— А разве у нас будет заключен брачный контракт? — спросила я. — Я впервые слышу об этом.
— Естественно, дорогая! — ответил пораженный моим вопросом Генри. — Ведь мы должны соблюдать твои интересы! Пусть сейчас Филипп и великодушен и щедр, но это не значит, что он всегда будет таким. Нужно думать о твоем будущем и о будущем твоих детей.
Я повернулась и направилась к столу, на котором были разложены какие-то бумаги. Почему-то мне вдруг стало трудно продолжать наш разговор в легком тоне, я ни с кем не могла обсуждать возможность того, что у нас с Филиппом будут дети. Как-то так получилось, что я упустила из виду этот аспект нашей семейной жизни. Однако я чувствовала, что он хочет иметь детей, что их рождение будет для него радостью. Ну что ж, он получит и детей, и жену, которая соответствует требованиям, предъявляемым к леди Чедлей.
Будут ли наши дети, спросила я себя, значить для нас столько же, сколько значила Надя для мадам Мелинкофф? И кто из моих детей принесет мне такое же ощущение счастья и чувство невосполнимой потери?
Глава 21
Это был один из тех дней, когда все идет кувырком. Проснувшись, я обнаружила, что льет дождь, который нарушает все мои планы. Мы с Филиппом собирались пообедать, а потом съездить в Рейнлаф. Ужинать мы должны были на приеме, который устраивался в одном из садов Холланд-Парка. В подобных случаях на лужайке устанавливался специальный настил, и весь вечер гости веселились на открытом воздухе.
Я сидела и ждала звонка Филиппа, когда ко мне подошел Генри, который сообщил, что у Анжелы разболелось горло, и она решила не вставать с постели.
— Она говорит, что тебе лучше держаться от нее подальше, — сказал он. — У нее довольно часто бывают простуды, поэтому она знает, что они могут быть заразны. Я уже послал за доктором, но я заранее знаю, что он скажет.» Постельный режим и теплое питье «.
Я расстроилась и написала ей коротенькую записку, которую отдала Генри. Итак, раз Анжела заболела, значит, то, что мы наметили на утро — она хотела купить мне шляпки, — откладывается. Она будет недовольна, если я отправлюсь в магазины без нее. Следовательно, я свободна до обеда.
Однако худшее было впереди.
Позвонил Филипп и сказал, что премьер-министр пригласил его на обед на Даунинг-стрит и он обязан присутствовать.
— Я никак не могу отказаться, — проговорил он. — Прости меня, Лин. Я заеду за тобой, как только у меня появится возможность, хотя, боюсь, это будет довольно поздно. В последнее время у нас очень много работы, я не могу уклоняться от своих обязанностей.
— Да, конечно, — согласилась я. — В противном случае я пришла бы в ярость. Я хочу, чтобы ты добился успеха в своей работе, Филипп.
Я разговаривала в очень спокойном тоне, чтобы он не догадался, насколько я честолюбива в отношении него. Я всем сердцем стремилась помочь ему и делала все от меня зависящее для того, чтобы он был достоин славных традиций своих предков. Я знала, что премьер-министр был очень высокого мнения о нем и что окружающие предрекали ему блистательную карьеру. Но я мечтала о большем. Я хотела, чтобы Филипп воплощал в себе все лучшее и верное, что есть в демократии; чтобы он представлял не только взгляды своей партии, но и волю народа; чтобы он стал борцом за славу, единство и идеалы Англии..
Филипп редко рассказывал мне о своей работе. Но на основе нескольких брошенных им фраз я пришла к выводу, что он очень близко к сердцу принимает необходимость наладить более близкие отношения между колониями и доминионом, а так же все, что связано с деятельностью нашего Правительства. Я уже начала изучать общественное устройство Индии, чтобы к тому моменту, когда Филипп будет полностью доверять мне, не показаться ему полной невеждой. Но я не рассказывала ему об этом, поэтому сейчас мое замечание, как мне показалось, удивило его.
— Спасибо, Лин, — сказал он. — С твоей помощью мне будет намного легче. Я рад, что ты понимаешь, как много значит для меня работа.
— Естественно, — ответила я. — А как насчет вечера?
— Полагаю, прием устроят в помещении, — сообщил он. — Это будет не так интересно, но мы ничего не можем поделать. Как бы там ни было, давай подождем — уверен, что они заранее предупредят нас.
Мне стало страшно тоскливо. Я с неохотой поднялась и побрела в ванную, где провела гораздо больше времени, чем обычно, намазывая лицо различными кремами и полируя ногти. Я послала повару записку, в которой сообщала, что буду обедать дома. Я надеялась, что Генри составит мне компанию, хотя меня и одолевали сомнения по этому поводу: он очень редко приезжал домой на обед.
Генри обедать не приехал, зато приехала госпожа Уотсон, чтобы повидать Джеральда. Она прибыла в час дня в сопровождении молодого человека, Питера Браунинга. Госпожа Уотсон выглядела еще более фантастично, чем всегда. Ее волосы были выкрашены в новый цвет и стали теперь ярко-красными с золотистым оттенком. На самой макушке сидела совершенно невообразимая шляпка с вышитыми на ней двумя голубями. На лицо свешивалась вуаль, украшенная белым плюшевым горохом величиной с голубиное яйцо.
— Дражайшая моя Лин! — бросилась она ко мне.
— Ты выглядишь просто божественно! Я даже и подумать не могла, что нам выпадет такая честь. Где же твой жених? Только не говори, что он уже бросил тебя.
— Он обедает с премьер-министром, — коротко ответила я.
— Потрясающе! — проворковала госпожа Уотсон.
— Ты, должно быть, просто в восторге от того, что в последнее время вращаешься в обществе таких интересных людей. Приятное разнообразие после деревенской жизни в Мейсфилде, не так ли?
— Позвольте поздравить вас, — сказал Питер Браунинг, протягивая мне свою влажную и горячую руку.
— Ты все сделал не правильно! — опередила меня госпожа Уотсон. — Никогда нельзя поздравлять женщину, к тому же Лин, которая стала сенсацией сезона — только мужчину.
Мне стало противно от ее вульгарности и от совершенно очевидной зависти. Я изо всех сил старалась оставаться спокойной и держать ее на расстоянии. Когда объявили, что обед подан, я сказала, что тороплюсь, так как на вторую половину дня у меня назначена встреча.
— Уверена, что ты не заставишь нас гадать с кем, — потупив взор, проговорила госпожа Уотсон.
— С портнихой, — ответила я.
— Фу, как неромантично! — воскликнула она. — Не сомневаюсь, что если бы я была на твоем месте, я проводила бы с Филиппом каждую свободную минуту.
— Жаль, что Генри не удалось прийти домой пообедать, — сказала я, чтобы перевести разговор на другую тему.
— Я хотела видеть его, — заявила госпожа Уотсон. — Что это за болтовня по поводу домика в деревне? Одна сорока на хвосте принесла, что они с Анжелой как раз подыскивают себе что-то в этом роде. Интересно, что все это значит?
