Состояние непрерывной межгрупповой вражды, в которой находятся многие племена и при которой человек не может чувствовать себя в безопасности за пределами своего поселения, несколько смягчилось с появлением обычая считать неприкосновенными послов (посланников) или отдельных представителей племен. «У каждого племени Австралии есть свой представитель, чья жизнь, когда он выполняет свои обязанности, является священной и в мирное время, и во время войны». Обычно в роли таких посланников выступают старейшины племени, которые хорошо известны и в других племенах, однако часто функция посланников возлагается на женщин. Посланники передают новости от племени к племени и назначают даты встречи для общей охоты, ритуальных танцев, сражений и разрешения конфликтов. «Женщин выбирали для этой роли потому, что их не могли предательски похитить или убить, как это бывало с мужчинами... В целом к членам представительской миссии относятся как к почетным гостям. Принимающая сторона обеспечивает им еду, а когда после недельного пребывания в соседнем племени они начинают собираться домой, их одаривают самыми разными подарками».
Эти австралийские курьеры носят с собой зазубренную палку, которую также называют посохом посланника, в качестве своеобразной подсказки и помощи для собственной памяти. По внешности посланника почти всегда можно сказать, какие новости он несет: о смерти, сражении, похищении женщины или какие-то другие известия. Если посланник сообщает о предложении мира, он несет с собой плед; если об искупительной битве – он несет с собой щит; если сообщает об организации военной кампании, он несет копье; если извещает о церемонии инициации, посланник имеет при себе рог. Когда посланники находятся при выполнении своих обязанностей, их жизнь считается священной и неприкосновенной, и даже во время боевых действий они могут свободно (и даже без оружия) передвигаться между племенами. Если местный житель выступает в качестве посланника белого человека, он пользуется тем же самым иммунитетом. В этом случае само послание пишется на клочке бумаги, который прикрепляется на конце палки с расщепленным концом. «Неся ее перед собой, он может спокойно проходить по территории врага, потому что таким образом показывает, что он – посланник белого человека и что, если ему причинят вред, племя белого человека будет очень разгневано». Неприкосновенность посланников подкрепляется и обеспечивается силой, потому что убийство посланника считается гнусным преступлением, и за преступлением следует немедленное отмщение. Эта традиция столь прочно укоренилась, что убийства посланников крайне редки и являются исключением из правила. Короче говоря, должность и положение такого посланника вполне сравнимы с должностью и положением послов, герольдов или знаменосцев у цивилизованных народов.
В Океании сообщение между племенами также осуществляется при помощи своего рода герольдов, в качестве которых выступают пожилые женщины, однако эта практика там не столь распространена, как в Австралии. На островах Самоа во время войны все возможные сообщения передаются именно женщинами, которым даже разрешается свободно передвигаться между поселениями разных племен. На острове Новая Гвинея женщины также выступают посредниками между воюющими сторонами. У нигерийских охотников за головами, «когда одна сторона устает от войны, женщины из другого племени, которые замужем за мужчинами этого племени, отправляются к своим родным с предложением мира. Естественно, их жизнь священна и неприкосновенна, потому что у них есть защитники и с той и с другой стороны». В племени ба-гуана послом выступает сам вождь, и противник с уважением относится к нему. У племен, говорящих на эве, «символом его [посла] власти и полномочий является палка с посеребренным наконечником, и этому символу оказываются те же почести, что и самому человеку, которому он принадлежит. Этот символ является почти священным, и убийство посланника, имеющего этот символ, считается неслыханным преступлением. Такая практика гарантирует безопасную и беспрепятственную передачу сообщений в стране, где средства сообщения не развиты, а передвижение по территории весьма опасно».
У американских индейцев вампум (ожерелье из раковин) считался признанным паспортом, которым пользовались посланники в своих путешествиях между племенами. Более того, каждая деревня имела свою трубку мира, и тот, кто путешествовал с этой трубкой, пользовался иммунитетом, даже когда находился на территории врага. Народы науа (ацтеки и другие, Мексика) имели достаточно развитую курьерскую службу. Курьеры доставляли сообщения по назначению и в мирное время, и во время войны. Их одежда свидетельствовала об особом положении, и, более того, они имели при себе особые знаки отличия. Мексиканцы также использовали послов в общении с другими народами. «Их личности считались священными, и обычно принимающая сторона относилась к ним с почтением и уважением; их размещали со всеми удобствами, одаривали цветами и курили в их честь благовония. Если же послам наносилось оскорбление, то это было достаточным поводом для войны». Для сообщения между враждебными армиями древние греки использовали своего рода герольдов, «которые беспрепятственно передвигались между лагерями воюющих сторон, и, очевидно, их личности были неприкосновенными. Судя по всему, такие глашатаи имели также отличительные знаки, по которым их было легко узнать. Их называли «божественными». Столь же уважаемыми людьми были и послы.
Жестокость военных действий смягчается также признанием нейтральных или невоюющих сторон. Так, у нецивилизованных народов кузнец всегда пользовался правом на неприкосновенность. К кузнецам часто относятся с суеверным ужасом и благоговением, и по этой причине, а также из желания получить определенную пользу от их знаний и умений их щадят. Часто кузнецы жили на нейтральной территории. Эскимосы Берингова пролива в определенных случаях признавали нейтралитет некоторых категорий людей. «Если у человека были родственники во враждебном племени, то обе стороны уважали его нейтралитет. В этом случае человек, лицо которого было зачернено, имел возможность безбоязненно находиться на территории обеих воюющих сторон во время перемирия».
Африканское племя баконго также уважает нейтралитет, если только он каким-то образом обозначен; «берется пальмовая ветвь и кладется в доме или городе на видном месте. Этот символ используется человеком или городом, чтобы обозначить абсолютный нейтралитет в любой локальной войне, и является гарантией уважения со стороны воюющих сторон».
Что касается племени бабунда (Африка), то «белые люди или их слуги, как правило, могут путешествовать по регионам, где идет война, поскольку местные жители вполне могут решить все свои проблемы между собой и, как правило, уважают нейтралитет белых людей». Какой бы жестокой ни была война, которую ведут берберы и в которой всех пленников убивают, она тем не менее смягчалась одним исключением, которое распространялось на марокканских евреев. Обычно они пользовались иммунитетом: их не грабили и не убивали, несмотря на то что никакого эффективного управления в этой стране не существовало. «В их случае действовала система так называемого «дебеха», или жертвоприношения. Проще говоря, предки еврейских семей благодаря жертвоприношению попали под покровительство определенных берберских семей за некоторую ежегодную плату. Любой вред, причиненный такому еврею, считался личным оскорблением, и бербер-покровитель вступал в конфликт, как если бы это касалось лично его. Система работала отлично, и в этих диких районах евреи жили в большей безопасности, чем в других районах Марокко, где не признающие законов арабы грабили и третировали их». Эта «купленная» безопасность имеет параллели в средневековой Европе.
Некоторые дикие племена также признают нейтральную территорию. Когда возникал конфликт у лухупа (Индия), «противоборствующие стороны заключали соглашение о границах, в пределах которых они могут убивать друг друга». На острове Эфате (Вате), Новые Гебриды, сразу после начала военных действий «определяли особые тропинки, которые местные жители называли «тропами мира», или нейтральной территорией, а оставшаяся территория считалась «опасной», так сказать «ничейной землей». Австралийцы, с их любовью к массовым сборищам, считали необходимым ограничить территорию, на которой могут вестись военные действия. Точно так же на берегах реки Грегори (к югу от залива Карпентария) они определяли нейтральную территорию, 150 миль (241,3 км) длиной и 50 миль (80,4 км) шириной, которая по согласию нескольких племен была предназначена для массовых собраний.
Поскольку война мешает торговле, племя ба-мбала устраивало рынки на нейтральной территории (на этих рынках торговали представители нескольких племен). Племена побережья близ Лоанго объявили нейтральной территорию острова Илонго, где можно было хранить ценные вещи. Причем туда мог беспрепятственно добраться любой человек.
