при условии, что по микрорайону не ползут слухи, и никто не будет зазря дёргать оперов. А в остальном, как говорится — нету тела, нету дела.
А рассказывать о том, что выяснил, я никому, кроме Артёма Абрамовича Каца, не собираюсь. Вмешательство КГБ и создание помех в моём расследовании, это не то, чего я хочу добиться.
Привлекать силовые структуры, я стану только в одном случае, если найду, то, что искал и пойму, что сам не смогу разобраться.
Разносящуюся над озером западную музыку, мы услышали ещё на подъезде к самому ближнему к микрорайону пляжу, называемому в простонародье Лягушатником. Я опознал сверхпопулярного трека «Чингисхан». Но меня удивил не выбор музыки, а громкость. Даже самый мощный магнитофон этого времени, работающий на батарейках, подобного уровня выдать точно не сможет. А автомобильный сабвуфер в багажнике, научатся возить намного позже.
Кроме звукового сопровождения, мы сразу заметили включённые фары легковой машины, освещающие кусочек пляжа, расположенного на противоположном берегу. А через пару минут, я смог разглядеть автомобильный силуэт, и что-то в нём мне сразу показалось подозрительным.
А рядом с машиной, прямо в световом пятне, кружилось в танце несколько парней и девушек. Немного в стороне от танцоров догорал костерок.
— Во дают, прохладно ведь.
Харченко указал на туманную дымку, начавшую кое-где наползать с поверхности озера на камыши и пляж.
— Не, этим не холодно. Молодых комсомольцев, горячая кровь греет — ответил я.
После этого старшина отвернул от берега и выехал на гравийную дорогу, огибающую озеро с этой стороны. А на полпути до нужного нам места, на нас из темноты выскочил парень. Харченко успел отвернуть и притормозил, но парень, увидев милицейскую расцветку мотоцикла и фуражку, ломанулся через кусты.
— Во дурак! Пьяный, наверное.
Харченко коротко выругался и плюнул вслед убежавшему. Разумеется, развернуться и найти его он не пожелал.
А я, несмотря на мимолётность встречи, парня узнал. Он жил недалеко от дома отца, на правой стороне частного сектора и водился с братьями Макаровыми. Кстати, накануне вечером на аллейке я его тоже видел. Он стоял в группе поддержки Макара старшего.
Ещё я заметил, что он не просто убегал от нас, а судя по сосредоточенному выражению на лице, куда-то очень спешил. Подобное поведение местного парня, меня насторожило.
— Что-то тут нечисто — проговорил я, и Харченко поддал газку.
А буквально через три минуты, мы заехали на большую поляну, переходящую в широкую пляжную полосу. Это было излюбленное место рыбаков и туристов. Есть где поставить палатки и от самого популярного, общественного пляжа довольно-таки далековато.
И только увидев вблизи, силуэт машины нарушителей спокойствия, я понял, что меня так насторожило. Автомобилем был Мерседес. Поначалу я решил, что он чёрного цвета. Это ещё больше насторожился. Но, когда мотоциклетная фара осветила кузов сбоку, я разглядел синий металлик. Это был наиредчайший для СССР восьмидесятого года, «Мерседес-250».
Правда, настороженность никуда не делась, когда я разглядел максимально блатные номера «05−05 МОС». Троица танцующих молодых парней, была под стать номерам. Джинсы, водолазки, пиджаки с начёсом. Заграничная обувь. Разумеется, всё настоящая фирма, а не та пелёнка производства местных цеховиков, что лежала у меня дома. Причёски тоже по моде, но без стиляжьих излишеств.
А вот две активно танцующие девушки их виду явно не соответствовали. Обычные укороченные до ультрамини платьица, пошитые из ткани, производимой нашим комбинатом. Дешёвая советская бижутерия. Туфли советского производства, лежат на песочке.
Сами же девчонки весьма симпатичные, и судя по причёскам и завивкам, к празднику готовились заранее. А одну из них, я вообще, кажется, видел сегодня на дискотеке. По всему выходило, что они местные. Каким-то образом они встретились с прибывшими на Мерседесе москвичами и отправились с ними на ночной пикник.
Кроме этой информации для размышления, появилась разгадка большой громкости музыки. На крыше Мерседеса стоял огромный кассетный магнитофон со съёмными колонками. Провод от него уходил в салон работающей на холостых оборотах машины.
А пока я выбирался из люльки и поправлял фуражку, со стороны кустов подошёл высокий парень. Этот был облачён в новенький костюм «Адидас» и кроссовки, той же фирмы. Не обращая внимания на нас, он прошёл мимо, направляясь к машине. Взял с расстеленного на капоте пледа бутылку Пепси-колы, парень ловко сорвал пальцами пробку и, отпив половину, начал пританцовывать в такт музыки.
Кроме нескольких бутылочек Пепси и Фанты, на пледе выстроились, ополовиненная бутылка виски «Red Label», почти пустая бутылка французского коньяка и две шампанского. Нарезанная закуска соответствовала редкой в СССР выпивке. Финский сервелат, бутерброды с чёрной и красной икрой. А в центре, поднос с жаренными шашлыками, утопающими в зелени.
— Ты их номера видел? — спросил Харченко, и я кивнул.
Если честно, таким стушевавшимся я видел старшину впервые. Оно и понятно, подобные номера называли в МВД СССР неприкасаемыми. Буквы «МОС» и красивые цифры, там не просто так появились. Как говорили гаишники, увидел такие номера, отдал честь и ни в коем случае не останавливай.
— Старшина, мы уже приехали, так что не тушуйся. Всё равно придётся разбираться, иначе потом мы себе не простим, если с местными девчонками что-то случится.
В этот момент я едва не кричал, так как музыка всё заглушала. Харченко в ответ кивнул и, сняв шлем, надел фуражку.
Подойдя к Мерседесу, я потянулся к магнитофону «SONY» и нажал на кнопку выключения. И как только музыка оборвалась, все присутствующие обернулись ко мне, а парень в Адидас, сделал шаг навстречу.
— Лейтенант, а чего это мы тут свои руки распускает? — спросил он, и вся остальная компания придвинулась поближе.
После этого одна из девчонок шатаясь, подошла к машине, а вторая уселась рядом с костерком, начала греть руки. Судя по их поведению, они приняли заграничного алкоголя намного больше своей нормы.
— Мальчики, это наш участковый — представила меня девчонка, стоявшая рядом с Мерседесом.
— И как у участкового, у меня родился один вопрос. Граждане, а что это вы тут ночью делаете?
— Как это что? Лейтенант, не тупи. Сегодня же Первомай. Шашлыки, пикники, мангалы и все дела. Вот решили отметить праздник с трудовым классом — сказал парень с модно подстриженной бородкой и указал на девушек.
— Как-то поздновато для шашлыков. Да и холодать начало. А девчонки вон в одних лёгких платьицах.
— Лейтенант, так нас любовь согреет — сказал выглядевший самым пьяным из парней и скабрёзно хохотнул.
После этого облачённый в Адидас снова включил музыку, причём сделал это так,
