Выяснив, что запрошенные материалы прибудут не ранее завтрашнего дня, Матвей и Николай решили познакомится с жизнью завода поближе, а не только с точки зрения главного инженера завода.
Слово за слово, разговорились с рабочими. И один из них, с гордостью объявил Матвею, вспомнившего профессию своего отца, «что у нас на заводе есть отличный фельдшерский пункт»!
Здание медпункта располагалось на краю заводской площади, подальше от шумных и грязных цехов.
Свежепобелённые стены из ещё непросохшего самана выдавали в здании медпункта новостройку.
Матвей, подойдя к двери, толкнул её и зашёл внутрь. Сразу бросились в глаза свежеоструганные доски, которыми были «зашиты» стены.
Пройдя по короткому коридору мимо процедурного кабинета, палаты и операционной, Матвей толкнул дверь, на которой было написано: «врач заводского медпункта Брюхоненко С. С.»
Скользнув взглядом по табличке, Матвей почувствовал лёгкое беспокойство.
— Молодой человек, на что жалуетесь? — на Бронштейна глядел парень, лет тридцати, с «ёжиком» недавно отросших на наголо обритой голове волос.
— Здравствуйте, доктор. Меня зовут Матвей Бронштейн. Я просто посмотреть на новый медпункт зашёл.
— Матвей Бронштейн? — на лице доктора мелькнуло странное выражение, как будто он узнал Матвея, хотя Бронштейн был уверен, что никогда ранее этого человека не видел.
— Горбостройка! — непонятно воскликнул тот.
Тотчас же контроль над общим телом перехватило сознание Матвея Макарова.
— Ельцин, Путин и Медведев! — в тон врачу воскликнул тот.
— Макаров! — вырвалось у доктора. Ты чтоль? Значит, студент начала века!?
— Алексей, ТЫ? Какого х…. ты тут делаешь?
— Я. Теперь Степан Степанович Брюхоненко.
Макаров услышал за спиной движение открываемой входной двери.
— Я не один, со мной Николай Островский!
— Этот тот, который «Закалял Сталь», чоль?!!
— Тот, тише! Макаров вошёл в кабинет. Спустя пару секунд туда же вошёл Николай.
— Здорово! — поздоровался он с доктором. Отличный, как я посмотрю, фельдшерский пункт!
— И тебе не болеть! — шутливым тоном произнёс доктор. Как сталь закаляется?
— Дык на нашем велозаводе в Киеве мы сталь научились сразу готовой в электролитических ваннах выращивать! — не понял шутки Островский.
На лице Алексея-Брюхоненко появилось выражение сильного удивления.
— Однако! — спустя мгновение произнёс он. Хотя…
Склонившись над своим письменным столом он выдвинул яшик, и достал оттуда журналы «ТМ». Все, что успела выпустить команда Островского и Бронштейна.
— Ваши? — скорее утвердительно, чем вопросительно произнёс он.
— Наши.
— Журнал получился отменным! — похвалил Алексей. Я их с нынешней «Популярной Механикой» сравнивал, так ваш кроет амеровский как бык овцу! Статья же «Курите бамбук, конкуренты!» про хитрого Эдисона которая, так вообще чудо!
— Рад, что тебе понравились, — отреагировал Островский. Стараемся! Несём свет технического знания в рабочие массы! Боремся с «велосипедизмами» и «низкопоклонством» перед западными авторитетами от инженерии! В том числе и своим примером!
— А сами, я слышал, на велосипедах приехали! — улыбнувшись, возразил Алексей. А говорите, что боретесь с ними!
— Не, с велосипедным транспортом мы дружим…
Поговорив на разные темы со словоохотливым доктором, Николай и Матвей пошли на обед.
Вдогонку Алексей выкрикнул:
— Матвей, заходи ко мне, я на Октябрьской живу, дом три. Поговорим!
Утвердительно ответив, Макаров бегом направился в столовую.
Поторопиться имело смысл — сразу после окончания рабочей смены в столовой завода наблюдался «толпазм», характерная черта советского общепита на последующие семьдесят лет.
Хотя для столовой технокоммунны «Кибер» Макаров, крайне раздражённый такой перспективой, придумал-таки лекарство. В результате любой посетивший столовую получал еду менее чем за пару минут.
Алексей встретил Макарова, у забора дома, где снимал комнату.
— Здорово, Макаров! Извини, но поговорим на улице. В доме сейчас хозяева, и не стоит им слышать наш бред.
— Здорово! Вот кого я меньше всего ожидал здесь обнаружить, так это тебя, Алексей! Что за черти тебя принесли? И что со мной ТАМ?
— Кома. Из которой ты уже неделю как не выходишь. И мне подкузьмил…
— Так сам же предложил «прогуляться в прошлое»! Я не напрашивался.
— К тебе претензий нет, это у меня проблемы возникли.
— Что за проблемы?
— Если бы ты, Макаров, хоть немного интересовался что в мире происходит, а не только своим ремеслом, то мог бы обратить внимание на такой вот факт:
— Что за факт?
— Всемирный частный ГУЛАГ.
— ?!
— Придумали зёбрики от бизнеса, как снова сделать привлекательным для производственников рабочую силу в «развитых» странах. Застрельщиками как всегда выступили США. Взяли они архивы советского и немецкого МВД, стряхнули пыль, обмозговали написанное и применили к своим условиям. Аккурат с начала мирового кризиса это началось. Идея проста как колено — за любую провинность — сажать! А в тюряге — «прессовать», побуждая ботать как в незабвенном заведении Иосифа Виссарионыча! Ну а к нашим годам, дело это уже было поставлено на широкую ногу! Триллион долларов ежегодно дохода! Естественно, всякие ушлые «бизнесмены» прочухали, что можно не только простых работяг так «доить», но и строптивых интеллектуалов тож.
— Слышал я об этом.
— Так вот, сделали мне предложение купить мои разработки в нейрологии. Понятно, что за бесценок! Я естественно, отказался. И к сожалению, поздновато понял, чем они меня в случае отказа уесть могут!
— И что? КАК?
— Твоя тушка. Что без чувств лежала. Дала им зацепку. Мне пришло извещение, что меня «поговорить», приглашают в местное отделение защиты прав пациентов. Я справки навёл, оказывается, мне там предъявят обвинение, и как подследственного, поместят в «шарагу». Ну а там — будут прессовать, «выдавливать», что я разработать успел.
— Сурово. И ты решил сюда?
— Отож! Напрашивающийся ход. По крайней мере выяснить, что тебя там в коме держит!
— И как давно ты тут?
— Уже третий месяц пошёл! Судя по всему, комп «ускоряет» ход здешнего времени относительно нашего.
— А Сергея Брюхоненко куда дел?
— Повздорили мы с ним. Он в ужас от того, что я объявился, пришёл, попытался меня выпнуть. И рассудок у него отключился. Всёж комп сервака томографа мощнее чем одна человеческая голова. Вот только перед «отключкой» нагадил он мне знатно!
— Это как?
— Очнулся я, после битвы сознаний знаешь где?
— Подозреваю. В психушке?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
