В общем, не все так плохо, как могло бы. В конце концов я все еще жив. Оставалось лишь решить, как поступить с Паркером. Никаких доказательств, что именно он призвал ту тень у меня нет. Сам он все отрицает. Можно, конечно, послать его далеко и надолго, например, в Бездну, но… Есть все же шанс, что тень призвал кто-то другой.
— Если отправлять человека в Бездну, то я должен быть уверен в его вине, — со вздохом произношу.
Сама ситуация меня жутко бесила, но и какого-то идеального выхода из нее я не видел. Мне нужны хоть какие-то доказательства, а лучше чистосердечное признание. На ум пришла поговорка: «Держи друзей близко, а врагов еще ближе». Если Паркер действительно виноват, то он ответит за все, только… пусть хоть раз совершит ошибку.
Следующей моей проблемой шла ФуКо. Я не знал, что от них вообще можно ожидать. Будут ли они пытаться заполучить пансионат? Красная дверь перестала работать, казалось бы, смысла в этом уже нет, вот только как будет на самом деле мы еще посмотрим.
— Да и про Сильвию не стоит забывать… — с усмешкой произношу.
О всяких «мелочах» типа матери Джона, тьме под городом и источники молодости, я и вовсе пока предпочел не думать. Буду постепенно разбираться, попутно пытаясь наладить свою жизнь. Что нас не убивает, то делает нас калеками! Ха! Руки есть, ноги есть, а то, что с магией непонятки, так голова тоже есть — разберусь! Было бы желание.
***
Роджерс сидел в изолированной камере, где блокировалась магия. Его разжаловали, лишили всех наград и привилегий. Его эксперимент, который должен был спасти множество людей — провалился! Кучка молокососов пришла к нему и разрушила все, над чем он трудился долгие годы!
— Я сожру ваши лица! — прошипел он.
Огромная двухметровая рептилия клацнула пастью. После слияния с тенью он перестал быть человеком. Из-за того, что Бушеми сбежал, им не удалось повторить проклятие оборотней. Тогда Ганц придумал прямое слияние с тенью. Роджерс стал первым испытуемым. Самым удачным образцом. Все остальные поглощались тенями, становясь безмозглыми монстрами.
Они успели прогнать через слияние четверых человек, прежде чем на их базу напали. Этого было откровенно недостаточно, чтобы обкатать сам процесс, избавиться от негативных побочек. Самое паскудное, что Ганца убили, а его исследования свернули! По сути дело всей его жизни выкинули на помойку.
— Я откушу вам пальцы, вырву язык! — с ненавистью прошипел он, представляя, как расправится с этими подростками.
Жизнь Роджерса оказалась разрушена, единственное, что у него осталось — это месть!
— Я выберусь отсюда! — вцепившись в решетку. — Слышите?! Я выберусь отсюда!!! И сожру вас всех вместе с дерьмом!!!
***
— Бах! — моя рука дрогнула, и последняя пуля прошла мимо мишени.
На следующий день мы собрались в тире, чтобы решить наш маленький спор с Шельмой. Откладывать я не стал, решив, что хуже уже точно не будет, какое бы наказание она мне не придумала. В конце концов мое настоящее тело сейчас в гробнице. Мелькает «веселая» мысль.
После разборки с военными, у меня появилось немало теней, которые умеют стрелять. Проблема лишь в том, что я пока не умею сливать их напрямую с фамильяром, а потому мне пришлось объединиться с тенью самому, отчего приказы фамильяру приходили немного с задержкой.
И вот, уже под конец, моя рука дрогнула, фамильяр неправильно распознал мой приказ.
— Девять из десяти! — взволнованно воскликнула Кларис, которая согласилась побыть нашей судьей.
В своем белом платье она выглядела просто великолепно.
— Неплохо! — самоуверенно похлопала меня по плечу Шельма, когда я положил заряженный пистолет перед собой. — Ты явно мухлевал, но последний выстрел тебе все испортил!
— Девять из десяти, — напоминаю ей. — Если хочешь победить, то ты не должна совершать ошибок.
— Я знаю, — с довольным видом кивнула она, — но так даже интересней!
Спорить я не стал. По уму даже девять из десяти не совсем честный результат, все же я «немного» схитрил. Глядя, как Шельма встает на позицию, заряжая свой Глок, я подумал, что мне стоило бы признать свое поражение, вот только я не хочу портить Шельме момент ее триумфа. Если она ни разу не промахнется, то ее победа будет более чем заслуженной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Бах! В центре мишени появляется отверстие. Бах! Пуля попадает совсем рядом с прошлой. Бах! Бах! Бах!.. Сделав девять выстрелов, Шельма замирает на секунду, а я понимаю, что она замерла, боясь промахнуться. Бах! Мишень вновь вздрагивает.
— Десять из десяти! — возбужденно кричит Кларис, впрочем, я в этот момент смотрю только на Шельму.
Ее любимая куртка с принтом дракона, короткие шорты и пистолет в руках. Но больше привлекали ее лицо, ее выражение триумфа. В этот момент мне захотелось ее обнять. Возможно, прозвучит немного странно, но чуть не умерев, в очередной раз… я понял, как же я ко всем им привязался.
Джон не видел, что на секунду его глаза почернели.
Разглядывая в девушку в какой-то момент мне нестерпимо захотелось сломать Шельму… Заставить ее страдать, стереть довольную улыбку с ее лица…
Пораженно замерев, понимаю, что последняя мысль принадлежит не совсем мне. Даймон во мне зашевелился, желая разрушить все, что мне дорого и начать он желал с Шельмы! Сломить ее волю, сделать своей рабыней…
— Держись! — в голове раздается крик двойника, и я ощущаю на секунду нестерпимый ГОЛОД.
Даймон в страхе забился куда-то в угол моего сознания, боясь даже пошевелиться. Похоже он довольно сильно перепугался моего голода…
Моргнув, я понял, что чуть не натворил. Сила Даймона желала нести страдания и разрушения. Она не предназначалась не для чего более. Представьте себе, что все самое плохое со всего мира поместили в один сосуд и назвали его Даймон. По сути я теперь делю тело с неким аналогом антихриста… который желает уничтожить весь мир.
Вернув контроль над своим телом, я показал фак в сторону Даймона. Пока тень на моей стороне, мне нечего бояться.
— Всего лишь еще один повод для беспокойства… — мрачно шепчу.
Тем временем Шельма отложила пистолет, с улыбкой посмотрев в мою сторону. Судя по всему, она ничего не заметила…
Улыбнувшись ей в ответ, я мысленно поблагодарил свою тень. Если бы не двойник, то я бы сейчас натворил дел. Мне нужно будет со всем этим разобраться, но пока… мы будем праздновать. С одной проблемой покончено, плюс Шельма победила в нашем маленьком пари, причем победила честно. Мы все заслужили небольшой праздник.
Подойдя к девушке поближе, обнимаю ее.
— И какое меня ждет наказание? — шепчу ей на ушко.
— Ты узнаешь этим вечером…
***
Лилим с задумчивым видом смотрела на своего господина. Он сидел на троне неподвижно, занимаясь всякими глупостями. Она понимала, что несмотря на его силы в нем слишком много осталось от человека. Ей требовалось как-то показать ему, что они недостойны его внимания.
Впрочем, убить ведьм или его человеческих друзей, она бы не осмелилась. Нужно было действовать тоньше. Демоница с задумчивым видом осмотрела пустой тронный зал. Здесь требовались слуги. И не те тупые болванчики из маны, которыми был заселено это измерение, а настоящими демонами прислужниками.
Джон не спешил создавать новых демонов, хотя тени у него были.
— Если он так любит этих смертных существ, — задумчиво произнесла она. — То мы тоже их полюбим, не можем не полюбить. Осталось лишь доказать ему, что никто так не защитит Лав-Фолз, как подконтрольные лично ему демоны.
Глаза Лилим загорелись, на нее нашло вдохновение. Она докажет Джону, что демоны — это лучший друг человека!
***
Время до вечера пролетело незаметно. Поимка теней военных, помощь в их транспортировке… Одно это сожрало львиную долю дня. Но и поручить это кому-то еще я не мог. Плюс я пытался понять на что я теперь способен. Мне требовалось разобраться с силой Даймона, чтобы обезопасить себя и своих близких.
