И я когда-то был таким горячим. Даже на мечах бился с одним негодяем, который пытался увести у меня первую жену. Конечно, мечник из меня был такой же, как из Нормана лучник. Противник отметелил меня знатно: неделю отлеживался и лечился зельями. Зато жена смотрела на меня с гордостью, что я не испугался. Вернуть бы те славные деньки… Но время мчится вперед, и я все больше живу воспоминаниями, — провел он морщинистой рукой по затылку. — Однако, мою жизнь теперь скучной не назовешь. Я чувствую себя нужным людям и вношу большой вклад в общее дело. Так что, унывать не стоит, главное, что ничего в прошлом не упустил. Молодежи, уж точно, есть чему у меня поучиться».
Погруженный в свои мысли, дед не забывал поглядывать на слуг, выносящих ящики. Он проверял, чтобы они ничего не перепутали. В это время дятел кружил в небе над ними, дожидаясь момента, когда все будет готово. Его внимательный взгляд следил за слугами. Ему не терпелось поскорее проводить их к нужному месту. Чем более умными и развитыми становились яйцеголовые, тем больше им хотелось принимать участие в различных задачах. Джон всячески старался, чтобы скучать им не приходилось, отправлял их в патрули и поручал доставлять важную информацию.
Раньше дятлы исполняли все задания кое-как и неумело, но чем сильнее становился сам Джон, тем более ловкими и быстрыми становились и они. Получая новый опыт и знания, пернатые понимали, как лучше выстраивать маршруты и проводить разведку без указок Джона.
Никто из окружения Кракена не стоял на месте в своем развитии, ведь он понимал, как это важно, и как пригодится в будущем.
* * *
Выйдя к инкастерианцам, я громко крикнул:
— Ну что, псы позорные, повеселимся?
Их взгляды тут же обратились ко мне. Схватив копья, они стали лихорадочно швырять их в мою сторону. Но, в кувырке, я ловко ушел от их бросков и, приземлившись на ноги, щупальцами успел поймать несколько копий. Враги, недоумевая при виде моих отростков, взялись за мечи и принялись окружать меня. Улыбаясь, я метнул копья обратно, и они вонзились в их глотки.
— Налетайте! — развожу руки в стороны, пытаясь разозлить противников еще больше. — Если не страшно.
— Завалить тварь! — рявкнул их командир.
Воины тут же бросились на меня с клинками. Мгновенно присев, щупальцами перерубаю ноги ближайшим инкастерианцам. Выпрямившись, хватаю одного из врагов и сворачиваю ему шею. Упиваясь азартом сражения, мчусь вперед на противника. На бегу отрываю головы нескольким из них и пронзаю грудь одного насквозь.
— Агхр… — вырвался предсмертный хрип из его рта.
Покончив с ним, продолжаю свой путь, прикрываясь щупальцами от атак. Очень быстро преодолев вражеский лагерь, скрываюсь в лесу.
— Догнать это чудовище! — взмахнул рукой их капитан.
Большой отряд воинов, стуча доспехами, немедленно поспешил за мной. Но я успеваю взобраться на высокое густое дерево, и принимаюсь наблюдать с него за ними, выжидая момент, когда они пробегут немного дальше в глубь леса. Инкастерианцы осторожно продвигаются все дальше в лес, пугливо озираясь по сторонам. Один, два, три… И вот, высокая трава возле них, начинает шевелиться. Это еноты пошли в атаку: с кинжалами в лапках они ловко принялись колоть противников в ноги. Враги, один за другим, падали на землю, мгновенно умирая от быстродействующего яда. А оставшиеся в живых столпились в кучу, и заняли оборонительную позицию по кругу. Еноты продолжали быстро подбегать к ним, нанося свои атаки, и вновь отступали. Не понимая, что вокруг происходит, противники даже не успевали ответить им. В ужасе, один из них даже предложил вернуться обратно к лагерю.
Ну, поглядим, как это у них выйдет, ха! Мысленно приказываю енотам отойти подальше, и беру в каждое щупальце по взрывному зелью. Теперь инкастерианцы были у меня, как на ладони, осталось швырнуть склянки в их отряд.
— Брах! Брум! — склянки разбиваются об их доспехи, и куски человеческой плоти разлетаются по земле.
Уцелевших от взрывов отбросило в разные стороны, но они теперь пребывают в бессознательном состоянии. Еноты же, с радостными визгами, снова мчатся к ним и добивают их из арбалетов. Один лишь Рико орудует и дальше кинжалом: он, оттолкнувшись лапами от лежащего на земле тела, подпрыгнул вверх и всадил лезвие прямо в лоб белобрысому инкастерианцу. Тот не успел даже подняться в полный рост, как сразу рухнул на землю, окропив ее кровью. Покончив с ним, Рико показывает остальным врагам неприличные жесты и мчится дальше.
Пушистики, всего за каких-то двадцать минут, оставляют в живых от отряда противников только жалкую горстку. Приказываю им разобраться с последними врагами, и отрываю щупальцами макушку дерева над собой. Она со скрипом обрушивается вниз.
Мои гвардейцы, заметив поданный мною сигнал, тут же выезжают с другого конца лагеря. Быстро передвигаясь среди повозок инкастерианцев, они выпускают прямо на скаку арбалетные болты. Врагам приходится перегруппировываться, чтобы прикрыться от их атак. Однако, гвардейцев это ни на секунду не останавливает. Кружась вокруг них, как хищные коршуны, мои люди продолжают стрелять. Особенно среди них выделяется Харис, своим упорством и смелостью. Прикрываясь щитом и активировав защиту, он проносится дальше и заходит к противникам с тыла. Едва притормозив коня, Харис бросает в их ряды несколько склянок. Инкастерианцы, не ожидавшие такой внезапной атаки, разлетаются на куски. Их командир кричит хриплым голосом:
— Собраться всем вместе в квадрат, и поднять большие щиты!
Этот приказ командира как раз мне на руку. Их много, но головы их открыты. Пока они будут давать отпор гвардейцам, прячась за щитами, я смогу неплохо развлечься.
Перепрыгнув на другое дерево, вновь срываю щупальцами верхушку ствола. Алисия, поняв мой сигнал, выпускает в атаку летающих лесных ящеров-мутантов, которых ночью настреляли расторопные еноты. Я дожидаюсь, пока один из них приблизится ко мне, размахивая своими зелёными перепончатыми крыльями и с отверстием от болта в башке.
Вскочив ему на спину, направляюсь к основному войску инкастерианцев. Там уже вовсю ведут атаку остальные ящеры: когтями вспарывают им глотки и вгрызаются в лица зубами.
Подлетев поближе, тоже начинаю атаковать и хватаю врагов щупальцами. Раскручиваю их и швыряю подальше.
— Бом! Бом! — ударяются они доспехами о стволы, а затем падают на траву со сломанными костями и пробитыми головами.
Уничтожив несколько десятков противников, спрыгиваю вниз и принимаюсь вырезать щупальцами всех подряд. В рядах инкастерианцев начинается настоящий хаос, и им приходится раскрыть свои щиты на передних позициях. Мои гвардейцы используют этот момент, продолжая
