Нэлла опять кивнула.
Подгонять лошадей они не стали. А нападать разбойники не спешили. Нэлле даже захотелось мрачно расхохотаться и потребовать выходить, как когда-то один из ее болванов.
— Маг, — наконец сказал Лост. — Притворись, что уснула.
— Что? — переспросила Нэлла.
— Спи, — прошептал котик и, показывая пример, закрыл глаза и опустил голову.
Нэлле захотелось чем-то в него запустить, но вместо этого пришлось следовать его примеру.
Разбойники из леса вышли спустя еще некоторое время. Наверное, были недоверчивы и сначала присматривались, решая, спят ли путешественники. Выглядели эти разбойники откровенно жалко и больше всего напоминали погорельцев. Магом у них вообще оказался мелкий паренек, по виду студентус-первокурсник. Лопоухий еще и конопатый. Бедолага так удивился, что якобы спящий Лост спрыгнул на ходу с лошади, что даже не стал дожидаться от него нападения, просто взял и сел, где стоял. Остальные разбойники, видя такое дело, кинулись кто наутек, кто бить Лоста дрынами, лопатами, вилами и даже двумя топорами.
Лост широченно улыбнулся, прыгнул вперед, налету превращаясь в кота и обращая в бегство еще часть разбойников и свою собственную лошадь. Так что Нэлла, вместо того, чтобы ему помогать, была вынуждена бросаться в дурную скотину пеленающей сетью, а потом ехать смотреть, не переломала ли она себе ноги и не свернула ли голову. Хотя второе вряд ли, очень уж противно эта дурная лошадь орала. И что с ней делать дальше, девушка не представляла. Сеть была рассчитана на то, что чье-то бегство остановят, потом окружат и хорошо, если не побью ногами, как только она рассеется. Удерживать кого-то долго, например, испуганную лошадь, с помощью этой сети никто не рассчитывал.
— Надо было научиться плести местную сеть, Лост же умеет, — мрачно произнесла Нэлла, накидывая на лошадь еще одну сеть взамен той, которая почти исчезла.
Лост продолжал развлекать разбойников. Они, видимо из благодарности, сначала покричали, потом поругались, а потом кто-то и вовсе поскулил. И Нэлле пришлось еще три раза пеленать лошадь до того, как он наконец явился, на удивление одетый и волоча за собой юного мага.
— Чем ты тут занимаешься? — удивленно спросил котик.
— Твою истеричную скотину держу, — мрачно сказала Нэлла.
— А, ну тогда подержи это, — и пихнул ей в объятья мага.
Над лошадью он присел, что-то ей пошептал и она, на удивление, успокоилась. А маг, вместо того, чтобы последовать ее примеру и просто постоять, надумал вырываться, еще и отчаянно краснея, когда Нэлла, злобно на него зашипев, прижала его к себе.
— Ты не поверишь, — наконец сказал Лост.
— Да? — удивилась Нэлла.
— Да. Вот это вот недоразумение я знаю, — указал он на пацана. — Ученик нашей младшей школы, похоже, один из тех, которые не приехали от родителей. С недолетками, которых фактически насильно отбирают у мамок, чтобы учились, это бывает. Ненормальные родители их и в погребах запирают, чтобы подумали. И денег на дорогу не дают, и несчастным приходится добираться чуть ли не пешком, иногда довольно долго. Кого-то в прошлом году даже женить пытались. Иногда они сами просто берут и бросают учиться.
— Ага.
— И это недоразумение сейчас явно не в своем уме, — добавил Лост. — Оно меня не узнало. Да даже последнему идиоту не придет в голову нападать на знакомого оборотня, особенно зная, что он сильный маг. А этот именно напал. И у некоторых его приятелей тоже что-то с головами. Больше всего они похожи на обыкновенных селян, которые ни с того, ни сего, похватали лопаты и пошли в лес нападать на проезжих. Причем, шли несколько дней, судя по их виду, не обращая внимания ни на цепляющуюся за ветви одежду, ни тем более на грязь. Странно, да?
Нэлла кивнула и задала свой любимый в последнее время вопрос:
— И что теперь делать?
— Отвезем недоразумение в школу, остальных, кого я поймал, оставим на хуторе, пускай ждут дозравателей. Не нравится мне все это. Очень похоже на то, что их послали сюда напасть именно на нас. Вот только зачем? Идиотское же какое-то нападение.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Нэлла кивнула. Ей это нападение тоже не нравилось.
Недоразумение все-таки пришлось оставить на хуторе вместе со странными разбойниками. Очень уж неадекватно он себя вел. Словно ему внушили напасть на оборотня и иномирянку, в расчете, что этого он точно не переживет. А он взял, пережил, но без дальнейших инструкций стал похож на человекоподобную куклу, которую можно носить или переставлять, а вот сама она не может ничего. Добрые хуторяне мальчишку еле накормили.
С хутора так же смогли отправить портальной почтой сообщение о своей добыче и прочих странностях. Оказалось, люди, которые подолгу жили в храме, да и сами посвященные, именно отсюда рассылали письма, если надо было. В самом храме порталы были неуместны, даже такие мелкие, через которые только письмо и отправишь.
Ночь, несмотря на паренька со странностями и не менее странных разбойников, отдыхающих в связанном виде в сарае, прошла спокойно. Даже комары особо не беспокоили.
И по дороге к следующему хутору никто так и не напал, хотя Нэлле этого почти хотелось, казалось, что так будет правильнее и проще.
А вот на следующем хуторе их уже ждали. Как ни странно — дознаватели. Чему Лост сильно удивился с самого начала. А еще больше он удивился, когда узнал, что эти дознаватели явились не из столицы, которая была ближе всего. Приехали они из небольшого городка Семь Дорог. Знаменит он был именно этими дорогами, на пересечении которых изначально и появился. Вели дороги в разные стороны, начиная от той, что шла в столицу, и заканчивая той, которая в конце терялась в песках пустыни. Как уж так получилось, что они взяли и пересеклись именно на том месте, сказать могли бы, наверное, только контрабандисты этак с полутысячу лет назад. Именно по их тропам начали ездить купцы, которым откровенно надоели расплодившиеся разбойники, настолько надоели, что они предпочитали встретиться с расплодившимися тогда же умертвиями. А потом тропы доросли до дорог, разбойники радостно перекочевали поближе к ним. Следом за разбойниками туда перекочевали часть патрулей и содержателей трактиров. И бывшие контрабандные тропы стали официальными торговыми путями.
Но, несмотря на все это, дознавателям из Семи Дорог именно здесь делать было нечего. И в то, что они просто проезжали мимо, а тут прибежали несчастные хуторяне и как начали жаловаться… во все это поверил бы только какой-то наивный идиот.
А если бы Лост каким-то чудом и поверил, его бы тут же разуверили слова о том, что он подозревается в убийстве того самого недоразумения, которое, оказывается, везли в школу дальние родственники, по непонятной причине и, видимо, очень уж окольными путями. И да, родственников Лост тоже скорее всего убил, принес в жертву в каком-то жутком ритуале, следы которого были найдены недалеко от озера. И не желает ли уважаемый оборотень развеять все эти подозрения? Ну, мало ли высоких мужиков бродит по округе, и мало ли с кем могли его спутать подслеповатые свидетели. Всего-то и надо возложить ладонь на вот этот камушек и заявить, что не убивал несчастных путешественников.
Нэлла на это странное действо смотрела большими глазами, но, к счастью, как разумная иномирянка, не вмешивалась и не пыталась ничего доказывать.
Камешек, на взгляд Лоста, был очень подозрительный, хоть и маскировался под камень правды изо всех сил. И трогать его оборотень не хотел. Тем более, он был почему-то уверен, что камни правды довольно редкая штука и позволить его возить по лесам, чтобы случайно встретить обеспокоенных подслеповатых свидетелей, точно никто бы не позволил.
Доказывать, что не убивал никакого несчастного, не успевшего вовремя доехать до школы мальчика, Лост не хотел тем более. Подозревал, что если доказать получится, эти храбрые дознаватели поедут и добьют как мальчишку, так и его «родственников».
И, да, дознаватели как раз были настоящие, но это ничего не значило. Их могли как подкупить, так и подчинить. О чем, если бы не Локар, Лост мог бы и не догадаться.
