Читаем без скачивания Защита Периметра. Через смерть - Михаил Атаманов

Судя по всему, традиция минуты молчания оказалась моим подчинённым неизвестна. Однако военные восприняли подобную дань памяти павшим товарищам весьма и весьма позитивно — за тут минуту, что войска стояли в траурном молчании, перед моими глазами трижды проскользнуло уведомление о повышении репутации с фракцией Военных Империи, дважды с Исееками и трижды с Хамелеонами.

Затем, не скрывая правды от подчинённых и не стесняясь в выражениях, я рассказал о том, что некий «лучший эксперт по чужим из Фиолетового Дома», весь флот которого уничтожил меньше кораблей чужих, чем мой один-единственный канонир с «Вассара-3», сомневается в существовании линкоров типа «Бегемот» и настолько крупных соединений чужих. Рассказал о той информационной травле, которую устроили не столь удачливые адмиралы и командующие нашему флоту Восьмого Сектора. Наверное, в какие-то моменты я действительно использовал излишне резкие выражения. Например, когда советовал, куда именно кронпринцу Хайту ройл Андор тон Рееху следует себе засунуть своё авторитетное мнение, раз переводящий для Исееков мои слова арит споткнулся на середине фразы и уточнил пол кронпринца Хайта и наличие у него подобных отверстий. Но войска меня полностью поддерживали, и это главное.

После окончания речи командующего, мы приступили к раздаче наград участникам боевого похода. Сперва самым отличившимся ордена и медали вручал адмирал Киро Сабуто, по такому случаю впервые вышедший из больничного бокса. Если не обращать внимания на непривычную бледность узкоглазого адмирала, последствий тяжёлого ранения на безукоризненно выглядевшем военном я не отмечал.

Затем все без исключения бойцы и члены экипажей кораблей, участвовавшие в прорыве через территорию чужих, получили «Чёрную Звезду» — матово-тёмного цвета семилучевую медаль с надписью: «Прошедшему через смерть». Эту старинную награду Оранжевого Дома моя помощница Николь Савойя обнаружила в справочнике по военному делу, подобной медалью в древние века награждали солдат, реанимированных после клинической смерти. Я полностью согласился с мнением Николь, что более подходящей награды для бойцов, чей попавший в смертельную ловушку флот уже успели похоронить и сбросить со счетов, найти было просто невозможно. Поэтому для экипажей и выживших десантников я заказал и получил у мастеров Роя пятьдесят тысяч таких звёзд из чернёного серебра с надписью из светлой платины.

Изменение репутации. Отношение к вам фракции Военных Империи улучшилось.

Предполагаемое персональное отношение: +19 (теплота)

Повышение глобальной известности. Текущее значение +21

Когда все коробки с наградами оказались переданы капитанам звездолётов для раздачи подчинённым, я снова взял микрофон.

— А теперь будет подарок лично от командующего флотом Восьмого Сектора Периметра. В знак признательности за то, что у меня во флоте собрались настолько храбрые и умелые бойцы, сумевшие совершить невозможное, с этой самой минуты все без исключения награждённые «Чёрной Звездой» будут получать повышенное на треть жалование. Вы — гордость Империи, настоящая гвардия, и заслужили подобную награду своими ратными подвигами! Кроме того, прямо сейчас все получат премию в размере трёх уже увеличенных месячных окладов!

Дружный рёв восторга прокатился по залу, эхо многократно отразилось от стен ангара, оглушая собравшихся.

— В соседних залах космической станции для героических бойцов флота Восьмого Сектора Периметра уже накрыты праздничные столы. Я приглашаю всех пограничников гарнизона Форпоста-4 присоединиться к празднику. Еды и выпивки хватит на всех! За безопасность можете не волноваться — фрегаты-невидимки флота Восьмого Сектора уже контролируют соседние звёздные системы, и ни один корабль не проскользнёт мимо них незамеченным! Так что веселитесь, отдыхайте, не ограничивайте себя ни в чём, вы по праву заслужили это! Те же, кто останется твёрдо стоять на ногах к исходу праздника, будут самым тщательным образом проверены Ищущей Правду как потенциально неблагонадёжные элементы! И да начнётся веселье!

Изменение репутации. Отношение к вам фракции Военных Империи улучшилось.

Предполагаемое персональное отношение: +20 (теплота)

— Где я? — помещение, в котором я очнулся, совершенно точно никогда ранее мне не встречалось.

— Неважно. С тобой стало крайне трудно связаться, Роман. Ты попытался заблокировать возможность ментальной связи. Решил обмануть нас и нарушить контракт?

Этот женский голос я узнал бы из миллионов других. Молодой, звонкий, и в то же время способный замораживать воду, столько в нём содержалось космического холода. Мия! Я моментально пришёл в себя и резко оглянулся на звук голоса.

Мии я почему-то не увидел, хотя не сомневался, что могущественнейшая Ищущая Правду находится где-то поблизости и наблюдает за мной. Я осмотрелся. Какая-то открытая веранда, стены из плетёной лозы, рядом невысокий круглый столик с привычными земными фруктами — грушами, персиками, медовыми сливами. За окном с моего места был виден прямоугольник пронзительно-синего безоблачного неба. Я попытался присесть и понял, что тело не моё… Точнее, наоборот моё! Молодое здоровое тело, я уже даже отвык от него!

— Так что насчёт ответа на мой вопрос? — голос Мии раздался с противоположной стороны небольшой комнаты, я резко развернул голову, но снова не увидел говорившую.

— Покажись! — потребовал я.

Страх полностью прошёл, я твёрдо знал, что ни разу не нарушил подписанный с Георгием Иннокентиевичем контракт, а потому ощущал свою правоту.

— Ни тебе «пожалуйста», ни «будьте так любезны», ни просто хотя бы обратиться на «вы»… Разве так разговаривают с дамой, которая в несколько раз старше тебя?

Тем не менее, Мия проявилась буквально на расстоянии вытянутой руки от меня, я даже вздрогнул от неожиданности. Молодая безумно красивая женщина с огненно-красными волосами сидела в кресле-качалке. Её свободные белые одежды и сидящая поза несколько скрывали изгибы тела, но большой живот всё же полностью задрапировать не могли. Где-то пятый или шестой месяц беременности, навскидку определил я для себя.

— Седьмой начался, — поправила меня собеседница, совершенно не скрывая того обстоятельства, что она беззастенчиво роется у меня в мыслях. — Так значит, поставленный той девочкой ментальный блок… Малышка сильно выросла, даже излишне сильно… Сними его немедленно, как вернёшься в игру!

— В игру? — я подчёркнуто выделил голосом последнее слово. — Может, ты наконец-то расскажешь подробнее, что это за игра, где игроков можно убить?

— Не наглей, Роман, — в голосе собеседницы снова проявился могильный холод. — Ты не в том положении, чтобы дерзить. Если хочешь знать, то лично я предлагала Георгию Иннокентиевичу вообще убрать тебя сразу после окончания контракта. Да, Роман, я говорю тебе правду и не скрываю этого. Но вот мой спутник, при всех его отрицательных чертах характера, патологически пунктуален в вопросах чести. Так что контракт с нашей стороны будет выполнен, если только ты сам не дашь повода усомниться в своей честности.

Мия вдруг наморщила лицо и положила правую ладонь себе на живот, словно успокаивая болезненно пошевелившегося в утробе ребёнка.

— Будущая кронпринцесса? — уточнил я, кивком головы указывая на живот Мии.

— Это не должно волновать тебя, Роман. Моя дочь родится уже после окончания твоего контракта, так что все вопросы генеалогии, престолонаследия и геральдики я буду решать уже не с тобой. Твоя же задача — побеждать чужих… и не умереть. Не рискуй так больше. Хватит рейдов по тылам чужих. И ещё, я с огромным трудом сумела до тебя достучаться. Какой бы сильной Ищущей Правду я ни считалась, мои резервы всё же не бесконечны. Мне нужны кристаллы. Просить об этом Георгия Иннокентиевича, лишний раз выслушивать его упрёки и унижаться я не желаю, так что как будет удобная возможность, призови меня в игру. Не прямо сейчас, я слишком потратилась на этот вызов, мне нужно сперва восстановить силы. Через пару-тройку недель. Заготовь для меня кристаллы и вызови, когда вокруг не будет свидетелей. А сейчас возвращайся в игру. И да, я сняла с тебя эффект похмелья. И как ты только умудрился так серьёзно нализаться…

Проснулся я от звонка будильника в своей каюте тяжёлого крейсера «Император Август», почему-то без одежды и с обрывочными сумбурными воспоминаниями, что на этой кровати недавно с кем-то занимался любовью. Вот только с кем?