– Мне нужно позвонить сыну, он владелец заведения. Когда он подъедет, я смогу поехать с вами в участок, – сказала Бев.
Кара наклонила голову.
– Вот и отлично. Я отвезу Даниэлу прямо сейчас, а вы подъезжайте попозже. Пойду посмотрю, что там происходит. Я сейчас вернусь.
Кара подошла к Сэму, который уже собирался вести Боба к полицейской машине. Увидев ее, он передал теперь уже спокойного хулигана Теду, сказав:
– Веди его в машину, я сейчас приду.
Кивнув, Тед подтолкнул Боба вперед, и они скрылись за дверью.
– Прости меня, Дани! – крикнул Боб.
Даниэла отвернулась и ничего ему не ответила.
Кара с омерзением покачала головой.
– Даниэла сказала, что она будет настаивать на его обвинении.
– Вот и хорошо, – кивнул Сэм.
– Я повезу ее в участок прямо сейчас, а заведующая должна сначала закрыть закусочную. Она подъедет позже, тогда мы вместе напишем протокол и заявление.
– Как она? – Сэм кивнул в сторону Даниэлы.
– Все нормально. Надеюсь, она не передумает по дороге.
Каре пришлось видеть немало женщин, включая собственную мать, которые, столкнувшись с процедурой дачи показаний и формального выдвижения обвинения, тут же пасовали и отказывались от дальнейших действий.
– Ты сама-то как? Все нормально? – критически оглядел ее Сэм, как он это делал всегда после подобных инцидентов.
– Еще один день из жизни полицейского, – улыбнулась Кара.
– Умничаешь? – хмыкнул Сэм. – Ладно, увидимся в участке.
Кара провела остаток вечера, заполняя бланки и печатая протоколы. Бев настояла на том, чтобы Даниэла поехала к ней домой, и та согласилась. Там она будет в безопасности, и ей не надо будет возвращаться к Бобу. Мерзавца пока что посадили в камеру предварительного заключения, но утром, после предъявления официального обвинения, его могут выпустить под залог. И тогда Даниэле придется принимать серьезные решения.
Воскресное утро выдалось холодным и ясным после разразившейся накануне снежной бури. Весь вчерашний день Майк провел в отделении, занимаясь бесконечной бумажной работой. Папки с документами, казалось, вечно громоздились на его столе. Кроме того, у него была встреча со специалистом технического отдела по поводу предстоящей компьютеризации регистрационной системы. Вечером он отправился к Итану поиграть в покер с бывшими одноклассниками и умудрился выиграть там приличную сумму наличными, не говоря уже о приятных воспоминаниях юности. Все было просто отлично, но ему все же не хватало общества Кары и ночи в ее постели.
Со дня возвращения из Лас-Вегаса он редко видел ее, поскольку служебные обязанности развели их в разные стороны. Как бы Майк ни был занят делами, он постоянно думал о ней. К этой странности он почти привык. Но еще более удивительным было то, что ему не хватало ее присутствия рядом с собой, – в ванной, в гостиной, в спальне. В его жизни такого никогда не случалось. Он даже пригласил ее на очередной воскресный семейный ужин, но она отказалась, сославшись на сильную усталость.
Приехав к родителям, Майк занялся обязанностями, которые обычно выполнял отец: расчистил дорожки от снега и льда. Приехавшие вслед за ним Сэм и Эрин тоже принялись помогать матери и отцу по дому. Все трое старались сделать так, чтобы этот кошмарный период в жизни семьи прошел как можно более гладко. Проклятая болезнь сказывалась не только на Саймоне, но и на всех любивших его близких. Впрочем, сегодня Саймон казался чуть бодрее обычного и не дремал, когда приехал Майк.
Стряхнув снег с зимних ботинок, он оставил их вместе с курткой и перчатками сушиться в постирочной. Ужин прошел, как обычно, с шутками, в которых впервые за долгое время участвовал Саймон. От этого у всех на душе стало немного легче и теплее. Майк впервые за много лет – если не за всю свою жизнь – остро ощутил, как дороги ему мать, отец, брат и сестра, вся его семья. Возможно, знакомство с биологическим отцом заставило его заново ценить все то, что было у него в Серендипити.
– А где же Кара? Почему она сегодня не пришла? – спросила Элла за десертом.
Майк замолчал, не донеся до рта ложку с восхитительным маминым хлебным пудингом, потом сказал:
– Она дома. Сказала, что очень устала и просила извинить ее.
– И ты об этом ничего нам не сказал, – укоризненно проговорила Эрин. – Ну, ее можно понять. После вчерашнего переполоха…
– Переполоха? – встревожился Майк, опустив ложку с так и не съеденным куском десерта на тарелку.
– Кажется, кто-то сегодня не смотрел в журнал регистрации, – подмигнул ему отец.
– Вчера вечером я была дежурным помощником окружного прокурора, – начала рассказывать Эрин.
У Майка от волнения пересохло во рту.
– Что случилось? – спросил он у брата, который вчера тоже был на дежурстве.
– А разве Кара тебе не сказала?
Майк отрицательно покачал головой.
– Ну и ну! – пробормотал Сэм. – Я думал, ты знаешь, а то рассказал бы все раньше.
– Так расскажи сейчас!
– Ну хорошо, – пожал плечами Сэм. – Был получен звонок о нарушении порядка в закусочной «Макдоналдс» возле шоссе 80. Какой-то пьяный мужик угрожал одной из официанток. Со мной был Тед Шеффер. Когда мы прибыли на место, негодяй держал за шею девушку, а перед ним стояла Кара, нацелив на него пистолет.
У Майка все внутри перевернулось. У Кары вчера был выходной, но если она оказалась втянутой во что-то, другим участником мог быть только один человек.
– Ту официантку звали Даниэлой? – спросил он.
Сэм кивнул.
– Кара не была на дежурстве, когда ей позвонила Даниэла, – сказал он. – Она поехала к ней на встречу в закусочную на шоссе 80, а вскоре там нарисовался сожитель Даниэлы, грубый и склонный к насилию придурок. Кара предупредила меня о том, что он безоружен, и нам удалось все уладить без кровопролития.
Майк кивнул, не удивляясь рассказу Сэма. Он не волновался за Кару, зная, что она способна не только постоять за себя, но и защитить другого. Его шокировало другое: ей позвонила Даниэла, но она ничего не сказала ему об этом ни вчера, ни сегодня утром.
– А кто такая эта Даниэла? – поинтересовался Сэм.
– Молодая женщина, которую Кара взяла под свою защиту в приюте Хэвенсбридж. Пару недель назад она ушла оттуда, и после этого никто ничего о ней не знал. Мне известно, насколько Кара волнуется за нее, поэтому я обзвонил несколько соседних больниц. Так, на всякий случай, – рассказал Майк. Значит, Кара не стала рассказывать ему, что Даниэла объявилась наконец.
– Даниэла согласилась написать заявление и дать против того парня показания. Она даже добилась ограничительного ордера для него, – сказал Сэм.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
