— Ох, ребята (хлюп-хлюп), так не хочется расставаться с вами (в-у-у-у-у!). Брог, твое плечо уже мокрое (хлюп-хлюп).
Брог сунул ей свой платок:
— Ничего, ничего, продолжай! Я привык, меня мамочка приучила к плачу. Потом слезы из трюма откачаем, чтоб не потонуть.
Лорд Броктри стоял в главных воротах горы, размахивая мечом, салютуя отходу судов Брога и его друзей.
— Счастливого пути и попутного ветра, друзья! Жду в гости, Брог!
— Обязательно будем! Держите припасы наготове! Никогда не скажешь наперед, когда команда Брога заявится, чтобы объесть все погреба. Счастливо оставаться, Груб!
Слезы брызнули из глаз Груба. Он вопросительно взглянул на Броктри. Барсук кивнул и похлопал выдру по лапе:
— Ладно, двигай с ними. Может быть, весной увидимся.
Поцеловав Дотти, Груб рванулся в воду:
— Эгей, Брог! Я с вами! Я всегда хотел научиться быть морской выдрой.
Когда его втянули на борт, из главных ворот вышел Бахвал Большие Кости со своими горными зайцами.
— Ну-у, вот я, вот корабли, вот моя команда. Я не буду реветь, Брок, но если ты нас позовешь, мы всегда готовы прийти на помощь. Да она тебе и не понадобится, такому бравому воину и с такими зайцами, которых со дня на день становится все больше. Всего тебе наилучшего!
Дотти задержала лапу Бахвала в своей:
— Мне тебя будет недоставать, Бахвал. Остался бы ты на несколько сезонов, помог бы мне командовать новым Дозорным Отрядом. У нас было бы столько приключений!
Бахвал потрепал ее уши:
— Э-э, нет, милая, горы зовут! Если хочешь, мы будем горным филиалом твоего Дозорного Отряда, а я назовусь генералом Бахвалом. Счастливо оставаться, Доротея, э-э, роковая красавица!
Закусив платок, чтобы не разрыдаться перед Бахвалом, Дотти побежала к главному входу, где столкнулась с Руро, у которой на шее висела серебряная медаль.
— Посмотри, какой чести удостоил меня милорд. Я теперь вождь белок. А это — медаль Юкки.
Зайчиха внимательно рассмотрела медаль, на которой очень похоже была изображена Юкка, конечно же сжимавшая в лапе пращу.
— Прекрасно, Руро. Ну, с тобой можно не прощаться, ваш сосновый лесок в двух днях спокойного ходу от нас.
Надеюсь, будем часто видеться, во.
— Обещаю, Дотти! — И Руро дала своему племени сигнал к отправлению.
Дотти повернулась к Лог-а-Лог Гренн:
— И вы, мэм, покидаете нас? Вы и ваш Гуосим? Землеройка, сама чуть не плача, кивнула:
— Но если будет в нас нужда — только позовите! Мирклворт гналась за Кеглюном, который вырвался из ворот, как булыжник из катапульты, и сбил Дотти с ног, не теряя улыбки, как будто наклеенной на крохотную физиономию.
— Мы останемся в голе с тобой и Блоктли.
Мирклворт шлепнула безобразника кухонным полотенцем. Кеглюн вскочил на рукоять меча барсука:
— Отлублю тебе хвост, мамуля!
Гурт слегка щелкнул Кеглюна по носу своим рабочим когтем:
— Хурр! Надо слушаться родителей, маленький.
Я здесь останусь, чтобы за тобой следить, хулиган. А вы,
Дотти, следуйте за мной. Блинч сказала, надо научить вас готовить.
Дотти прильнула к барсуку, ища защиты.
— Во имя Всех Сезонов, я кто, командирша или какая-то кухарка?
Броктри посмотрел на Дотти, пряча улыбку.
— Генерал Границы тебя устроит? В жизни много времени для всего, можно многому научиться. Все собрались?
Я вижу, они уже выбрали якоря. Брог следует на юг, Бахвал — на север.
Выйдя на пляж, лорд Броктри обернулся к зайцам:
— Машем лапами, друзья! Попрощаемся с отбывающими товарищами по-саламандастронски. Готовы? Раз… два…
И на уходящих кораблях Брогало и Бахвал присоединились к громовому кличу, донесшемуся с берега. Корабли направились в пламенеющий закат, и прощальный клич еще долго отдавался в сердцах:
— Еула-ли-а!
Эпилог
Лорд Русано отложил последний свиток пергамента. Его ведерко опустело, все свитки лежали на столе. Он оглядел набитый битком обеденный зал.
— Итак, вы узнали, друзья мои, как великий лорд Броктри впервые пришел в эту гору, о его странной дружбе с молодой зайчихой Дотти, которая, как показывают мои исследования, стала офицером Дозорного Отряда.
Благодарю за внимание, с которым вы выслушали мой рассказ.
Публика с шумом встала и с чувством зааплодировала. Только одно существо не хлопало, сын Русано Снежнополоска. Он был на три сезона моложе своей сестры, к концу чтения утомился, задремал и заснул на руках у матери, укрытый ее платком. Овация разбудила его. Снежнополоска зевнул, протер глаза. Русано поднял сына вместе с шалью:
— Ну, друг, идем в постельку.
Сонно взглянув на отца, малыш спросил:
— А история закончилась, папа?
Лорд торжественно покачал головой:
— Нет, сынок, только ее часть, только маленькая часть. Когда-нибудь ты и твоя сестра будете управлять этой горой и поймете, что история продолжается. У вас будут свои приключения, новые друзья. Вы будете нести ответственность за защиту наших берегов, да предохранит вас судьба от войн и вторжений! История Саламандастрона будет продолжаться, пока есть храбрые барсуки, мудро управляющие горой. Мы с матерью часто повторяли вам с сестрой законы лордов барсуков. Ты помнишь их?
Во время подъема по лестнице веки у малыша снова начали слипаться, но он повторял по памяти то, что хорошо запомнил:
— Защищай слабых, малых и старых, не покидай своих друзей. Справедливо относись ко всем, будь бесстрашен в бою и стой за правое дело.
Снежнополоска зевнул, глаза его закрылись.
— Что-нибудь еще? — шепнул ему на ухо лорд Русано.
Уже в полусне малыш кивнул и добавил:
— Ммм, правитель Саламандастрона всегда с открытым сердцем приветствует пришедших сюда с миром. Наши ворота для них открыты…
Голос Снежнополоски угас, он уже крепко спал, и Русано закончил за него:
— Ибо это слово барсука и закон Саламандастрона, переданные нам лордом Броктри.
