Мы ступаем следом.
С этого момента миссия по поимке преступников берет свой отсчёт!
Несколько минут мы блуждаем в подземных коридорах. Поразительно. Но каким-то образом эти двое даже сумели раздобыть карту здешних катакомб! Светящийся огонёк помогает нам с точностью находить нужные развилки и повороты. А затем яркий свет врывается внутрь, сквозь мелкие щели, которые не закрываются огромным, внушающим камнем.
— Выход! — не скрывая радостного облегчения, произносит Сайви.
Мы четверо переглядываемся. После чего упырь отдаёт нам двоим свой импровизированный факел.
Они с Кидманом встают напротив друг друга. Один — начинает подталкивать камень вперёд, пытаясь сдвинуть его с места. А другой, наоборот, начинает подтягивать его на себя, помогая удвоить силу давления. Таким образом, у них получается сдвинуть его с места и оттеснить в сторону. Пространства оказывается достаточно, чтобы мы могли выскользнуть наружу и оказаться прямиком в лесу, среду массивных стволов изумрудных елей.
— Хм. Тайный ход, ведущий прямиком в лес? Раньше здесь явно орудовали бунтовщики, — усмехается Кидман, оглянувшись вокруг. На что Сайви тут же выдаёт:
— Как будто кроме молодёжи, нарушающей правила, им не могли точно также пользоваться и профессора.
Парень загадочно улыбается.
— И, что же они тут делали…
— Вы оба — умерьте свои фантазии, — прежде чем они начнут выдавать друг другу различные предположения, с кривой ухмылкой на губах, произносит Айен и оборачивается, взглянув на меня.
Я тем временем отряхиваясь от пыли, осевшей на моем идеально-чистом плаще, и с ангельским выражением лица невозмутимо произношу:
— Мои фантазии под замком, мистер Вэйсс.
— Ого. Что же это тогда за фантазии такие у местных демонесс? — Оен значительно меняется в лице, которое становится до ужаса раздражающим и провокационным. И я тут же произношу:
— Как отправить назойливых, несносных людей за грань и при этом не оказаться закованной в кандалы!
Он тут же кашляет в кулак, мол: «А, что я? Я вообще в сторонке стою и спросил так — для общего развития», после чего отступает на шаг назад.
Победно улыбаюсь и под осуждающими, местами растерянными взглядами друзей, первой ступаю на маленькую тропу.
Если я правильно изучила территорию, то она должна вывести нас к хижине, что уже много лет стоит заброшенная в чаще леса. А уж там, подальше от любопытных глаз, можно заняться поиском Братства.
Чертовы сектанты!
И чего только не сиделось на светлой стороне?.. Неужели на темной предлагают куда больше бонусов?..
Хм.
— У тебя же есть план, как нам найти их, верно?
— А у тебя? Вы же тоже шли сюда не с пустой головой, верно? — отвечаю вопросом на вопрос, мельком взглянув на упыря.
Теперь мы, как назло, идём рядом, нога в ногу. В то время, как наши друзья плетутся позади. И — либо они считают, что чокнутые фанатики вполне могут нас подождать, как персональных гостей. Либо — они так увлечены собственными притирками, что совершенно позабыли о нашей благой цели.
— Эй! У нас тут как бы героическая миссия. Не время ссориться!
— Сказали те, что делают это постоянно, — выдают они в унисон, глядя на нас. После чего переглядываются и точно также отворачиваются друг от друга.
На этот раз Кидман вырывается вперёд. Ваэйсс незамедлительно нагоняет его. А мы с Лин оказываемся позади.
Заброшенную хижину настигаем раньше, чем я изначально предполагала, рассчитывая план по спасению загробных друзей. Маленькая, деревянная постройка с соломенной крышей, заросшая мхом, окна которой полностью увиты плющом, так, что разглядеть в них что-либо кажется невозможным.
— Думаю, тут нам никто не помешает.
— Разве что дикие зверушки, — не без усмешки на губах, с иронией добавляет Оен.
Похоже у этого парня одно из главных хобби — бесить людей! И знаете — у него это просто отлично получается. Прямо-таки талант! Даже шуточки упыря не всегда такие меткие и раздражающие, как у этого шутника с говорящим статусом: «Стой где стоишь — здоровее будешь!»
Медленно, ощутимо выдыхаю. А затем достаю из своей навесной сумки соль, травяную настойку и небольшую, вытянутую свечу чёрного цвета. Похоже белый в нашей профессии — что-то вроде моветона.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Заклинание поиска… — произносит Сайви и поняв, что к чему, помогает мне. Поэтому пока я зажигаю свечу — смешивает настойку с солью, добавив её в небольшой пузырёк.
Пламя маленьким огоньком вспыхивает на угольно-чёрном фитильке, когда содержимое пузырька начинает пениться, а затем приобретает красно-бурый цвет.
— Готово.
Забираю из рук девушки баночку, откупорив пробку, под любопытными взглядами парней и, поддавшись любопытству, тут же произношу:
— Вы, что никогда не пользовались заклятием поиска?
Они синхронно мотают головами.
Мы с Лин улыбаемся.
— А вот когда им пользовалась ты — вопрос. Если учесть, что ты по-прежнему не совершеннолетняя.
Я фыркаю, выпрямившись в спине, приобретая горделивую осанку, и с видом обиженного спасителя говорю:
— Это лишь вопрос времени.
Десять дней, если быть точной.
Десять дней и все наконец перестанут твердить мне о том, что я еще несовершеннолетний ребёнок.
Да я даже поумнее некоторых буду! Поэтому, когда слышу подобное, то просто прихожу в ярость. Примерно также, как сейчас. Ведь, когда это говорит Вэйсс, который старше меня всего лишь то на три месяца (ладно, может быть три с половиной) — становится до чертиков обидно.
Перестав обращать на этих двоих внимание, я сосредотачиваюсь на заклинание, назло проигнорировав вопрос Айена. Хотя с подобным методом я познакомилась совсем недавно, когда Скиффи пропал, перестав являться, и мне пришлось искать его. Но, как выяснилось позже, этот маленький, бесстыжий дракон просто осел у местного городского озера — красные личинки весьма привлекательны. Мерзость знатная, честно говоря. Но опять-таки — на манер драконьих у Скиффи весьма утончённый вкус.
И, что за монстра спрашивается я приручила?..
Правда — кто кого ещё…
Я выливаю содержимое пузырька на огонек, что извивается ярким пламенем, под недоумевающими взглядами двух несведущих. Но вместо того, чтобы растечься лужицей по свече и скатиться вниз, оно теряется среди огненных всполохов, чтобы резко вспыхнуть, а в следующее мгновение безвозвратно погаснуть.
— Что…
Растеряно моргаю, угрюмо поджав губы, глядя на тлеющий фитилёк, что так быстро плавится, прервавшись в россыпь черной пыли.
— А так и должно быть? — с некоторым скепсисом и одновременной иронией уточняет Кидман.
— Что-то не так, — на этот раз произносит Сайви, и Вэйсс неожиданно выдаёт:
— Этому есть всего два объяснения. Либо они поставили заглушку. Либо находятся в таком месте, где поставлен защитный купол.
Мы одновременно поднимаем головы, вопросительно уставившись на парня. Но вместо разумного, поясняющего ответа слышим лишь его противоречивое:
— Что? Это всего лишь предположение. Я без понятия — так ли это на самом деле. Но…
— Вот и помалкивай, умник, — перебив его, рассержено произношу я и в порыве злости отбрасываю свечу в сторону, которая тут же теряется в зарослях кустов.
Бесполезная вещица!
Весь план пушистому под хвост! Ведь я на сто процентов была уверена, что это сработает!
— Но, — настойчиво повторяет упырь, совершенно проигнорировав мой совет, в очередной раз показывая своё неслыханное упрямство, — у меня изначально был маленький план по тому, как их можно отыскать.
Кидман уверенно кивает, подтверждая слова друга, пока я не набросилась на него с кулаками. Тогда мы с Лин поднимается на ноги, а затем девушка решительно произносит:
— Что от нас потребуется?
Вэйсс скалится в своей мрачной, пугающей улыбке, которая значится в его арсенале под названием «Ничего хорошего».
— От нас — ничего. Ведь всю работу сделают мертвецы.
— Вот такой подход ещё как по мне, — расплывшись в довольной улыбке и беззаботно пожав плечами, соглашается Оен.
