— Джо, побойся бога, ведь я спас тебе жизнь, — сказал Ранситер, глядя на него. — Я прорвался к тебе, чтобы вернуть в состояние активной полужизни вероятно, теперь ты сможешь функционировать бесконечно. Если бы я не ждал тебя в этом номере, когда ты вполз в дверь… черт побери, подумай сам: без моей помощи ты уже лежал бы на этой старой кровати мертвый, как мумия. Я, Глен Ранситер, твой шеф, человек, сражающийся за ваши жизни. Здесь, в реальном мире, я один стараюсь что-нибудь для вас сделать. — Он по-прежнему смотрел на Джо. — Эта девушка, — продолжал он, — эта Пат Конлей, убила бы тебя так же, как убила… — он замолчал.
— Как убила Венди, Ала, Эди Дорн, Фреда Зефски, а теперь, может быть, и Тито Апостоса, — закончил Джо.
— Нынешняя ситуация очень сложна, — тихо сказал Ранситер. — Ее нельзя объяснить несколькими простыми ответами.
— Да ты и не знаешь этих ответов, — заметил Джо. — И в этом все дело. Ты выдумал свои ответы, чтобы объяснить свое присутствие здесь. И все прочие твои визиты, твои так называемые «явления».
— Я этого так не называл. Это вы с Алом выдумали такой термин. Не обвиняй меня в том, что вы двое…
— Твои знания о том, что, собственно, происходит и кто выступает против нас, не больше моих, Глен, — ты не можешь сказать мне, кто наш противник, ПОТОМУ ЧТО НЕ ЗНАЕШЬ ЭТОГО.
— Я знаю, что живу, — сказал Ранситер. — Знаю, что сижу здесь, в переговорной моритория.
— Твое тело лежит в гробу, — говорил Джо. — Здесь, в Предпохоронном Доме Истинного Пастыря. Ты видел его?
— Нет, — ответил Ранситер. — Но это, в сущности…
— Оно совершенно высохло, — продолжал Джо, — и сжалось так же, как тела Венди, Ала, Эди, и как скоро сожмется мое.
— Для тебя я достал «Убик»… — Ранситер снова замолчал. На лице его появилось непонятное выражение: как бы смесь страха, озарения и… Джо сам не знал, чего. — Я достал для тебя «Убик», — повторил Ранситер.
— Что такое «Убик»? — спросил Джо.
Ранситер не ответил.
— Этого ты тоже не знаешь, — констатировал Джо. — Ты понятия не имеешь, что это и как действует. Не знаешь даже, откуда это берется.
— Ты прав, Джо, — сказал Ранситер после долгой напряженной паузы. — Совершенно прав. — Дрожащими пальцами он зажег очередную сигарету. — Но я хотел спасти тебе жизнь — и тут я говорю правду. Черт побери, я хотел спасти вас всех. — Сигарета выпала у него из пальцев и покатилась по полу.
Ранситер с усилием наклонился и поднял ее. На лице у него была печаль, почти отчаяние.
— Все мы вляпались в это, — сказал Джо, — а ты сидишь там, в своей переговорной, и не можешь ничего сделать, не можешь прекратить этого процесса.
— Ты прав, — признал Ранситер.
— Мы лежим в холодильнике, — продолжал Джо, — но здесь происходит еще кое-что. Такое, что обычно не происходит с людьми в состоянии полужизни. Здесь действуют — как открыл Ал, — две силы: одна из них помогает нам, другая нас убивает. Ты сотрудничаешь с той силой, особой или существом, которое пытается нам помочь. Именно от нее ты и получил «Убик».
— Да.
— Таким образом, — сказал Джо, — никто из нас до сих пор не знает, кто нас убивает и кто нас защищает. Ты — находясь снаружи, — не выяснил этого, а мы, будучи здесь, тоже не имели понятия. Это может быть Пат.
— Думаю, что это она, — заметил Ранситер.
— Это близко к правде, — сказал Джо. — Но мне кажется, ты ошибаешься.
«Мне кажется, — подумал он, — мы еще не столкнулись лицом к лицу ни с нашим врагом, ни с нашим другом. Но рано или поздно это произойдет, и мы узнаем их обоих».
— Ты уверен, — спросил он Ранситера, — ты абсолютно уверен, что был единственным человеком, пережившим тот взрыв? Подумай хорошенько, прежде чем ответить.
— Я же говорил тебе: Зоя Вирт…
— Нет, среди нас, — прервал его Джо. — Зоя Вирт не находится в том же временном сегменте, что и мы. А, к примеру, Пат Конлей?
— У нее была раздавлена грудная клетка. Причиной ее смерти было сотрясение мозга и повреждение одного легкого, а также многочисленные внутренние повреждения; кроме того, у нее был поврежден кишечник и в трех местах сломана нога. В физическом смысле она находится в четырех футах от тебя. То есть, ее тело.
— И то же постигло всех остальных? Все находятся здесь, в Моритории Любимых Собратьев?
— Есть одно исключение: Сэмми Мундо. Здесь его нет. У него серьезно поврежден мозг, и он лежит без сознания. Врачи говорят, что он никогда не придет в себя. Мозговая кора…
— Значит, он жив и. не лежит в холодильнике?
— Я не назвал бы этого «жизнью». Его исследовали энцефалографом и констатировали полное прекращение деятельности мозговой коры. Теперь это растение, и ничего больше. Никакой личности, никакого движения, никакого сознания… В мозгу Сэмми Мундо не происходит ничего, совершенно ничего.
— Именно поэтому ты промолчал о нем? — спросил Джо.
— Я сказал тебе об этом сейчас.
— Но только, когда я тебя спросил. — Джо подумал. — Как далеко от нас он находится? Вообще, он в Цюрихе?
— Да, все мы остались в Цюрихе. Сэмми лежит в вольнице Карла Юнга. В четверти мили от этого моритория.
— Найми телепата, — посоветовал Джо, — Или используй Дж. Дж. Эшвуда. Пусть изучит его мысли.
«Мальчик, — сказал он сам себе. — Неорганизованный и недозрелый. Жестокая, несформировавшаяся и странная личность. Это может быть то самое, — подумал он. — Это хорошо подходит к тому, что мы переживаем; к этим капризным, противоречивым событиям. К этому вырыванию наших крыльев и приставлению их на прежние места».
Ранситер вздохнул.
— Мы сделали это. В случаях такого повреждения мозга всегда делается попытка добраться до пациента телепатическим путем. Результат был нулевой. Не установлено ни следа подсознательной работы мозга. Мне очень жаль, Джо, — он покачал своей большой головой, как бы желая выразить Джо свою симпатию.
— Я еще свяжусь с тобой немного позднее, — сказал Глен Ранситер в микрофон, одновременно вынимая из своего уха пластиковый кружок. Он отложил всю аппаратуру, тяжело поднялся со стула и вздохнул, глядя на неподвижную фигуру Джо Чипа, лежащую в прозрачном пластиковом гробу. Джо стоял вертикально и должен был стоять так до конца света.
— Вы меня вызывали, сэр? — В переговорную вошел Герберт Шонхейт фон Фогельзанг. — Поместить мистера Чипа на место? Вы уже закончили?
— Закончил, — ответил Ранситер.
— А вам…
— Да, мне удалось установить с ним контакт. На этот раз мы хорошо слышали друг друга. — Он закурил сигарету, первую за много часов. Его утомили попытки установить контакт с Джо Чипом. — У вас есть поблизости автомат с амфетамином? — спросил он владельца моритория.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
