ногами по паркету, заходя на кухню, открываю один сонный глаз и тут же теряю дар речи от открывшейся картины. Даже двух картин, под названием «услада для женских глаз». Передо мной широкая идеальная спина Максима Гаевского, который, почти голый, в одних черных боксерах, так аппетитно обтягивающих его упругие ягодицы, что-то колдует над плитой. Если я не захлебнулась от вида голого Макса в лучах утреннего яркого солнца, что проникает сквозь панорамные окна, то самое время задохнуться от удивления, потому что это “что-то”– завтрак. Та самая изумительно пахнущая яичница с обжаренными ломтиками бекона и щепоткой базилика. Ё-моё…
– Гай? – выдыхаю себе под нос, но он слышит и оборачивается. – Ущипните меня, – качаю своей растрепанной головой, нисколько не сомневаясь, что выгляжу сейчас не краше чучела.
– Доброе утро, детка! – расцветает на губах его фирменная ухмылка. – Как спалось?
– Да у меня ощущение, что я до сих пор сплю.
Делаю еще пару-тройку неуверенных шагов по направлению к “повару” и, бессовестным образом выглядывая из-за спины мужчины, сую свой нос в сковородку, принюхиваясь и постанывая от удовольствия.
– Наверное, это мой рай, – закрываю глаза, наслаждаясь вкуснейшими запахами.
– Уже почти готово, сейчас будем завтракать, – уверяет чудо-мужчина, легким движением руки подкидывая ломтики бекона на сковородке, – действуя так, будто всю жизнь только и делал, что готовил.
Удивительно: вместе мы уже почти месяц, а я впервые вижу Гая у плиты. Правда, и ночевать у него я осталась впервые, но все же… если мне пообещают, что я буду лицезреть такую сексуальную картинку каждое утро, я могу и насовсем переехать.
Тем более с каждым днем я все больше и больше ухожу в наши отношения. С каждым разом сильнее теряя себя в нем. В нас. Это волнительно, словно… нет! Пока нет. Нельзя думать об этом. Чувства – это была бы роскошь и слишком ответственно. Нет. Нам просто хорошо и комфортно вместе, вот. Да.
И хоть с самого благотворительного вечера, когда мы-таки переступили ту грань, что нашу “дружбу” оставила позади, прошло уже немало времени, но каждый день, каждый взгляд и каждая его улыбка для меня словно впервые. А иногда вообще складывается ощущение, что мы зажимаемся по углам при любой удобной возможности. И хоть Гай весь месяц ненароком пытался заставить меня остаться у него и вообще не раз намекал на то, что было бы неплохо тратить меньше времени на дорогу и просыпаться вместе, наслаждаясь друг другом каждую свободную минутку, я стойко сопротивлялась. Отношения, завязанные на постели, как далеко они способны зайти? Как скоро Максу надоест? Ведь определения нашим отношениям у нас нет до сих пор, а чувства к мужчине медленно, но верно захватывают в свои сети. Как бы потом не было больно.
Задумавшись и бессовестно залюбовавшись его руками и всеми остальными оголенными частями тела, не сразу поняла, что Макс что-то спросил.
– Кати?
– А? М? – му-му, Кати. Включи мозг! – Задумалась, прости. Ты что-то спросил?
– Я говорю кофе, – посмеивается негодяй, нагло стреляя своими синими глазюками. – Займешься? – На мгновение отвлекается от своего важного занятия и, наклоняясь, мимолетно целует в губы, слишком быстро отстраняясь. Мне не удается сдержать невольный вздох разочарования.
– Да, конечно, вот только… кхм… в этом, – машу накинутым на манер плаща покрывалом, – не комильфо. Не напяливать же мне вечернее платье…
После вчерашнего похода в ресторан меня бессовестным образом затащили в свои дорогие апартаменты и под угрозой жизни отказались отпустить домой.
– Можешь и без этого, кого тебе стесняться, детка, – не моргнув глазом, отвечают мне.
–Я-то все могу, Гай, – выгибаю бровь, приспуская покрывало на предплечья, слегка оголяя грудь, – вот только завтрак наш тогда остынет. – Привстаю на цыпочки и тянусь к замершему в позе истукана мужчине. – А я когда голодная, я очень злая… – шепчу в приоткрытые мужские губы. Ползу ладошкой по мужской груди, вниз, наслаждаясь секундной заминкой “повара”.
– Так, – откашливается Гай, – в гардеробе возьми, что хочешь. Футболки, рубашки, все равно. Только оденься.
– Так-то лучше, – чмок в щечку, и ухожу из кухни как можно быстрее, чтобы снова нечаянно не спровоцировать наши вечно голодные тела.
Перерыв весь гардероб Гая, больше из любопытства, чем от желания найти подходящую вещицу, вытаскиваю из ящика белую футболку, что сидит на мне как платье и, наскоро приняв душ, выползаю к сервированному столу.
Завтракаем в темпе, проглатывая вкуснейшую яичницу практически не жуя и запивая горячим горьким кофе. Я не перестаю удивленно коситься на Макса, а он довольно задирать нос.
– После работы я тебя заберу, – скидывая посуду в посудомойку, командует хозяин квартиры.
– Прям так даже? Приказным тоном? – подмигиваю, одной рукой докрашивая правый глаз тушью, а второй поправляя подол платья. Красного, даже алого, с длинными рукавами, обтягивающего фигуру, как вторая кожа. М-м-м, шикарное! Не удивительно, что этому альфа-самцу вчера просто крышу сорвало, что домой через весь город мы летели на запредельных скоростях по ночной столице.
– С тобой иначе нельзя, детка.
Перед работой Макс меня завозит домой накормить бедного Бармалея, что с ошалевшим взглядом пялится на бегающую по квартире хозяйку, и сменить вечерний наряд на что-то более приземленное. А уже в начале одиннадцатого расходимся на парковке по своим рабочим местам.
В офисе все более-менее устаканилось. Рабочий процесс потек в своем спокойном ритме. Новая помощница, та самая Мила из клуба Макса, оказалась очень толковой девочкой. Милая, скромная и улыбчивая, хватала все буквально на лету и была сама вежливость с клиентами. Быстро вошла в доверие ко многим нашим “заказчикам” и прекрасно справлялась с любой работой. Благодаря ей и у меня появилось больше свободного времени, которое угадайте, как я проводила?
Правильно.
Отвлекала Макса от его клубной работы и искренне кайфовала от его постоянно новых идей. Где мы за этот месяц только не были: клубы, рестораны, кафе, даже романтический ужин на теплоходе пополнил мой список самых крутых в жизни свиданий. Но особым временем для нас была ночь. Мне казалось, что за столько дней, проведенных в объятиях друг друг,а людям приедается секс, но нет, мне было мало. Мало его. Я хотела видеть Макса рядом чуть ли не каждую минуту, секунду, и сходила тихонько с ума, если выпадали вечера, когда он был на работе или уезжал из города. В общем, я по-настоящему стала зависима. От него. От его присутствия рядом. От взгляда, улыбки и поцелуев, какие “дарить” умел только он – Максим Гаевский – неожиданно ворвавшийся и перевернувший с ног на голову всю мою жизнь. Открывающий с каждым днем для меня все
