Читаем без скачивания Бог. Религия. Священники. Верующие и атеисты - Евграф Дулуман

Название Иисуса Христом вынудила позднейших — уже не иудейских, а чисто христианских богословов — детально рассмотреть следствия (несостоявшегося) помазания Иисуса на Христа-Мессию. В процессе бурного обсуждения этого вопроса на протяжении IV–XVI веков (вплоть до Тридентсткого собора) католическая церковь, а за ней и православная, пришли к заключению, что помазание Иисуса было, так сказать, многовекторным и везде — самого высокого качества. На Иисуса Христа в результате его (опять вынуждены сказать: несостоявшегося) помазания излилась та божья благодать, которую через помазание получали библейские пророки (Второзаконие 18:15–22; Даниил, глава 7), библейские первосвященники (Бытие 14-14-20; Псалом 109) и библейские цари (-Бытие 49:10; Числа, 24:15; 4-ая Царств 7:13; Псалом 71:8-11; Исаия 42:6; 52:13–53; 61:5–8; Иеремия 23:6;), В результате всего этого Иисус Христос стал одновременно и помазанным Пророком, и помазанным Архиереем (Первосвященником), и помазанным Царём… Для подтверждения именно такого взгляда на Иисуса Христа богословы любят ссылаться на восточных волхвов (колдунов), которые новорожденному Иисусу с великим символическим значение преподнесли в Вифлееме золото (как царю), ладан (как первосвященнику) и смирну (как пророку).

По рассказам канонических евангелий и единодушному признанию всех верующих христиан (за исключением унитариан и, частично, иеговистов) основатель их религии и Бог появился на земле сразу Иисусом и сразу Христом. В исторической науке, как мы уже знаем, сверхъестественные факторы во внимание не принимаются. Опираясь на факторы естественные, исследователи раннего христианства и евангельского Иисуса Христа разделились на две группы, их называют двумя школами. О школе мифологической мы уже говорили. Школа историческая исходит из того, что реально существовал некий религиозный реформатор иудаизма Иисус, вокруг которого после его смерти начали создаваться дополнительные измышления и легенды и таким образом создали ему образ извечного сына божьего Христа. Обобщая взгляды обоих подходов, можно сказать, что мифологическая школа доказывает движение небесного Христа до земного Иисуса Христа, а историческая — исследует движение реального земного Иисуса — до образа божественного существа. И первый, и второй подход аргументируют свои выводы неисчислимым множеством документов, аналогий, заключений и выводов. На основании итогов двухтысячелетних научных дискуссий вокруг евангельского Иисуса Христа к юбилейной дате христианства можно, по нашему мнению, сделать единственно правильный вывод. Будем оперировать уже имеющими у обеих школ достижениями, присовокупляя к ним изложенные нами в этой статье принципиально новое видение проблемы.

В начале нашей эры среди верующих евреев стала распространяться вера в небесного Христа Спасителя. Эти верования чётко зафиксированы в написанной в конце 60-х годов книге "Апокалипсис, или Откровение Иоанна Богослова", которая и сейчас содержится в составе книг Нового Завета. С уверенностью можно сказать, что этой книгой положено начало отделения верующих в небесного Христа от иудаизма, хотя автор Апокалипсиса и её адресаты этого ещё совсем не осознавали. Христос тогда изображался совершенно мифическим не земным существо, у которого глаза — горят огнём, ноги у него — из раскалённой меди, волосы его — белы, как снег, голос его подобен шуму водопадов, в руках он держит семь звёзд, из уст его исходит обоюдоострый меч… (1:13–16). Последователи Апокалипсиса верили, что всё зло на земле происходит от того, что-то там вверху, на небесах не в порядке. Сущность этого беспорядка они усматривали в том, что в небесных чертогах (по-современному: в небесной канцелярии) засел враг рода человеческого (конкретнее: враг евреев, богоизбранного народа) Сатана. Согласно иудейской апокрифической литературы, Сатана — старший Ангел (в других вариантах — старший сын Бога), который по закону первородства и по своему положению получил от Бога право сидеть в небесном храме и управлять всем миром. Заняв самое высокое положение в небесной иерархии, Сатана возгордился и начал править миром не по-божески, а по своей гордыне. В небесных верхах началось разложение; началось то, что у нас называется "Рыба воняет с головы". А раз вверху, на небесах, нет божеского порядка, то о каком порядке может идти речь внизу, на земле. Отсюда, соответственно, на земле установилось господство зла и ненависти по отношению к богоизбранному народу. И никакими земными усилиями, никакими преобразованиями невозможно ликвидировать на земле зло и вместо него утвердить добро. Достаточная практика еврейского народа борьбы за своё освобождение и здравое сопоставление своих сил силами римской империи подтверждала самые пессимистические предположения. Крупный знаток истории происхождения христианства, английский учёный середины XX столетия Робертсон говорил: "Христос победил из-за того, что потерпел поражение Спартак". Устранить зло и утвердить добро по мнению автора Апокалипсиса и его последователей можно только путём "наведения порядка" на небесах.

А поэтому по всему все свои великие дела Спасения апокалипсический Христос будет совершать на небе. Он получит помазание от Бога на свержение Сатаны, зайдёт в небесный храм, свяжет Сатану и выбросит его на землю в глубокий колодец (в бездну), который закроет замками на тысячу лет. После этого Христос очистит небесное святилище от духа Сатаны, сядет на престоле. На земле и на небе установиться тишь да гладь да божья благодать (Апокалипсис, глава 20).

На основе апокалипсических верований вплоть до начала II столетия исключительно среди верующих евреев распространялась вера в скорее пришествие Небесного Спасителя, к которой присоединялась вера в Страшный суд над врагами еврейского народа, Конец мира и Тысячелетнее царство на земле. После захвата римскими войсками под руководством Тита Иерусалима и разрушения храма в нём, евреи расселились по диаспорам Азии, Африки и Европы. Их верования в небесного Христа-Спасителя стали известны местному нееврейскому населению, смешивались с верованиями последних. Библейские и апокрифические верования во Христа иудеев начали наполняться верованиями языческими, а потому — вообще элементами духовной жизни и культуры разных народов Римской империи. Особенно благоприятную почву этому верованию составила философия Филона Александрийского. Филон Александрийский был крупнейшим философом того времени. Он, еврей по рождению, пытался соединить свои библейские верования с философией Платона. Он учил, что между Богом и землёй существует целая цепь посредствующих звеньев. Ближайшим к Богу звеном является Логос (Слово), которое извечно присущее Богу, посредством которого создаётся мир. В иудейской среде филоновский Логос постепенно сливается с образом Христа. Уже в середине II столетия автор Евангелия от Иоанна начнет свой рассказ об Иисусе Христа словами Филона Александрийского: "Вначале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Богом. Оно у Бога было с самого начала. Всё через него стало существовать. Без него ничего из существующего не стало существовать. В нём была жизнь, а жизнь стала светом для людей. И свет во тьме светит, а тьма охватить его не может… Бога никто и никогда не видел, только через единородного сына, который извечно в Боге Отце пребывает, сам Бог нам является" (1:1-18). Философия Филона Александрийского открыла будущему христианству путь к усвоению философского наследия греко-римского мира. С другой стороны, Философия Филона Александрийского своим учением о посредниках между Богом и людьми стала мостом, через который модернизированное библейско-апокрифическое верование о Христе проникало в среду языческих верований греко-римского мира. Под влиянием всего этого небесный, мифических Христос в религиозно-творческом воображении верующих постепенно спускался на землю, обрастал чертами необозримого количества человекообразных богов Спасителей (Аттиса, Ормузда, Митры, Геркулеса или, там, Прометея) пока не воплотился в евангельский образ Иисуса Христа[52].

Независимо от апокалипсических верований в Христа, возможно, несколько раньше появления книги "Апокалипсис Иоанна Богослова", в Галилее, а потом и по всей Палестине развернул свою реформаторскую деятельности раввин Иисус из Назарета. Путём объективного анализа разнообразных источников — а их очень и очень немного — мы можем достоверно установить, что он был незаконнорожденным сыном девицы Марии (возможно — зачатым ею от римского солдата-постояльца[53]); что он был усыновлен плотником Иосифом, который женился на уже беременной Марии; что у него было четыре брата и две сестры, которые не веровали в Иисуса как Христа (Матфея 13:55–56; Марка 6:3; Иоанна 7:3–7). Проповедь раввина Иисуса строилась по образцу иудейских мидрашей, в которых избранная тема раскрывалась на основе подбора и истолкования текстов Священного писания (Танаха, Ветхого Завета) и Священного предания (Талмудических сказаний) иудаизма. Он ничего не писал[54], хотя умел читать (Луки 2:46–49; 4:16). Иисус проповедовал примирение между народами и классами; симпатизировал бедным и среди них пользовался наибольшим авторитетом и уважением; беспощадно обличал богатых и, особенно, священников. На один из праздников Пасхи, уже окружённый всеобщим уважением, всеиудейской славой и толпой почитателей, он шумно вошел в Иерусалим. Озлоблённое иерусалимское духовенство схватило Иисуса, обвинило его в богохульстве, добавило от себя вымышленное обвинение в государственном преступлении и отдало в руки римского правосудия. Префект (не прокуратор) Иудеи Понтий Пилат через десяток минут рассмотрения судебного дела приказал распять Иисуса, который признался, что он Христос и потомок иудейского царя Давида.