Читаем без скачивания Сгинувшие - Бентли Литтл

Брайан взял бумаги.

– Думаю, ты уже слышал о Лью Хаскелле, что живет в районе залива. Еще один богатый псих. Правда, насколько мы знаем, без признаков особой жестокости, хотя он и издевался над женой и сыном, а среди предъявленных ему обвинений есть обвинение в торговле людьми. В этих документах все есть: информация из открытых источников, сообщения информационных агентств, подборка статей из местной прессы… – Джимми подался вперед: – Насколько я знаю, вы с Сент-Джоном примеривались к этой истории…

Брайан с удивлением поднял глаза, но Джимми жестом остановил его:

– В этом здании секретов не бывает. И лично я думаю, что вы двигались в правильном направлении. Никто не связывает это происшествие с убийствами. А я хочу, чтобы мы это сделали. И мы окажемся первыми, кто сложит головоломку и покажет всем остальным истинную суть вещей. Но для этого нам необходимо держать нос по ветру. Поэтому я хочу иметь самый лучший, самый глубокий и самый подробный материал о каждом из происшествий. Так что необходимо переговорить с этой женщиной. С той, которая с ним встречалась, а потом сдала его.

– Но у меня нет такого редакционного задания, – откашлялся Брайан.

– Считай, что с этого момента есть.

– Но…

– Теперь это твой материал, – сказал редактор. – Так что – вперед…

Брайан кивнул. Он все еще не мог поверить в такую удачу. Но в журналистском мире судьба, бывает, меняется по нескольку раз на дню. Всего одна ошибка – и ты, как Дэн Разер [92], вылетаешь со своего места. Одна-единственная удача – и ты, как Боб Вудворд [93], становишься навек иконой. Брайан был уверен, что в отделе новостей из-за этого задания у него появятся новые враги. Фактически он не был новичком в своей работе, но в «Таймс» являлся человеком новым, и многим ветеранам мог не понравиться его столь быстрый взлет по карьерной лестнице. Брайан знал, что ему бы такое точно не понравилось.

Впрочем, сейчас он хотел только одного – чтобы Уилсон был рядом. Это была их общая заслуга.

Но Уилсон мертв.

Возможно.

А не могли покончить с ним за то, что он расследовал эти убийства?

Это было вполне возможно, и Брайан невольно задал себе вопрос, не станет ли он следующей жертвой. Но чьей жертвой? И почему?

Больше всего обескураживал масштаб проблемы. Все эти богачи? Столько лет подряд? И его отец в придачу? При этом нет ничего общего, что могло бы все это объединить. И тем не менее все это напоминало эпос и, вполне возможно, было самой значительной и важной работой в его жизни.

Кроме того, у него не было понимания, с чем же он, собственно, столкнулся.

Джимми подробно объяснил ему, что за материал он от него ждет и правила его передвижения по стране. Командировочные расходы были уже согласованы, так что после того, как он свяжется с этой женщиной – Кэрри Дэниелс – и договорится с ней о встрече, ему останется только забронировать билеты, захватить с собой первого же свободного фотографа и оказаться в аэропорту Лос-Анджелеса в момент посадки на самолет.

Все прошло гладко, и в одиннадцать часов Брайан в сопровождении фотографа уже летел в Сан-Франциско, чувствуя себя репортером, сошедшим с экрана голливудского блокбастера: например, Уорреном Битти из «Заговора “Парралакс”» или Робертом Вальденом из фильма «Лу Грант», а может быть, даже и Майклом Китоном из «Газеты» [94], чем черт не шутит. Что и говорить, ощущение было приятным и очень мощным, так что на какое-то время это даже отвлекло его от чрезвычайной сложности задания.

Кэрри Дэниелс согласилась встретиться с ним в одной из кофеен в центре города в час дня, а так как прилетел он раньше и больше чем на полчаса, да еще и ничего не ел с самого утра, за исключением пакетика арахиса в самолете, Брайан решил поесть. Мерритт, фотограф, был хорошим парнем, несуетливым и сговорчивым, так что Хоуэлс и его ланч включил в свой счет. Они уселись в прохладе на свежем воздухе, съели восхитительные сэндвичи, выпили латте и поиздевались над своими коллегами из отдела новостей «Таймс», которые в это время сидели на рабочих местах в помещении без окон. Или в лучшем случае мотались по жарким, полным смога улицам Лос-Анджелеса в поисках историй, которые можно было бы продать.

– Спасибо, что выбрал меня, – сказал Мерритт. – А я боялся, что мне придется весь день фотографировать разъяренных пассажиров для статьи о забастовке транспортников.

– Я как раз должен был написать эту статью, – усмехнулся Брайан. – А вместо этого мы с тобой отправились в Сан-Франциско за счет газеты. Есть все-таки Бог на небесах.

– И не говори. А что, если мне удастся пробраться на ферму Хаскелла, или что там у него, и сфотографировать эти стойла-пеналы для дойки? Это здорово помогло бы мне подняться…

Вскоре появилась Кэрри. Видно было, что она нервничает, и после того, как они представились друг другу, Мерритт извинился и сказал, что пойдет пофотографирует уличные сценки.

– Позвони мне на мобильный, когда понадоблюсь, – сказал он Брайану. – А я пока займусь своим портфолио.

Брайан кивнул. Мерритт был не только отличным фотографом, но и хорошо чувствовал ситуацию. И правда, когда он ушел, Кэрри сразу же расслабилась.

Если в будущем ему понадобится фотограф, решил Брайан, то он обратится к Мерритту.

Девушка заказала холодный чай, и они начали с общих вопросов. Брайан, пытаясь установить доверительные отношения, стал рассказывать, как ему повезло, что ему дали это задание, и как приезд в Сан-Франциско заставил его вспомнить о поездках с классом на каникулах. Кэрри немного рассказала о своей работе, а журналист поведал о том, что сотрудником «Таймс» стал совсем недавно. И только когда Брайан почувствовал, что достаточно «размял» интервьюируемую, он достал блокнот и включил диктофон.

– Давайте начнем, – предложил он.

– Давайте, – согласилась Кэрри.

– Расскажите мне, что же все-таки произошло, – начал Хоуэлс. – Только своими словами. Начните с того, как вы встретились с Лью Хаскеллом и как он пригласил вас к себе домой.

Она рассказывала свою историю в полиции бессчетное количество раз, но это помогло ей собраться с мыслями, потому что ее рассказ оказался подробным, полным, и в нем практически не было пробелов. По телефону Брайан объяснил Кэрри, что собирается написать статью и, возможно, очерк об истории Лью Хаскелла и будет использовать ее как базовый источник информации. Многие, как правило, пугались, когда узнавали, что их рассказ будут публично цитировать, именно поэтому Брайан так осторожно начал свои расспросы, но Кэрри была абсолютно спокойна. И когда он предложил девушке выступить в качестве базового источника информации – ведь это именно она выяснила, что происходит в усадьбе Хаскелла, – она не стала возражать.

Правда, когда девушка рассказывала о том, как Хаскелл показывал ей свою собственность, ее реакция и ощущения выглядели слишком уж личными.

История была из тех, в которые трудно поверить. Но даже если б у Брайана не было массы свидетельств, а Кэрри не могла бы доказать, что все виденное ею происходило на самом деле, журналист все равно поверил бы ей. Потому что в Лос-Анджелес его привел целый ряд происшествий. А кроме того, Кэрри оказалась свидетельницей, которая заслуживала абсолютного доверия. На Брайана произвело впечатление, что она не только точно замечала все, что происходило вокруг, но и запоминала малейшие подробности.

– Из вас получился бы прекрасный журналист, – заметил он.

– Если б я еще обладала талантом писать. – Кэрри попыталась улыбнуться, но было видно, что она все еще думает о захваченных женщинах, которых нашла на скотном дворе.

– Ну а что произошло после того, как появилась полиция? – мягко продолжил Брайан.

– Я показала им… пеналы. – Девушка пожала плечами. – Потом они арестовали Лью и обыскали усадьбу. Там и нашли его жену и сына, которых он держал в доме взаперти. Но я не видела этого – у меня брали показания, а потом отвезли домой, и я видела только фотографии. – Кэрри покачала головой: – Это было ужасно.

– Могу себе представить.

– По телефону вы сказали, что это как-то связано с другими свихнувшимися миллионерами. – Кэрри подняла глаза на Брайана.

– Ну-у-у-у… – протянул он.

– Я тоже так думаю. А мы можем поговорить не под запись?

– Конечно.

Девушка окинула Брайана скептическим взглядом. Он выключил диктофон и поднял вверх обе руки, показывая, что сдается.

– Я понимаю, что у вас нет причин мне доверять. Мы только что познакомились, и я вполне могу оказаться сукиным сыном, для которого соврать – что плюнуть.

Кэрри рассмеялась.

– Но я вовсе не такой. И клянусь, если вы что-то мне скажете не под запись, то это так и останется между нами.