и расстекалась, расплескиваясь, ярость. Немедленно удавить, разорвать, уничтожить. Теперь это дело не только политики, но и принципа. Попаданец явно смеялся и делал из могучего волка тупого барана. Как все это вообще могло случиться?
Лугр, площадь, гостиница. Вервольф на стал прятаться, планировать и выжидать. Парадные ворота гостиницы разлетелись от прямого тарана черепом. Грозный, страшный рык потряс Лугр. Где ты? Я найду тебя. Запах! Запах привел в президентский номер. Орчанка и человек! Занимаются любовью. Ярость выплеснулась. Я тут ору, вою как бешенный уже тридцать секунд, а они нагло любятся. Оборотень смахнул лапой человека с орка в окно и прыгнул за ним.
Внутренний двор. Человек не запаниковал, не испугался, а умело принял бой. Из окна уже вылетала разъяренная орчанка. Оборотень не справится с двумя. Он понял, что у него остался один единственный шанс и не упустил его. Зажав зубами трепыхающееся тело, попаданец пытался давить на глаза, волк пробился из гостиницы на площадь, сбросив со спины куски собственного мяса с орчанкой и, хромая, волоча сломаную ногу ушел в лес. Там перекусил тело и быстро, быстро сжевал. Он делал это второй раз за неделю. Но сейчас у него не было сомнений. Генетика его, кровь его, эмоции, движения, запах все его. Неужели задача выполнена и континент вздохнет спокойно без таинственной силы из другой вселенной? Мы уж сами справимся со своими проблемами. А он вкусный, очень вкусный.
Глава 18 Гражданская война.
Конфедерация легушей. Столица. Город Риж. Зеленый город заполненный влажным болотным воздухом и сотнями оттенками зеленого. Центр. Кабак. Кабак под названием " Опустившийся принц." Первоклассное заведение, две звезды шленми. Дубовые столы, белоснежные скатерти, официантки разных рас, есть даже красивые на манер легушей гоблинки, что редкость. Гоблинок употреблять не только можно, но и полезно. Имелись и приватные комнаты. Меню официанток выглядело дорого и респектабельно. Крейзи меню официанток впечатляло. На рояле играла гоблинка пианистка, ее графа в меню стоила очень дорого, дороже только женщина шефповар.
Урфиус заканчивал делать длинный заказ:
-Пианистка?
-Из нового поступления на прошлой неделе, управляющий рекомендует,- докладывала приятная легушка официант.- Пожалуйста ее индивидуальное меню.
- Нет, это не ее меню, это сезонные блюда с белыми трюфелями, но тоже хорошо.
-Извините, вот.
-Тогда мне мороженное с трюфелями на десерт, а потом пианистку на два часа.
-Будет сделано. К вам гости.
Тощий Вака выглядел еще тощее в узком костюме последней моды.
-Привет толстый, на двух стульях уже не умещаешься?- Вака приземлился за стол.
-Хорошего человека должно быть много, банальная мудрость, но не переставшая быть гениальной, Вака,- нравоучительно прокашлял забитым ртом Урфиус.- Как там у вас у белых?
-Белые хотят войны и резать вас, красных. У нас все готово.
-Вот и хорошо. Приятно слушать. Некоторые силы требуют начинать. Гоблины утроят бюджет красным, да и Робер обещает увеличить ассигнования на красных. Принятие закона можно и оттянуть, больше денег распилим,- важничал Урфиус.
-Доля Белых? И моя?
-Обе по тридцать. Красных и моя семьдесят.
-Так белые никогда не выиграют,- Вака почесал затылок.
- А вам выигрывать не надо,- Урфиус подцепил кусочек трюфеля вилкой.- Я предлагаю войну начать, а не выигрывать.
-Ты понимаешь, что погибнут тысячи?- Вака предельно жестко посмотрел на собеседника.
- Они всеравно погибнут. За деньги или просто так. Мы всего лишь бизнес делаем. Участвовать будешь или мне другого в руководстве белых поискать? Ты мороженное попробуй, оно вкусное и официантку.
-Я в деле,- Вака протянул руку.
Ниц. Провинциальный город легушей. Самый южный порт континента и самый восточный. Осенняя жара, дрожащий воздух. Подпольный, пока еще подпольный штаб легушей. Длинный прямоуголный стол, коньяк в вычурных бутылках. Оратор ораторствует:
-Руководство движением поручило нам начать восстание. Сегодня ночью прибыл отряд с севера на усиление нашей бригады. Берем порт, здание администрации, все узлы связи и вокзалы. Блокируем часть второй армии неразделенной любви, у нас много антимагических артефактов, закупились у орков. Договариваемся с местным бизнесом и поднимаем белый флаг движения. Город наш.
-В порту перекрываем рейд и запрещаем гоблинским кораблям швартоваться,- встрял кто-то в перечисление задач.
-Вот этого делать не надо. Гоблины швартуются как и раньше,- поморщился оратор.
-Зачем пускать гоблинов? Ме же против их миграции или я что-то не понимаю? Зачем тогда восстание?
-Ака! Не мути воду! Руководители сказали, гоблинам не мешать! Значит гоблинам не мешать!- отчеканил Оратор.
-Измена?- не сдавался настырный Ака.- Я поставлю вопрос на общем собрании.
Боевики шальным ударом смели немногочисленную охрану порта. Пришлось конечно пострелять, объясняя непонятливым прогрессивный мотив нападения. Два трупа, боевика и охранника, лежали обугленные и сросшиеся от взрыва термитной гранаты. Первые жертвы гражданской войны. Можно ваять памятник. Волна нападавших заполнила управление. Ака с заместителем вошел в кабинет капитана порта, посмотрел в открытое окно, там еще слышались редкие выстрелы.
-Все, откапитанил. Ключи от сейфа с кассой и проваливай,- Ака развалился в кресле посетителя, пренебрежительно положив ноги на край стола. - А ты , - он обратился к заместителю,- пиши приказ о перекрытии рейда и о запрете швартовки гобл...
Случайная пуля, случайно попавшая из окна в голову Аки, прервала его распоряжение. Герой восстания умер мгновенно. За него закончил заместитель:
-Приказа о перекрытии рейда и о запрете швартовки гоблинским кораблям
