Влад только кивал и думал про себя, как бы ему побыстрее отсюда смотаться. Жалко, конечно, было этих несчастных, но как-то они до этого без него справлялись… и все-таки он понимал, что врет сам себе: по уродливому лицу рожденного здесь паренька было ясно, как они «справлялись». Да и вождь все время твердил про неслыханную для них удачу.
Выслушав все охи и ахи, землянин собрался духом и не допускающим возражения тоном произнес:
— Мафусаил, у вас время до рассвета. Я пожертвую остатком ночи, но с утра мне необходимо продолжить свой путь…
— Это невозможно! — всплеснул руками старик. — Мы только обрадовались, а ты уже решил лишить нас счастья твоего присутствия. Вот увидишь: мы на руках тебя носить будем…
Несмотря на причитания, в голосе старика слышалась радость, поэтому Влад поднажал еще:
— Вождь, время идет! Делай, что нужно. До рассвета я в твоем полном распоряжении.
— Да, да, хорошо, — сломался старик и стал суетливо раздавать распоряжения.
В результате, скоро на поляне был разыгран странный спектакль для одного зрителя. Даже не спектакль, а жутковатое шоу с выходом на подиум всяких калек, исполняющих страшноватый стриптиз. Если добавить, что это шоу не доставляло радости ни зрителю, ни «моделям», то можно понять, какой дурдом творился в стойбище.
Через час таких «смотрин», поляна была полна стонущего народа, а у зрителя ехала крыша от бесконечного чередования уродств, которым позавидовала бы любая кунсткамера. Только треть племени не требовала хирургического взгляда Восстановителя порядка. Когда все желающие аборигены прошли перед взглядом гостя, вождь взял того под руку и повел осматривать окрестности. В темноте было трудно разглядеть хоть что-то, но несколько человек несли факела, пытаясь исправить этот технический просчет.
Они гуляли почти час: осмотрели закопченные вигвамы, спустились к берегу реки, любоваться на утлые пироги, и даже осмотрели животных: нескольких лошадей и коров, которые, как и люди, страдали кривизной форм. Неживая природа не могла пожаловаться на вторжения непрошенного гостя, но вот домашний скот сильно разволновался, так что понадобилась помощь аборигенов, чтобы удерживать их питомцев в загонах.
Когда шествие вернулось на поляну, рассвет стал раскрашивать сполохами восток. Все население стойбища уже чувствовало себя лучше, но неугомонный вождь решил закрепить «лечение» и упросил Влада еще раз просмотреть хит-парад самых перекореженных соплеменников. Гость не мог не согласиться на уговоры старика, в голосе которого свозило унижение.
К удивлению «целителя» те же люди, что «красовались» перед ним ночью, в рассветных лучах стали выглядеть гораздо лучше. Влад еще хотел усомниться, что это было влияние дневного света, но вождь подтвердил, что люди исправлялись прямо на глазах.
Проблемы начались, когда Влад, завидев край поднимающегося над горизонтом солнца, потребовал, чтобы его немедленно доставили обратно на место ночной стоянки. Вождь стал страшно расстраиваться, что гость уйдет, так ничего и не отведав из угощений. Но когда Восстановитель порядка заявил, что уйдет сам, если его не проводят, вождь что-то крикнул на местном диалекте и Влад в мгновение ока оказался связанным.
Мафусаил, пряча глаза, извинился и сказал, что присутствие гостя настолько ценно, что он вынужден пренебречь правилами гостеприимства и пленить его. Взамен он обещал все блага, какие только были доступны аборигенам. Пленник не успел даже как следует возмутиться, как оказался со связанными руками и ногами в темном чуме посреди компании нескольких не очень одетых и умытых дам, которые принялись самым примитивным образом его успокаивать.
Что произошло дальше, никто не знал, а если и знал, то не спешил рассказывать. Влад только помнил, что у него от досады и раздражения помутилось в голове. С криком бешенства он вскочил и бросился из дикарского жилища, не разбирая дороги. Опомнился он только на опушке поляны.
Оглянувшись назад, он увидел разорванный пополам чум, и утрамбованную дорогу, ведущую прямо к нему. Причем, было видно, что мгновение назад на месте дороги росли кусты, лежала какая-то утварь и даже бегала собака, судя по хвосту и голове, оказавшимися по разные стороны колеи. Аборигены стояли невдалеке, но ожидать нападения с их стороны не приходилось. Скорее им самим нужна была срочная психологическая помощь — такой ужас был в их лицах.
— Куда идти?! — все еще сердясь, крикнул Восстановитель порядка, а теперь уже и беспорядка.
Народ проявил чудеса смекалки, прыснув врассыпную по шалашам. Но вождь, понимая нависшую над племенем угрозу, крикнул что-то двум дикарям, и те, трясясь от страха, все же подчинились. Буквально на полусогнутых ногах они подошли к Владу и, показав руками направление, быстро посеменили вперед. Осталось только не отставать от проводников.
Немного не дойдя до ночного бивака, они наткнулись на Иезула, внимательно изучающего что-то на земле. Влад радостно окликнул инквизитора, и пока два монаха выясняли, чем это каждый из приятелей занимается по ночам, провожатых и след простыл. Таким образом, несмотря на ночные приключения, им удалось без большой задержки продолжить продвижение на север, хотя новичок не мог похвастать, что чувствовал себя отдохнувшим.
* * *
Оказалось, что пребывание в дружеском заключении у дикарей имело и некоторую пользу. Владу надоело умильно цивилизованное рассматривание нелепостей, и теперь он летел по дороге вслед за Иезулом, не обращая никакого внимания на странности, начинавшие все больше громоздиться по сторонам. А выскакивавшие на дорогу звери или, вернее, невероятные чудища, перед которыми даже пасовал Иезул, только разбегались от одного рассерженного взгляда землянина. Он буквально чувствовал, что по пятам следует куча ненормальных преследователей, и только его злость не дает тварям подступиться совсем близко.
Самым крутым оказался медведеподобный монстр, при виде которого инквизитор поднял коня на дыбы, пытаясь остановиться на полном скаку. Следовавший за ним Влад успел только взять левее и выскочил прямо перед огромной мохнатой тушей, размером с танк. Пасть этой «дичи» сверкала акульими зубами в несколько рядов.
Но пугаться было некогда — не разглядев препятствие из-за спины напарника сразу, теперь Влад, не останавливаясь, несся на монстра. В душе было только одно отчаянное чувство: ему не помешает какое-то замороченное чудо-юдо. Он только успел выхватить свою сабельку и крикнул что-то вроде: «Вот вам всем за Ксюшу!». Конь тоже сообразил, что перед ним нечто смертельно опасное, но сопротивляться отчаянному всаднику не мог.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
