Читаем без скачивания Мадам посольша. Женщина для утех - Ксавьера Холландер

В этот день (шел уже седьмой месяц нашей связи) я с утра отправилась за покупками и вернулась домой значительно раньше, чем собиралась. Внизу я застала кухарку, которая, как всегда в это время, сплетничала с соседками.

— Хорошо, что вы уже вернулись, — сказала она. — Мистер Н. ждет вас. Я сказала ему, что вы вернетесь к вечеру. Ваш приход будет для него сюрпризом.

Я поднялась наверх. В гостиной его не было. Я направилась было в спальню, когда услышала голоса в столовой. Удивленная, я на цыпочках подошла к двери, заглянула в щелочку к остолбенела.

Мой господин и повелитель, многоуважаемый мистер Н., брат лорда Л., тащил к кушетке вульгарнейшую нашу приходящую прислугу. Она лениво сопротивлялась, хихикая и даже подтрунивая:

— О Боже, что господин делает? Я не барышня, я простая девушка… Пустите меня! Так нельзя. Это грех! В любую минуту может вернуться госпожа. И что тогда будет? Ради Бога, уберите руки, а то закричу. Подниму на ноги весь дом… Не трогайте меня, я же могу не выдержать!..

Но мистер Н. ее не слушал. Швырнул девку на подушки и по локоть засунул руку ей под юбку.

— Ой, ой! — пронзительно заверещала девка. — Тут нельзя! Я ужасно боюсь щекотки.

Однако все эти протесты ничуть не помешали ей задрать юбку и бесстыдно обнажить белые толстые бедра. Девица широко раздвинула мясистые колени, а мой аристократический любовник, положив ее толстые ноги себе на бедра, вытащил на свет божий свою всегда готовую к действию дубину и без всяких препятствий погрузил ее в заросшую, топкую, как болото, расщелину между грязными ногами.

Какое-то время он с громким хлюпаньем копался в этой отвратительной дыре, а девка животом и бедрами подбрасывала его вверх, демонстрируя при этом немалую сноровку (у нее уже был прижитой от кого-то ублюдок), пока по хорошо мне знакомой дрожи я не поняла, что мой благородный покровитель сделал свое черное дело.

Мистер Н. слез с нее, натянул брюки, а девка подняла свой могучий зад, одернула платье и пригладила растрепанные патлы. Мистер Н. с постной миной вынул из кармана несколько монет и бросил их девице.

— Возьми! И ни слова никому. Понимаешь? — сказал он строго.

— Чего тут не понять? — захихикала девица. — Не такая я дурочка. Ох и началась бы заваруха, если бы я хозяйке рассказала, как мы тут играли в папу-маму.

— Это хорошо, что ты не дурочка. Возможно, я загляну завтра, когда твоей хозяйки не будет дома. Тогда получишь еще… А сейчас принимайся за работу!

Девица взяла тряпку, ведро и продолжила уборку.

— А вы мужик что надо! — Ее лицо расплылось в глупой ухмылке. — Редко какой мужчина может так угодить бабе… У меня аж в глазах потемнело, когда господин засунул до самого горла!

Не испытывая ничего, кроме омерзения, я отошла от двери, направилась в спальню и заперлась там, Нужно было подумать, как реагировать на все увиденное мною. Первым порывом было броситься в столовую и устроить грандиозный скандал. Именно так бы я и поступила, если бы любила, если бы на месте этого мистера Н. оказался Чарльз. Но сердце мое уже давно молчало — задето было только самолюбие.

Разумнее всего было не выдавать себя и посмотреть, как дальше будут развиваться наши отношения. Не хотелось мне терять обещанную ренту.

Однако я не собиралась оставлять безнаказанным оскорбление, которое он мне нанес. Спал с грязной девкой, а ночью ляжет со мной! Выброшу ее на улицу в течение сорока восьми часов. Повод, конечно, найти нетрудно. Деваха ленива, неопрятна. Я давно уже собиралась подыскать другую служанку… Но это далеко не все… Я ему покажу, как умеет мстить Фанни Хилл! Нужно только дождаться подходящего случая.

На цыпочках вышла я из спальни и вернулась в гостиную. С треском открыла входную дверь и ворвалась в столовую, обвешанная покупками. Мой прекрасный джентльмен прогуливался по комнате, заложив руки за спину и насвистывая расхожую мелодию. Деваха разжигала огонь в камине. Мистер Н. радостно улыбнулся:

— Ты уже пришла? Как я рад! А то уж начал волноваться…

Я положила свертки на стол, обняла моего неверного любовника и замурлыкала, заглядывая ему в глаза:

— Мой господин и повелитель скучал по мне? Я ведь вернулась раньше, чем обещала…

Тогда я еще не понимала, что джентльменам из высшего общества, которые не испытывают недостатка в изысканных деликатесах, время от времени хочется сырого говяжьего мяса…

Глава семнадцатая

Как я изменила любовнику…

Возможность отомстить долго ждать себя не заставила. Мистер Н. принял на службу сына крестьянина, который арендовал землю в его владениях. Привез его в Лондон, облачил в ливрею и использовал пока в качестве посыльного. Основной обязанностью нового работника была роль связного между мной и мистером Н. Посыльный приносил мне его письма. Если требовался ответ, малый терпеливо ждал, пока я напишу. Приходил он почти каждый день.

Это был румяный, свежий, прекрасно сложенный парень. Он, конечно, догадывался, какого рода отношения связывают меня с его господином. Не раз я видела, как он разглядывал меня украдкой, пока я писала ответ. В его взгляде было не только любопытство. Женщины на редкость чутки ко всяким, даже самым скрытным, проявлениям мужского восхищения.

Глаза юноши просто пылали восторгом. Я чувствовала, как его тянет ко мне, понимала, что он страстно влюблен в меня, хотя сам этого еще не осознал. Впрочем, если бы он даже понимал, что творится в его сердце, то скорее всего даже не посмел бы об этом подумать. Такая женщина, как я, изысканная лондонская леди, любовница его всесильного господина, для деревенского паренька была недосягаема, как далекая звезда.

Когда посыльный, как всегда, явился с письмом (это было на следующий день после того, как я застала его хозяина со служанкой) и уставился на меня восхищенным взглядом, я поняла, что завоевала, а вернее, могу завоевать самое лучшее орудие мести и к тому же получить кое-что для собственного удовольствия.

Следовало действовать обдуманно, не торопясь. Без умелой подготовки парня можно было попросту спугнуть, и тогда рухнул бы весь план.

Я постаралась устроить так, чтобы юноша приходил за моими письмами только по утрам, когда я еще нежилась в постели или одевалась. Я выходила иногда к нему в ночной сорочке, он как бы случайно мог видеть мою обнаженную грудь. Или вдруг с ноги сползал чулок и мне приходилось тотчас поправлять его, подняв юбку и обнажив бедро.

— Отвернись, — приказывала я с притворным смущением в тот момент, когда он уже все, что надо, увидел. — Это нехорошо, очень нехорошо — так бесстыдно смотреть на раздетую женщину. Отвернись, а то я рассержусь…

Когда я брала или давала ему послание, наши руки как бы невзначай соприкасались и, естественно, случалось, что моя рука на какой-то миг задерживалась вдруг на его ладони. И чтобы еще усилить впечатление, я спрашивала с неподдельным интересом:

— Так сколько тебе лет? Ты говорил, но я уже забыла…

— Девятнадцать, госпожа, — отвечал он мне дрожащим голосом.

— У тебя, конечно, уже есть девушка? Скажи правду: она красивее меня?

— У меня никого нет, — признавался он, краснея.

— Не может быть, — удивлялась я. — Такой красавец и один? Нет девушки, которая не влюбилась бы в тебя. Но если у тебя и в самом деле никого нет, скажи, ты бы мог влюбиться в девушку, похожую на меня?

Глупыш что-то невнятно бормотал и опускал глаза, в которых полыхал живой огонь.

Изо дня в день я усиливала атаки, и настал момент, когда я поняла, что дело сделано. Теперь можно было только протянуть руку, и прирученный зверек слизнет с ладони лакомый кусочек и выполнит любой фокус.

В тот день я не велела ему, как обычно, подождать в гостиной, а позвала его в столовую. Я лежала полуодетая на кушетке, той самой, на которой мой господин изменил мне с той замызганной девахой.

Юноша робко топтался на пороге и мял в руках фуражку. Решившись наконец, он издали протянул письмо.

— Подойди поближе, Уильям, — приказала я. — Надеюсь, ты не думаешь, что я должна встать и подойти к тебе? И закрой дверь на ключ, а то она все время открывается.

Сделав два робких шага, он остановился. Похоже, все еще, не решался подойти поближе.

— Что с тобой, Билл? — недовольно спросила я. — Ноги у тебя отнялись, что ли? Вот пожалуюсь твоему господину, и он отошлет тебя к отцу!

Эта ужасная угроза не на шутку испугала его, парень подошел к кушетке. Он стоял передо мной навытяжку, здоровый, сильный. У него были длинные черные волосы, ниспадавшие на плечи, широкое открытое лицо, красные пухлые губы. Его румяных щек еще не касалась бритва. Узкие панталоны подчеркивали стройные бедра, мускулистые длинные ноги.

Многие дамы в возрасте отдали бы состояние за одну только ночь с этим молодым бычком. И хотя мне было еще далеко до возраста этих дам, я чувствовала, что и меня притягивает свежесть его расцветающей мужественности. Как не похож он был на увядающего, рафинированного, пережившего великое множество пылких романов мистера Н. Этот юноша не знал женщин, что еще больше возбуждало мое влечение к нему. Я буду его первой женщиной!