и заснуть.
Я поймал ее руку прежде, чем она коснулась моей щеки и поцеловал запястье.
— Это чертовски грустно, но…
— Что такое?
Я не мог сказать.
Но это не продлится долго.
========== Глава 15 ==========
Кассиан
Несколько дней спустя я все еще не мог заснуть. Я не мог выбросить Рейн из головы. Я смотрел на дверь, разделяющую наши комнаты, искушение мучило меня всю ночь.
И чувство вины.
Когда мы прощались в тот вечер, ее глаза были печальны. Я все равно ушел, несмотря на глубокие сомнения. Я был таким ублюдком. Ее опущенный взгляд сидел у меня холодом в груди. Интересно, она тоже не спит?
Она была очень расстроена.
Неужели я все испортил?
На ночном столике раздался телефонный звонок. Я нащупал свой сотовый, уставившись на экран. Ричард.
— Привет, — ответил я.
— Ты что, трахаешь дочь сенатора? — Ричард, как всегда, нацелился прямо в яремную вену.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я бы оценил его прямоту, но не в два часа ночи, черт возьми.
— Что это за вопрос?
— По-моему, вполне обоснованный. Особенно после того, как я посмотрел на днях таблоид. Ты со своей подзащитной выглядите довольно мило.
Черт, только не снова.
— О чем ты говоришь?
— Проверь свой телефон, придурок.
Мой желудок сжался, когда я увеличил фотографию меня и Рейн в Национальном торговом центре. Это было убийственно. Она стояла спиной к грузовику с едой, одетая в шорты и белую блузку с узором из якорей. Я держал ее за плечи. Лицо Рейн повернуто ко мне, губки раздвинуты, глаза были полузакрыты. Должно быть, снимок сделали прямо перед тем, как мы поцеловались.
— Это просто ракурс.
Я поморщился от своей невозмутимой отмазки.
— Кассиан, — голос Ричарда звучал скорее раздраженно, чем сердито. — Вы с этой девушкой слишком хорошо ладите.
Это правда.
— Послушай, я могу объяснить.
— Да? Мне бы очень хотелось это услышать.
— Я просто утешал ее.
— Похоже, в последнее время ты часто этим занимаешься, — сухо заметил он. — И это удивительно, потому что я никогда не видел, чтобы ты заботился о ком-то, кроме себя.
Я цокнул.
— Констатирую факты.
Надо было хоть изредка ходить на его чертовы барбекю.
— Я делаю хорошие вещи для людей.
— С каких это пор?
— Занимаюсь благотворительностью, — прорычал я. — И предлагаю скидки постоянным клиентам.
— Ух ты, — фыркнул он. — Ты теперь святой?
Я сорвал одеяло с кровати, усталость исчезла из моего сознания. Я запер дверь, отделяющую мою комнату от комнаты Рейн, и прошипела в динамик:
— Ладно. Я придурок.
— Я звоню тебе не для того, чтобы ругать. Честно говоря, я волнуюсь. Твой отец недавно связался со мной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Да, знаю. Никогда не говори ему, где я. У нас не очень хорошие отношения.
— Понятно, — Ричард погрузился в молчание. — Могу я спросить, почему?
