– Да, я замечала это. Но тут он ничего бы не добился. Я хорошо знала свою мать…
– И тем не менее он мог рассчитывать на что-то. Важно установить сейчас мотивы его поступков.
– Я понимаю…
– Так вот, мне кажется, у Джорджа Томпсона были основания вернуться к вам через некоторое время.
Норма покачала головой.
– Ну, пусть я ошибаюсь. Пусть миссис Томпсон значила для этого негодяя не так уж много, а твоя судьба и вовсе была безразличной для него. Однако и в этом случае он не мог не вернуться сюда. Трудно допустить, чтобы этот прожженный деляга согласился расстаться с таким сокровищем, как этот остров. Ведь он мог принести ему миллионы. Недаром Курт готов душу продать за владение островом. Но для того, чтобы воспользоваться этим богатством, надо было знать, где найти остров в нужный момент.
– Для этого дядя Джордж и припрятал здесь эту штуку?
– Конечно. Ему нужно было, чтобы тут остался постоянно действующий радиомаяк. Поскольку, однако, встреча с островом была чистой случайностью, пришлось воспользоваться самым ординарным радиопередатчиком и переделывать его в маяк. Дело в общем-то несложное. И поручи он его опытному мастеру, план этот несомненно удался бы. Но требовалось соблюдать строжайшую тайну. Поэтому переделывать прибор пришлось самому Джорджу, наспех, без нужного инструмента и приспособлений. Вот и получилась осечка. Маяк он сделал. Смог даже пронести его незаметно для вас на остров и спрятать здесь, в камнях. Но прибор вышел из строя задолго до того, как «Даная» вернулась из Пуэрто-Рико.
– Представляю, как взбесила дядю Джорджа эта неудача.
– Да, теперь понятно, почему он не выходил в те дни из радиорубки и беспрерывно тянул коньяк. Старик Грей думал, что его угнетала судьба брата. Вот какую злую шутку сыграл тоненький, плохо припаянный проводок… Впрочем, Джордж Томпсон предусмотрел даже такой поворот дела. Если бы радиомаяк, как это и произошло, не сработал, или сам он почему-либо не смог вернуться на остров, в резерве оставалась взрывчатка. Ваша хижина не могла простоять долго. Со временем вы все равно перебрались бы в пещеру. Ну а тогда… Этот туннель к провалу даже психически действовал бы на вас.
– Верно, он с самого начала вызывал у меня страх. Ну, а мама…
– Вот видишь! Так что если бы твой отец и не стал носить эти проклятые часы, сберег здоровье, туннель доконал бы его, и рано или поздно на острове прогремел взрыв. Вот, оказывается, что это такое – преуспевающий «деловой человек»,- Денис вставил передатчик обратно в чемодан и захлопнул крышку.
– Денис, а нельзя снова устроить этот передатчик?
– И послать радиограмму о нашем бедственном положении?
– Да.
– К сожалению, нельзя. Передатчик восстановить нетрудно. Но батарейки питания вышли из строя окончательно. И заменить их здесь нечем. – Денис бросил чемодан и со вздохом опустился на землю.
Норма подсела к нему ближе, провела кончиками пальцев по нахмуренным бровям:
– Не расстраивайся, милый. Ведь нам с тобой хорошо и здесь. Разве не так?
Он молча зарылся в ее пышные волосы.
Глава двадцать девятая
Неделю спустя к ним наведалась Эвелина. Денис только что вернулся из очередного исследовательского маршрута и, сидя в тени скалы, подправлял составленную им карту острова.
– Мисс Эвелина! – искренне обрадовался он, вставая ей навстречу. – Как хорошо, что вы навестили нас.
– Здравствуйте, м-р Крымов, добрый день, миссис Норма, – поздоровалась американка. – А у вас здесь очень мило.
– Мы собираемся обедать и угостим вас жареной дичью, – сказала Норма.
– Спасибо. К сожалению, появились кое-какие новые обстоятельства, о которых вам стоит узнать.
– И все-таки – сначала обед! – Норма сняла с огня сковороду и поставила перед журналисткой полную миску дымящейся птицы.
– Боже, как вкусно! – воскликнула журналистка, отведав кусочек крылышка.
Несколько минут прошло в молчании. Жареная птица была на диво хороша, и изголодавшаяся Эвелина при всем своем желании не могла церемониться.
Наконец сковорода опустела. Норма подала холодный компот из сушеных яблок и груш.
– Так что случилось, мисс Эвелина? Плохо с Куртом? – спросил Денис.
– Нет, у Курта как раз все хорошо. Против моего ожидания, он уже поднялся на ноги и снова покрикивает на Ганса. А вот этот Ганс… Помните, я говорила, что он прячет что-то под одеждой в непромокаемом мешке? Так это оказалось не оружием, а крохотной радиостанцией.
– Радиостанцией?! – в один голос воскликнули Денис и Норма.
– Да. Но она, как я узнала, вышла у него из строя. А два дня назад Ганс притащил откуда-то другой радиопередатчик. И из этих двух ему удалось собрать нечто такое, что, кажется, будет действовать.
Денис переглянулся с Нормой – какого же дурака они сваляли, бросив чемодан на берегу!
– Теперь, – продолжала Эвелина, – у них с Куртом только и разговоров об этом передатчике. Ведь если тот в самом деле заработает, они могут связаться с каким-либо кораблем или военной базой и, сами понимаете, что будет.
– Так надо забрать у них передатчик! – вскочила с места Норма.
– Нет, это не дело, – возразил Денис. – К тому же, едва ли они держат передатчик на виду.
– Они все прячут в лесу, – подтвердила Эвелина.
– Вот видишь, – сказал Денис. – А кстати, кто все-таки он, этот Ганс?
– Похоже, из тех головорезов, которых называют зелеными беретами – полушпион, полубандит.
Такой все сможет. И корабли вызвать и связаться с любой базой. А в мешочке-то у него, наверное, были и батарейки питания.
– Что же вы собираетесь делать? – нетерпеливо перебила журналистка.
– Пока не знаю. Будем думать. Во всяком случае, спасибо вам. Это очень важно – то, что вы сказали.
– Постараюсь информировать вас по возможности и дальше. А теперь прощайте!
– Постойте, мисс Эвелина, я хочу сделать вам небольшой подарок.- Норма юркнула в пещеру и через минуту вернулась с целым ворохом посуды.- Ведь у вас там ничего этого нет.
– Да, если не считать «сервиза», сделанного вашим мужем. Спасибо, миссис Норма. Но принять ваш подарок не могу, потому что сам визит мой сюда придется сохранить в тайне. М-р Крымов, вы проводите меня?
– Разумеется, – Денис поправил костер и, сделав знак Норме не беспокоиться, последовал за Эвелиной.
Журналистка уверенно нырнула в лесные заросли, легко отыскала затерянную в кустах тропу и, не оглядываясь, зашагала к Круглой бухте. Несколько минут она шла молча, чутко прислушиваясь к шорохам леса, и лишь после того, как белая скала осталась далеко за деревьями, снова заговорила, понизив голос до шепота:
