* * *
Софран поднырнул под нацеленный прямо в лицо удар и резким движением острого как бритва меча отсек у угрожающего ему копья зазубренный наконечник. Вражеский воин на мгновение замер, уставившись на оставшуюся у него в руках бесполезную палку. Этого мгновения как раз хватило бывалому ветерану, чтобы перекатиться по земле и аккуратным точным движением вогнать меч прямо в горло воина Империи. Количество врагов уменьшилось еще на одного человека.
Вот это по-нашему, по-простому. Не то, что какая-то там новомодная магия. Честная схватка лицом к лицу - это как раз то, что надо настоящему воину.
Мечник-ветеран, побывавший в десятках боев и проведший на воинской службе почти всю свою сознательную жизнь, выхватил из-за пояса метательный нож и плавным движением руки отправил его в полет. Замахнувшийся было копьем имперец выронил свое оружие и рухнул на колени, прижимая руки к животу. Одним прыжком Софран подскочил к нему и безжалостно рубанул по шее, одновременно заученно уходя в сторону, чтобы вырвавшаяся из перерубленного горла струя крови не испачкала его кольчугу.
Возле самого уха пожилого воина просвистела стрела. Ага, вот значит как, да? Софрон, пригнувшись, метнулся в сторону, едва уклонившись еще от одной стрелы. Нет уж, меня так просто не возьмешь.
Среди вражеских рядов расцвел еще один громадный огненный цветок - последняя оставшаяся в строю катапульта метнула еще один волшебный снаряд с жидким огнем. Остальные пять громадных машин превратились в кучу щепок и металлических деталей, уничтоженные неведомой магией. Инженерная команда последней катапульты быстро-быстро крутила ворот, стремясь как можно скорее привести смертоносную машину в боевое положение. Молодцы, ребята, давайте...
Ослепительная молния, сопровождаемая оглушительным раскатом грома, сорвалась с небес и разнесла последнюю катапульту в мелкие щепки. Остававшиеся в запасе магические снаряды взорвались, окутав все вокруг яростной вспышкой пламени. Ошеломленные воины Союза кинулись в разные стороны, спасаясь от сыпавшегося с небес огненного дождя, а от инженерной команды не осталось даже следа.
Проклятая магия! Даже похоронить нечего...
По кольчуге, высекая искры, проскрежетал вражеский меч, и Софран мгновенно понял, что слишком уж он отвлекся посторонними размышлениями. Усилием воли он очистил свой разум от всех мыслей и, положившись на свои безотказные боевые инстинкты, закрутил перед собой стальной вихрь. Еще один имперец, не выдержав такого натиска, оступился и получил ужасающую рубленую рану через весь живот. От удара меча, сделанного из самой лучшей Роскиллской стали, и направляемого уверенной рукой не могла защитить ни одна кольчуга. Заливаясь кровью, тяжело раненый воин рухнул на окровавленный снег и глухо застонал. Софран не обратил на него ни малейшего внимания - он был уже не опасен.
Под ногами ощутимо дрогнула земля. Проклятая магия совсем не дает мне насладиться битвой.
* * *
Авенир испустил леденящий душу воинственный клич и потянулся к колчану. Обнаружив, что тот пуст, он непонимающе моргнул, а потом, нагнувшись, выхватил пучок стрел из колчана лежащего неподалеку мертвого лучника, чье лицо, обезображенное многочисленными ожогами, на мгновение показалось ему неуловимо знакомым.
Стрелковая сотня уже давно получила приказ рассыпаться по десяткам и действовать самостоятельно. Авенир отвел своих подчиненных немного левее и сосредоточился на том, чтобы не дать союзникам обойти с тыла все еще отчаянно сопротивляющуюся полутысячу лейтенанта Устина, которая теперь превратилась в три потрепанных сотни. Некоторое время им это почти удавалось, но потом выстрел одной из катапульт выплеснул фонтан огня прямо в середине строя копейщиков. Погибли примерно пятьдесят воинов Империи и сам лейтенант Устин, а Авенир из десятника превратился в одинокого стрелка. Пятеро выживших после огненного дождя лучников его десятка, бросившись в разные стороны, мгновенно затерялись среди хаоса битвы.
Кожаный доспех Авенира был испещрен многочисленными черными точками - местами попадания мелких брызг жидкого огня. В тех местах, где эти брызги попали на кожу, вспухли уродливые болезненные пузыри, которые, лопаясь, пронизывали десятника волнами ослепляющей боли. И почему мне всегда не везет с огнем?
Авенир выпрямился и вытер со лба крупные капли пота.
Войско Новой Империи, огрызаясь изо всех сил, медленно пятилось назад под напором превосходящих сил воинов Союза. Почему Фабиан не использует Ключ? Ведь еще немного - и его дело будет полностью проиграно. Объединенные силы Союза уверенно наступают, а имперцы, ошеломленные таким яростным натиском, все чаще и чаще оглядываются назад.
Авенир вздохнул, снова нахлобучил на голову свой потрепанный шлем, наложил на тетиву очередную стрелу и как-то безразлично заметил, как ткнулся в землю еще один из почти бесконечного множества вражеских воинов. Но волна врагов, накатывавшихся на прореженную более чем вдвое полутысячу копейщиков, которой теперь командовал незнакомый ему сержант с перевязанной головой, от этого нисколько не замедлила своего хода.
* * *
Тень-в-Ночи осторожно скользнул между палаток и, пригнувшись, подождал пока мимо него пройдет пошатывающийся воин с обломком копья в руках. Светлые волосы солдата Империи, покрытые темной коркой запекшейся крови, слиплись в невообразимый комок. Видимо, раненый воин направлялся в палатку военных лекарей. В другое время Тень-в-Ночи обязательно заинтересовался бы этим и, проследив за имперцем, вышел бы к палаткам армейских хирургов. Смерть военных лекарей способна доставить любой армии немало неприятностей. Но сейчас у него было конкретное задание: попытаться убрать Повелителя, пока тот отвлечен невидимой битвой с колдунами Союза.
Сержант Ночных Сов и сам обладал зачаточными магическими способностями. Этот тщательно охраняемый им секрет иногда сильно помогал во время выполнения заданий. К примеру, он был способен чувствовать присутствие магических сил и обладал способностью находить их источник. Обычно он всегда ощущал Фабиана. А некий магический предмет, который был у него, сиял перед внутренним зрением сержанта как невидимое солнце. Но сейчас...
Магическое зрение Тени-в-Ночи полностью спасовало перед натиском сотен эфирных возмущений, которые как щупальца десятков осьминогов протянулись по всему небу. Перед внутренним взором мелькали многочисленные мутные пятна и разноцветные круги, разобраться в которых не смог бы даже истинный волшебник, принятый в Гильдию, а уж самоучкам, пусть даже и талантливым, оставалось только удивленно хлопать глазами.
Конечно, самую суть происходящего ему удалось ухватить: объединенные силы колдунов Союза занимались тем, что, образно говоря, можно было назвать толканием под локоть в самый ответственный момент, когда собираемая Повелителем сила Сети сгущалась в небесах громадным мрачным облаком. Маги Союза не могли, да и не собирались бороться с такой мощью. Они действовали более тонко... Умело направленный магический поток вынуждал Фабиана отвлечься на какую-то долю мгновения, но этого вполне хватало, чтобы собранная им сила безобидно рассеивалась. Повелитель ярился и безжалостно наносил ответные удары, напрямую перекачивая силу Сети через себя. Много эфира он так зачерпнуть не мог, но и этого хватало, чтобы держать противостоящих ему волшебников в постоянном напряжении и заставлять их все время менять место во избежание ответного удара.
Защитные и атакующие чары, магические нападения и контратаки превращали небеса над полем битвы в ужасающую неразбериху, скованную из остатков многих сотен заклятий. И если честно, то Тень-в-Ночи уже давно запутался в этом безумии, а при попытке использовать внутреннее зрение у него начинала страшно болеть голова. Ну что ж... придется положиться на обычные чувства.
