Читаем без скачивания Хамсин - Вячеслав Иванович Катамидзе

роскошной синекурой. Разведслужбы и так взаимодействовали, причем каждодневно; для этого их представители собирались каждый день на полчаса, обсуждая политические новости и крутые повороты на путях-дорогах шпионажа. Главный советник был выше этого: время от времени он получал шифрованные инструкции из штаб-квартир ЦРУ и АНБ, в которых, как правило, рекомендовалось кое-что сообщить послу лично: тогда главный советник, надев лучший костюм, являлся к послу и слово в слово передавал полученное им сообщение. Бывало такое раз-два в неделю. В его обязанности также входило время от времени встречаться с коллегами из спецотдела Скотленд-Ярда и английской контрразведки МИ-5. Но это бывало раз в месяц, а то и реже.

На то, чтобы войти в курс дела, ему дали пять рабочих дней после прибытия в страну. Он получил паспорт и удостоверение на новое имя: Бенджамен Фурман. Ему выплатили приличные подъемные и сообщили, что человек, прежде занимавший эту должность, снимал большую квартиру в районе Мейфэр, которая стоила казначейству пять тысяч долларов в неделю; теперь она переходила новоиспеченному мистеру Фурману по наследству. Его рабочий кабинет находился там же; для сотрудника его ранга в гигантском здании американского посольства места не было. Там и так размещались без малого тысяча сотрудников.

Мистер Фурман прилетел в Лондон в субботу 29 января. Летел он первым классом, пил дорогое шампанское, ел вкусную еду. Настроение у него было отличное. Встречал его элегантный молодой человек из посольского отдела ФБР. Он посадил Фурмана в сверкающий лаком «ягуар» и отвез в его новую квартиру. Они выпили по рюмочке дорогого коньяка, после чего Фурман остался один. Он закурил найденную в баре сигару и растянулся на диване. То, о чем он мечтал, наконец сбылось.

Секрет такого резкого продвижения по службе был, однако, довольно прост. Его кузен, одно время бывший личным охранником президента Картера, занял два года назад пост заместителя начальника управления кадров АНБ. Он сразу пообещал Уолту, что обеспечит ему безбедное существование. Уолт платил ему тем, что время от времени приобретал старинные китайские вазочки в антикварных магазинах по всему миру. Кузен владел китайским языком и интересовался историей Древнего Китая.

Фурман решил использовать подаренные ему пять рабочих дней для собственной пользы. Первые два дня он решил потратить на свои финансовые дела. Английские банки, как ему подсказали, весьма благожелательны к сотрудникам спецслужб и, учитывая наличие у них десятков имен, фамилий и паспортов разных стран, «консолидируют» их счета, то есть переводят деньги с разных счетов на тот, который сотрудник спецслужбы предпочитает в данный момент. Фурман решил, что этим банком будет «Меридиан». Его владельцем была семья Бекфордов; ее глава Джозеф Бекфорд был в прошлом резидентом МИ-6 в Вене. Остальные три дня он решил посвятить осуществлению своей мечты: выяснить, где и как можно купить марину, причал для яхт и моторных лодок. Он мечтал уйти на покой владельцем яхт-клуба для избранных.

Повалявшись на диване, он отправился в кабинет, находившийся на втором этаже, за бронированной дверью с цифровым набором. Тут стоял мощный приемопередатчик с аппаратом шифрования и дешифрования посланий. Позади него на подвесной лампе была маленькая красная кнопка. Уходя из дома, ее надо было нажать. Теперь любое включение привело бы к немедленному выводу всей аппаратуры из строя. То была страховка на случай, если в кабинет проникнет посторонний.

Особенность аппаратуры в кабинете заключалась в том, что на специальной бобине записывались все экстренные голосовые сообщения ведущих сотрудников всех подразделений спецслужб США в Лондоне. Главному советнику вменялось в обязанности каждый вечер их прослушивать и, если на то была необходимость, немедленно реагировать на сообщение, которое его заинтересовало. У Фурмана впереди была неделя, в течение которой он мог не включать записи последних дней. Но ему захотелось послушать, о чем же сообщают друг другу «шефы» подразделений. Он устроился в кресле поудобнее и нажал кнопку воспроизведения.

«СТ 25. Наш сотрудник попал в автомобильную катастрофу в районе аэропорта „Гэтвик“. Доставлен в тяжелом состоянии в больницу в Рейгейте. Туда отправлены два сотрудника и врач посольства. Обстоятельства выясняются».

«СТ 07. Наш сотрудник отозван в штаб-квартиру для объяснений по поводу контактов с сотрудницей румынского посольства».

«СТ 19. Наши сотрудники провели совместную операцию с британской полицией и французской „Аксьон Сервис“ по задержанию преступника по имени Ратус Арган. Детали во внутреннем меморандуме ИСЕ-224578».

«СТ 01. Вскрыта ячейка ОПС 99. Дана инструкция всем подразделениям проверить: кто, когда и с какой целью совершил вскрытие».

«СТ 11. Угнана машина от дома нашего сотрудника в районе Бермондси в 03.15. Полиция извещена. Машина найдена в районе Годалминг…»

Фурман остановил запись. СТ 01 — это контрразведка. Она проверяет ячейки, в которых в крайних случаях закладывается информация от агентов и информаторов. Но ячейки на вокзалах, обозначенные цифрами 97, 98 и 99, — это суперсекретные ячейки, в которых хранятся документы и деньги для агентов, находящихся в чрезвычайной ситуации. Такие вскрытия происходят раз в году, а то и реже. Здесь что-то не то.

И тут его мозг, словно тяжелой стрелой, пронзила страшная мысль. А вдруг это Хамсин, который все же остался жив? Или, что еще хуже, он был агентом-двойником и раскрыл секрет ячейки советской или польской разведке? Узнав, что он мертв, они тут же воспользовались возможностью получить «чистый» британский паспорт и деньги, а теперь потешаются над нами!

К тому же, поскольку я с ним работал в разработанной мною операции, тень падет и на меня, сказал он себе. В результате всего этого моя карьера, моя должность в Лондоне, мои деньги — все это будет под угрозой. Беда!

Он сел у стойки бара, налил себе полстакана виски и задумался.

Спустя десять минут решение созрело. Это было комплексное решение. Он решил привести в действие все доступные рычаги и пружины. Он достал из портфеля врученный ему еще в аэропорту телефонный справочник и набрал номер, помеченный в справочнике как СТ-04. Это был телефон представительства ЦРУ.

Несмотря на то, что была суббота, телефон ответил сразу.

— Это Фурман, — сказал он. — Мне срочно нужно пообщаться с дежурным. Я жду его у себя через полчаса.

51

Через полчаса прогудел домофон.

— Входите, — сказал Фурман в микрофон и нажал кнопку открывания двери в подъезде. Он распахнул дверь холла и прислонился к косяку двери. Через несколько минут в холл вошли двое: молодые люди с короткими стрижками и в темных костюмах одинакового покроя. Они остановились и вопросительно посмотрели на Фурмана.

— Проходите, джентльмены, — пригласил их в гостиную хозяин. Оба кивнули и, войдя в