class="p1">— В программе нашей школы не было уроков музыки, но мне интересно посмотреть и, возможно, научиться, — сжав пальцами гриф, попробовал струны. Инструмент лежал в руках достаточно непривычно, так что, несмотря на идентичность земным и память о прошлых навыках, я не врал.
— Правда?! — ярко-зелёные глаза девушки полыхнули энтузиазмом. — Давай я побуду твоей наставницей! Несложные мелодии можно играть почти сразу! — Эрис явно хотела приступить к урокам прямо здесь и сейчас, но я её притормозил, всё же ресторан не лучшее место для учёбы.
— Да-да, Куроме-чи, научишься бренчать и станешь настоящим бардом нашего Отряда, — рассмеялся Кей. — Будешь петь свою колыбельную под музыку.
— Так ты тоже сочиняешь? — ещё сильней загорелась блондинка. — Я просто обязана это услышать! Завтра же начнём учиться! Эм, если ты не против, конечно.
— Почему нет? Я же сама тебя попросила. Но у меня довольно злой или мрачный репертуар, вряд ли тебе понравится.
— Давай, Куроме-чи! Жги! Мы в тебя верим! — Натал и Бэйб поддержали шутника кивками.
— Только не тот ужас, как в прошлый раз, — добавила Акира.
* * *
В ожидании официантки я обратил внимание на нехарактерно унылое поведение Натала. Обычно излучавший благожелательное спокойствие, сейчас парень, побалтывая свой бокал, задумчиво наблюдал за стекающей по стенкам бордовой жидкостью. Со стороны меланхолия блондина не слишком заметна, но не для меня — в конце концов, мы дружили большую часть осознанной жизни.
Чем вызван приступ хандры, я не знал. Но имел некоторые догадки, как и желание вытянуть друга из этого омута. Увы, ни имперская убийца, ни землянин никогда не были хороши в моральной поддержке, поэтому особо изощрённый метод изобрести не удалось.
— Слушай, Натал, а тебе не кажется, что это некрасиво?
— О чем ты? — немного потускневшие голубые глаза снова посмотрели с проблеском интереса.
— Вступить в безнадежный бой с чудовищем и не позвать меня!
— Вступить в бой с чудовищем? — грусть окончательно уступила место удивлению. — Я тебя не понимаю.
— Я имею в виду вино. Тысячи тысяч смельчаков бросали вызов этому безжалостному монстру, но все они в конечном итоге или сдались, или пали к его ногам! — с нотками пафоса произнёс я.
— Ха-ха! Так ты тоже хочешь выпить? — немного повеселевшим голосом спросил парень.
— Ага! — кивнул я. — Но согласись, бескомпромиссная борьба с непобедимым врагом — это звучит намного величественнее, чем простое истребление запасов спиртного? — я заказал у подошедшей розоволосой официантки ужин, а пока он будет готовиться, попросил принести бутылку вина и бокал.
— Кей Ли на тебя плохо влияет, Куроме.
— Да ладно тебе. В чём-то мой будущий придворный шут прав: с улыбкой жить веселей. Хотя… — протянул я, увидев как косится в нашу сторону означенная персона. — Ты прав. Во всем виноват Кей Ли!
Пока мы с Наталом и осмелевшей Эрис пикировались с шутником, нам доставили вино и немудрёную закуску.
* * *
— Ты хочешь съесть такую гору мяса?! — большие глаза посмотревшей на мой ужин блондинки округлились, сделав её неотличимой от персонажа манги (имперские художники тоже любили глазастых персонажей).
— Нормальная порция, — рядом прозвучал смешок друга.
— Нормальная?! Да я за два дня столько не съем! — от избытка эмоций, девушка начала активно жестикулировать. — А если съем, то превращусь в колобок на ножках! — блондинка жестом рыбака, похваляющегося уловом, продемонстрировала свои предполагаемые габариты.
— В этот раз Куроме ещё поскромничала, — улыбнулся Натал. — Наверное, хочет отыграться на десерте.
— На десерте? — во взгляде Эрис, смешались неверие, восхищение и жгучая зависть. — Ты будешь заказывать ещё и десерт?
— Ну да.
— И ты не боишься растолстеть?!
— Не боюсь. Во-первых, я много двигаюсь. А во-вторых, духовная и жизненная энергия поддерживают тела воинов духа в состоянии, близком к идеальному, так что… хм? — ощущение рук Эрис на своей талии заставило удивлённо замолчать. — Я, конечно, не против, но не лучше ли делать это в номере? — практически промурлыкав эту фразу, нежно провёл пальцами вверх по руке девушки к её шее.
Почему-то меня временами тянуло ввести Эрис в смущение. Да и покрасоваться порой хотелось. Если бы влечение к ней как к девушке ощущалось сильней, решил бы, что влюбился. Но так как в платоническую любовь и прочие извращения я не верил, то объяснял свои чувства простой симпатией. Зеленоглазая артистка обладала своеобразной наивно-светлой харизмой и смогла вызвать некоторую благосклонность даже у взревновавшей своего мазохиста Акиры, так что это не удивляло.
— Что? Н-нет, я не это имела в виду! — резко отдернув руки, воскликнула покрывшаяся румянцем девушка, показав, что моя шпилька попала в цель. — Просто трудно поверить во всё это, и…
— И ты решила меня пощупать, чтобы убедиться, не прячу ли я толстый живот? — весело осведомился я. — Хм, а мне нравится эта идея! Теперь при каждой встрече буду на ощупь проверять, настоящая это Эрис или подлый враг под мороком.
— К-куроме, что ты делаешь?
— Как что? Произвожу первичный осмотр вверенного объекта для последующего сличения, — казенным тоном пояснил «объекту». — Как ещё я буду тебя отличать от замаскировавшихся шпионов?
Друг в это время изображал приступ кашля. Хорошо, что Кей ворковал (то есть переругивался) с Акирой, иначе без ценных советов и комментариев не обошлось бы.
— Всё-всё, прекрати, Хант идёт! Сейчас всё увидит же!
Прекратив дурачиться, мы приступили к еде.
* * *
Глава артистов, пройдя к сцене, выдал короткую приветственную речь. Как оказалось, каждый год его труппа, направляясь на некий Осенний Фестиваль, останавливалась в этой гостинице и устраивала выступление.
Место импозантного старика занял уже знакомый мне обладатель красного носа и прохиндейской физиономии. Правда, сейчас — в новой белой рубашке, чёрной жилетке и брюках — он выглядел значительно презентабельней. Даже красный нос оказался припудрен и не выделялся на гладко выбритом лице. Тёмные волосы аккуратно причёсаны, карие глаза лучатся весельем и лёгким ехидством.
«Хм… Кого-то он мне напоминает», — подумалось, когда артист начал юмористический монолог. Выходило, кстати, неплохо. Точно не хуже доброй части юмористов, которых в прошлой жизни показывали по телевизору. — Уж не настоящий ли папаша Кея перед нами кривляется?» — со смешком оторвавшись от трапезы, я поделился своей мыслью с Наталом. Тот, как раз делал глоток вина и с трудом сдержался от того, чтобы выплюнуть его наружу. Эрис, ковырявшая не заправленный салат из одной зелени, расслышав мои слова, тихонько захихикала.
— Хи-хи! Робби — папа! Хи-хи-хи, — прикрыв лицо ладонью, девушка мелко подрагивала от смеха.
Когда возмущённый Кей повернулся ко мне лицом, я, подавив смех, показательно перевел взгляд с шута-любителя на шута-профессионала и, покачав головой, насмешливо произнёс:
— Один в один, — снова засмеялся, глядя на насупившегося
