Василиса понемногу начинала видеть все лучше и лучше и, скосив глаза, заметила как Надя присела, спиной облокотившись к борту, а ее поддерживает Ира. Отведя взгляд, Василиса снова посмотрела на Ольгу и, всхлипнув от бессилия, расстегнула на ней куртку и чуть перевернула раненую набок. Одна пуля попала Ольге в плечо сзади, а еще одна прошла по ребрам. Эта рана была самая кровавая. Чуть погодя Василиса заметила, что у Ольги еще и в ногу ранена — третья пуля попала ей в бедро. Пока машина ехала, единственное, что Василиса могла сделать, это снять с себя джемпер и попробовать наложить повязки. Оторвав один рукав, девушка перевязала Ольге ногу, а оставшееся от джемпера она просто приложила к ранам на боку.
Когда Василиса, оставшаяся в одной майке, запахнула на Ольге куртку, прижимая ткань к ранам, ей вдруг стало очень холодно. Василису забила крупная дрожь, даже зубы начали дробь выбивать. Наклонившись за своей сброшенной курточкой, едва не упав, Василиса с трудом одела ее. Теплее не стало, наоборот — только сейчас девушка поняла, что куртка почти насквозь мокрая — когда щербатый ее ударил, она ведь упала прямо в жидкую грязь.
Постепенно начав более-менее ощущать себя, Василиса с отвращением чувствовала прикосновение мокрой и грязной ткани к коже. Она содрогнулась, у нее неожиданно перехватило дыхание, но тут девушка почувствовала, что кто-то взял ее за руку. Вскинувшись, Василиса встретилась с Ольгой взглядом и не удержалась — беззвучно заплакав, она сжалась на коленях рядом с лежащей девушкой, истекающей кровью.
29 апреля, день. Старцев Александр, деревня Тапицы
Проснулся от того, что кто-то тронул меня за плечо. Не сразу поняв, где нахожусь, резко вскинулся. Но встретившись взглядом со Стасом, вспомнил все.
— Время сколько? — спросил я хриплым со сна голосом.
— Дохера уже, — мрачно произнес Стас, — пойдем на кухню, перекусишь.
Поднявшись с кровати, я двинулся за ним и, приземлившись на свободный стул, принялся за еду, периодически моргая липкими со сна глазами и осматриваясь. В доме сейчас было серо и тяжело — солнце скрылось за облаками, дневной свет сквозь занавески проникал с трудом, да еще накурено было.
Посидел немного, потом поднялся и умывшись, гремя алюминиевым умывальником, открыл форточку и принялся за еду. А тушенка разогрета, кстати — отметил я, с удовольствием отправляя в рот крупные куски мяса. Запив обед водой посмотрел на молчаливых Сергеича со Стасом.
— Время то сколько?
— Почти четыре, — мрачно ответил Стас.
— А Рома? — закусив губу, спросил я, — пришел?
Никто не ответил, но я и так понял. Мда, плохо. Очень плохо. Судя по карте, от того места где мы высадили Рому, до Ягодного ему максимум полчаса ходу, даже не торопясь. Ну и сюда, до Тапиц, час, и то с натяжкой.
Рому мы высадили около восьми утра. С того момента прошло семь часов, а он так и не появился.
— Если дольше ждать, темнеть начнет, — вдруг глухо Стас произнес, — и туда уже не сунешься. Ждите здесь, я схожу, посмотрю, — не глядя ни на кого, поднялся он.
— Я с тобой пойду, — вырвалось у меня, прежде чем я успел даже подумать.
Фыркнув, Сергеич глянул и на меня и на Стаса. В общем, решили идти все вместе. На кухонном столе, на всякий случай, оставили записку для Ромы, что мы пошли его искать. Быстро проверили оружие, и вышли из дома.
— Ух е! — вырвалось у меня, когда я увидел открывшуюся картину. Удивляться было отчего — небольшая в ширину еще утром река сейчас напомнила мне Неву — едва ли не километр в ширину стала. Мы находились сейчас на ее правом берегу, на высоком холме, на котором расположилась деревня. Да и дальше вокруг местность не опускалась, даже чуть поднималась — осмотрелся я. А вот на другом берегу еще утром я запомнил поля поймы реки, которые сейчас все были залиты водой.
— Это что такое? — удивился я, — паводок такой?
— Походу, — кивнул Стас, — растаял снежок…
Ни он, ни Сергеич особо зрелищу не удивились — видимо до этого наблюдали, пока я спал сладко. Выдохнув еще пару крепких выражений, осмотрелся — судя по ощущениям, вода поднялась уже на несколько метров.
— Пойдем, катер выше поднимем, — кивнул Сергеич, указывая на тот сарайчик, где мы лодку спрятали.
Когда минут через пятнадцать углубились в лес и зашагали среди мокро-коричневых голых стволов деревьев, до меня дошел весь смысл нашей авантюры. Идем втроем, совершенно не зная, что ждет впереди. Пробираемся сквозь лес в сторону воинской части, где проводили исследования над людьми, превращая их в мутантов. В машины для убийств. И после того как гораздо более подготовленный к визиту в это страшное место Рома не вернулся, туда теперь мы премся. Черт, этот фатализм врожденный или просто мы втроем такие особенные?
Я шел последним, четко ступая по следам. Снег здесь по виду почти не таял, хотя и стал тяжелым, весенним. Лес здесь был смешанным и довольно густым, так что быстро передвигаться было затруднительно — постоянно приходилось обходить то ямы, то буреломы. Часто попадались упавшие деревья, переступать через которые сильно утомляло. Наступать же я на них старался не рисковать, после того как под тяжелым ботинком на одном из стволов кора содралась и скользнув по мокрому стволу, я чуть было не навернулся качественно. Шли довольно долго, так что я опять устал сильно. Ноги налились усталостью, а на плечи давило тяжесть никуда не уходящего страха. И эта ноша была гораздо тяжелее физического утомления.
В спину Стаса едва не уткнулся. Вовремя остановился и, сделав шаг в сторону, присмотрелся. Прямо перед нами возвышалась старая, покосившаяся бетонная стена.
— Пойдем, — поманил нас за собой Сергеич, и мы пошагали по лесу вдоль заграждения. — Тут дырка есть, через нее бойцы по самоволкам бегали, — пояснил старшина, — там и зайдем. Чтобы не особо светиться.
Пока шли, я осматривал бетонную стену. Невысокая, какие-то блоки уже покосившиеся от времени. По верху идет ржавая колючая проволока. Несерьезно как-то для места, где секретные эксперименты проводятся, о чем я Сергеичу и сказал.
— Так это наша часть, — пояснил он, обернувшись ко мне, — а внутри коробочкой еще одна, и туда уже просто так не попадешь.
— Пришли? — приостановился вдруг Стас, показывая на место в стене, где небольшой и небрежно замаскированный пролом виднелся.
— Угу, — кивнул старшина и осторожно двинулся к нему. Стас пошел следом а я глянул им вслед и широко вздохнул. И едва не закашлялся — сердце пропустило удар, дыхание сбило, и все тело будто сковало. Страшно. Я еще раз вздохнул и едва не застонав, шагнул вперед. Первый шаг делал едва не с физической болью, разрывая опутавший меня страх. Дальше стало полегче, но пальцы начали подрагивать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
