Ряд авторов (в частности, З. А. Незнамова) вполне обоснованно выделяют абсолютно-неопределенную санкцию, которая не содержит указания ни на вид, ни на размер наказания. И хотя в действующем Уголовном кодексе данный вид санкций отсутствует, многие международные договоры, посвященные борьбе с преступлениями международного характера и международными преступлениями, такую санкцию имеют.
Приведенные положения убеждают нас, что уголовный закон должен быть хорошо структурирован, чтобы в оптимальных пределах точно воспроизвести смысловую нагрузку уголовно-правовой нормы, закрепленной в этом законе. Вместе с тем не менее важным является и то, что любой уголовный закон должен отвечать пространственно-временным требованиям, ибо, как известно, каждое преступление совершается в определенном месте и в определенное время. В связи с этим в теории уголовного права имеет место парадокс, суть которого заключается в том, что пространственно-временные признаки в составе преступления относятся к числу факультативных признаков объективной стороны.
§ 3. Действие уголовного закона во времени
Известно, что основанием любой карательной деятельности в современном государстве является уголовный закон. Приведенное положение означает, что признавать наказуемым деяние, в момент его совершения по закону не наказуемое, либо приговаривать виновных к наказанию, законом не предусмотренному, судья не может. Приведенное положение возведено в уголовно-правовой принцип, согласно которому преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только действующим на момент учинения деяния уголовным кодексом.
Любой уголовный закон как социально-правовая реалия должен быть действующим, т. е. он должен быть исполняем и применяем всеми обязанными к тому лицами, организациями и учреждениями, с момента вступления его в силу и до момента его отмены. В связи с этим возникает необходимость определения четких временных параметров действия уголовного закона. Анализ этих параметров представляется важным и с позиции теории, так как он способствует развитию отечественной науки уголовного права, и с позиции практики, ибо его результаты могут оказать влияние на повышение эффективности работы следственно-прокурорских и судебных органов в борьбе с преступными деяниями.
Действие уголовного закона во времени охватывает три временных среза: прошлое, настоящее и будущее, как бы объединяя их неразрывным триединством, суть которого может быть сведена к следующим положениям: а) применение к преступному деянию уголовного закона времени его совершения; б) обратимость более мягкого; в) необратимость более строгого уголовного закона[184].
Логика уголовного закона такова, что преступность и наказуемость деяния определяются законом, действовавшим на момент совершения преступления, а, как мы уже отметили, действовать может лишь уголовный закон, вступивший в силу.
Условия вступления уголовного закона в силу определяются в нашем праве Федеральным законом от 24 мая 1994 г. «О порядке опублико вания и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания». Этим законом предусмотрена и особая процедура принятия уголовного закона.
Как и любой федеральный закон, уголовный закон принимается Государственной Думой. Датой принятия федерального закона считается день утверждения его Государственной Думой в окончательной (беловой) редакции. В течение пяти дней он передается на рассмотрение Совета Федерации. После одобрения Советом Федерации закон в течение пяти дней направляется Президенту страны для подписания и обнародования. Президент в течение четырнадцати дней подписывает закон и обнародует его.
В связи с такой процедурой принятия уголовный закон имеет три даты, отражающие стадии его прохождения от одной властной государственной структуры к другой, а от нее – к третьей: дату принятия закона Государственной Думой, дату одобрения закона Советом Федерации и дату подписания закона Президентом России.
Из трех названных дат приоритет отдается дате принятия уголовного закона Государственной Думой в окончательной редакции. В связи с этим датой принятия действующего ныне Уголовного кодекса России является 24 мая 1996 г., т. е. день принятия Кодекса Государственной Думой.
Вместе с тем принятый уголовный закон вступает в силу не сразу, а только после его опубликования. По сложившейся в последнее время в нашей стране законотворческой практике на территории России применяются только те федеральные законы, которые официально опубликованы.
Установление особого обстоятельства (срока) для вступления в силу утвержденного, а нередко и обнародованного закона (как, в частности, текста нового уголовного закона) практикуется с той целью, чтобы предоставить гражданам возможность ознакомиться с содержанием нового закона.
Законодательно определен семидневный срок официального опубликования федеральных законов после их подписания Президентом России. Официальным опубликованием федерального закона считается первая публикация его полного текста в «Российской газете», «Парламентской газете» или в «Собрании законодательства Российской Федерации».
Уголовный закон может вступать в силу одновременно на всей территории России по истечении десяти дней после дня его официального опубликования. Такой порядок вступления закона в силу принято называть «обычным порядком».
Существует и экстраординарный порядок вступления уголовного закона в силу. При таком порядке сроки вступления закона в силу могут быть сокращенными (менее десяти дней, например, с момента опубликования) либо дата вступления закона в силу может быть указана более поздняя, чем дата принятия закона. Последнее характерно для объемных законов, чаще всего кодифицированных. Более длительные сроки вступления закона в силу указываются либо в самом законе, либо в законе о порядке введения федерального закона в действие. Так, в частности, Уголовный кодекс России 1996 г. вступил в силу с 1 января 1997 г., т. е. спустя более чем полгода после его опубликования.
По общему правилу, уголовный закон вступает в юридическую силу в полном объеме и одновременно на всей территории России, однако в порядке исключения, как, например, Уголовный кодекс России, – не в полном объеме, т. е. частично.
Проблема действия уголовного закона во времени имеет смысл не столько сама по себе, сколько в привязке к вопросу о времени совершения преступления.
Как известно, совершение преступления есть процесс, разворачивающийся во временном пространстве с различной скоростью и различной временно́й длительностью. Действительно, одни преступления стремительны до мгновенности, как поведение возбужденного холерика (например, убийство в состоянии аффекта при помощи огнестрельного оружия), другие же, наоборот, медлительны и протяженны в своем состоянии или развитии, словно поступки меланхолика (например, уклонение гражданина от уплаты налога). Можно заключить, что определение времени совершения легко установимо в простых преступлениях, хотя и здесь возможны варианты. В остальных же случаях определение времени совершения преступления требует немалых познавательных усилий и творческой изобретательности.
Основываясь на логике общих правил, временем совершения преступления необходимо признавать время окончания или прекращения (пресечения) преступной деятельности. По действующему Уголовному кодексу России временем совершения преступления признается время осуществления общественно опасного действия или бездействия, независимо от времени наступления общественно опасных последствий.
Говоря о времени совершения (окончания) преступлений, необходимо иметь в виду то обстоятельство, что в ряде случаев при совершении преступления виновный как бы дважды завершает свое преступное деяние: первый раз, когда в содеянном имеются все признаки преступления, описанные в законе, – так называемое юридическое окончание преступления; второй раз, когда он фактически прекращает свое преступное посягательство, – так называемое реальное (фактическое) окончание преступления.
Для преступлений с усеченными составами, являющимися разновидностью формальных составов, время совершения преступления определяется временем выполнения того этапа совершаемого преступления, на которое законодатель, с учетом его повышенной общественной опасности, перенес момент окончания преступления, т. е. стадией приготовления (например, бандитизм признается оконченным с момента организации банды) или покушения (например, разбой признается оконченным с момента нападения).
