буду предан тебе до конца своих дней.
– Не люблю клятв, обычно это пустые слова.
У роддома собрались:
…Вениамин с Алиной и воздушными шариками, Женька, Настя с малышом. Не ожидал Павел, что все приедут, вроде никого не предупреждал, а все знают. Он припарковал машину, вышел, открыл заднюю дверцу и забрал с сиденья большущий букет роз, оттуда выскочил и Тимофей, с первого пассажирского сиденья появилась Зоя Артемовна с тортом, конфетами и шампанским для медперсонала. Состоялась громкая и радостная встреча, как будто давно не виделись (всего лишь со вчерашнего вчера), но она не сбила неловкости, которая закралась в душу Павла. Одна Настя не очень веселилась, Вениамин вчера ввел ее в курс дела, короче, не до веселья ей.
Зоя Артемовна побежала (именно побежала) внутрь, а вскоре вышла с Тамарой, за ними две женщины со свертками, одна крикнула весело:
– Кто папочка?
И тогда Зоя Артемовна вытянула руку вперед и указала пальцем – точь-в-точь грозный Вий из фильма:
– Вот он!
– Папочка, иди сюда, – хихикнула вторая. Не понял он, чего она хихикала, наверное, за хихиканье им дополнительно платят. Разумеется, подошел. – Берите своих малышей. Берите, берите.
– Сразу обоих? – напрягся он.
– Привыкайте.
Ему вложили в руки свертки с закрытыми лицами, стоял он с ними, как идиот, не двигаясь, а то еще выпадут. Потом его сфотографировали с разных сторон, затем отобрали детей, он с облегчением вздохнул, начались поцелуи… И вот тут Павел решил воспользоваться моментом (надо же как-то Тамару возвращать), отдав детей, поцеловал ее, как на свадьбе, в губы, под счет сообразительных ребят. Затем сделали групповой снимок, расселись по машинам и поехали к Тамаре.
Завтрак доставили из ресторана, о нем позаботилась Зоя Артемовна, встретила курьера, а Павел в это же время гулял с Гретой, черной собакой породы английский кокер-спаниель, она типичная женщина, беззаветно и преданно любила его. Только дома открыли конвертики с детьми и посмотрели на их личики.
– А кто из них кто? – спросил Павел.
– В розовом девочка, в голубом мальчик, – сказала Алина. – Хорошенькие, малюсенькие.
– Все-все, хватит, – решила разогнать компанию Зоя Артемовна. – Идите за стол, а то еще сглазите.
– Мама, ты суеверная? – поразился Павел.
– Да, – ответила она с вызовом. – Что касается моих внуков, я верю во все приметы, наши предки были не дураки. А вы тут стоите и дышите на них…
– Дышать нельзя, да? – не понял сын.
– Идите за стол и дышите, а малыши пусть спят.
Поскольку никто не пил, все же две кормящие матери, Алине и мужчинам на работу, Тимка не в счет, остается одна Зоя Артемовна, она отмахнулась:
– Нет-нет-нет. У меня теперь три заботы, трое маленьких детей, расслабляться никак нельзя.
– Мама, а меня ты не считаешь? – вымолвил Павел.
– Дорогой, ты большой мальчик, справишься сам. Будешь приводить Тимочку и гулять с Гретой. Собака на твоей совести.
– А как зовут маленьких человечков? – спросил Тима.
– Мне хочется, – погладив его по голове, начала Тамара, – чтобы девочка выросла красивой, умной, заботливой, отважной, чтобы она все умела. Как Настя. Поэтому девочку зовут Настя. А мальчик, чтобы стал мужественным, сильным, смелым, но и добрым, ответственным, как дядя Феликс. Мальчика зовут Феликс.
– Атас, мы теперь запутаемся в Настях и Феликсах, – меланхолично высказался Женя. – Нельзя было что-нибудь оригинальное, изысканное придумать? Например, Евгений и Евгения. М? Как вам? И мне приятно вдвойне.
За столом рассмеялись, а Тамара нашла выход:
– В таком случае я предлагаю: большую Настю называть Анастасией, а маленькую просто Настей. Ну а в двух Феликсах, надеюсь, не запутаемся.
Праздник длился недолго, настала пора ехать на работу, кто-то отпросился на три часа (Алина), а у кого-то ненормированный рабочий день, но работа не отменяется, а минуты незаметно подошли к концу. Когда остались одни женщины, Тамара заметила, что Настя не очень веселая, если не сказать больше: насильно заставляла себя улыбаться.
– Настенька, что такое? – подсев к ней, спросила она. – Почему ты пасмурная? Почему в глазах слезы?
– Завтра Феликса переведут в СИЗО, это надолго.
– Но он же не виноват.
– Павел Игоревич не договаривает, сказал только, что залог судья затребовала полтора миллиона, тогда его переведут под домашний арест.
– Полтора миллиона?! Почему такая сумма? Я слышала, триста тысяч, полмиллиона, но полтора… как с бизнесмена дерут, укравшего два завода.
– Мы не смогли собрать… Я вижу, как Павел Игоревич переживает, значит, есть еще что-то… беспокоящее его. Мне очень тревожно.
Тимоша, наигравшись с Гретой, которая от него залезла под кресло, а он не смог ее вытащить, подбежал к хозяйке дома:
– Тетя Тамара, можно я посижу за компьютером? Пожа-а-а…
– Знаю, что ты станешь великим айтишником, – рассмеялась та. – Иди, Тимочка, кабинет там…
– Я знаю, я заглядывал!.. – убегая, крикнул он.
А к ним подошла Зоя Артемовна, села рядом и:
– Девчонки, а я думаю, под обоих наших мужчин копают.
– Под Павлика и Феликса? – не поверила Тамара. – А почему вы так думаете? Это же нелепо, им попадаются самые сложные дела, они их раскрывают, и даже в короткие сроки. Кто может копать под них? Или завистники?
– Не знаю, я только краем уха услышала. Павлик вчера весь день искал Тиму, которого бросила Лора на вокзале, ужасно устал и нечаянно проговорился перед сном, точнее обмолвился, но даже не заметил. А сказал немного… что Лору кто-то прислал к нему, а он обещал за информацию не подавать на нее в розыск. Да, да, так и сказал. Потом я сложила все, в том числе Тиму, которого она выдавала за сына Павлика, но мальчик даже не ее сын! Стал ненужным – она выкинула его. Но одновременно с ее приездом убили друзей Феликса, потом находят эти кошмарные улики, а Павлу вставляют палки в колеса, мешая расследованию.
– Не понимаю, зачем Лоре понадобился Тима? – недоумевала Тамара.
– Так я бы ее с лестницы спустила, а она ребенка вперед двинула, мол, это ваш внук. Но что-то пошло не так, явно Паша поймал ее, и Лора срочно сбежала.
– А что с мальчиком теперь будет? – спросила Тамара.
– Не знаю, я отдала решение сыну на откуп. Павлу нужно работать, мальчишка стал ничейным, пусть сам выруливает. Я вчера как увидела Тимку – несчастный, испуганный, растерянный, обиженный… Сегодня совсем другой. Тамара, ты же не будешь против, если Павлик станет приводить Тиму сюда? А то я распорядилась, не спросив твоего согласия. Тимка беспроблемный.
– Конечно, нет. А когда нужно внести залог?
– Завтра… – вымолвила Настя. – Не знаю точно. Какая разница? Времени слишком мало. Я думала квартиру продать, но без Феликса это сделать невозможно, к тому же за один день ее не продать…
– Продать квартиру? А где вам жить?
– Папа Вова сказал, что его дом – наш дом.
Тамара
