Сульмидир с Дэекеном переглянулись снова:
— Хорошо, но и этого тоже списывать не стоит, может его кто-то подтолкнул на такое действие.
========== Насилия не будет. ==========
Новоиспеченный наместник Владычицы Теней в Ране, заложив руки за спину, величественно вышагивал по двору замка. Величественность и медлительность шага вообще-то были конкретно ему не свойственны, обычно на это просто не хватало времени, ведь всегда надо было куда-то спешить, зачем-то бежать, кого-то срочно убивать, или спасать, но походя все равно кого-то убивая… Да если быть абсолютно честным, Кагар ни в чем не был так хорош, как в убийствах. Ну, а что, много ума в этом деле не нужно, таланта тоже, а, так сказать ремесленные навыки — они приходят с опытом и постоянством практики, а уж в его летах, посвященных ремеслу отнимания жизней, он был ну не меньше, чем магистром. Жалко было, что вот конкретно в той ситуации, в которой он прибывал теперь, его умения ему никак не пригождались. Кого ни убей, все будет без толку. Хотя нет, если убить себя, то тогда расклад бы сильно поменялся, но это был изначально негодный вариант. Пройдя еще пару сотен метров, Кагар отметил, что его мысли уже слишком далеки от поисков решения собственных проблем и постепенно превращаются в детально воображаемые кровавые сцены убийств с особой жестокостью всех власть имущих соотечественниц, а заодно и кое-кого из эльфов, например все того же венценосного Онотимо, пусть бы ему икалось всю ночь, а раз так, то наверное, следовало это дело оставить до лучших времен и заняться чем-то более полезным и практичным.
Для начала он отправился обратно в замок, спустился вниз в кухонные помещения, там все еще шла работа. Тела то вынесли еще днем, но вот оттирать стены, полы, отскабливать поверхности куда впиталась кровь приходилось сейчас. В свете свечей и факелов на кухне работало не меньше дюжины женщин, согнанных в замок из нижнего города, как раз для уборки, за весьма достойную, между прочим, плату. Деньги, деньгами и даже те, кто работать пошел добровольно, внутренне были все же сильно напуганы. Особенно в свете открывшейся им кухонной картины, а потому, когда вошедший Кагар кашлянул чтобы привлечь к себе внимание, раздался просто оглушающий визг. Неудачливый наместник аж виски потер, до того сейчас ему этот визг пришелся по нервам.
— Да прекратите визжать, и все останутся живы, — он вздохнул, и выцепив из этой компании тех, что были постарше и поспокойнее указал на них. — Ты и ты, пойдемте за мной.
— Куда, ваше…
— Сиятельство? — перебив, усмехнулся Кагар, — Или Благородие?
— Темнейшество, какое уж из вас Сиятельство то, — ответила одна из женщин, на что ее подруга по несчастью аж охнула.
— Ты, наверное, замужем, женщина?
— Дык, у меня и внуки уже есть, — согласилась она.
— Жаль, а то б я глядишь и влюбился бы, приведи нам пообщаться побольше.
— Нет, уж, упаси меня Великие от такого счастья.
— И то верно говоришь. Ладно, пойдемте дамы, — он кивнул на дверь и подождав пока они последуют за ним объяснил, — мне помощь нужна, комнату приготовить, постель перестелить, камин растопить, и на все про все у вас не больше получаса. За эти труды уплачу отдельно, серебром, — Кагар подбросил в руке кожаный кошелек, — справитесь?
— А чтоб не справиться, справимся, — наконец-то подала голос вторая женщина, серебро творит чудеса, а порой помогает и от немоты.
— Тогда вперед! По лестнице на два пролета, с площадки направо в дверь под аркой. Кто что спросит, ссылайтесь на Кагара. И шторы зашторьте натемно.
Как только серебряные монетки перекочевали из кошелька в пухлые ручки женщин, они тут же кинулись со всем рвением выполнять поручения. А сам белобрысый тем временем направился в обеденный зал замковых казарм, именно там его должна была дожидаться Ирше.
Солнцеликая красавица, как раз добралась до очередной кружки весьма недурного эля, и потому была в приподнятом настроении, когда Кагар постучал ее по мощному плечу.
— Здорово, красотка!
— И тебе не хворать! Выпьешь? — развернувшись орчиха протянула Кагару свою кружку.
— Не сегодня, Ирше. Где она?
Ирше кивнула головой в сторону большого очага, там на кресле поближе к огню была пристроена рыжеголовая эльфийка, на фоне пьющей орочей массы она смотрелась особенно незаметной.
— Я ее забираю, — предупредил воин.
— Только ты уж ее в эти… казематы, или что тут в замке для пленников, не размещай. Она явно не из крепких. Даже если Зурх ее быстро заберет, все равно не надо.
— Не заберет. Он отказывается ее возвращать в Лес, — Кагар наклонился над самым ухом Ирше, — так что она остается тут. Со мной.
— Но…. — Ирше опять развернулась к нему, — ты же сам говорил, что важно… Ну ты помнишь, что ты говорил.
— Я помню. И я подумаю над этим. Только не сегодня, сегодня уже просто не могу думать.
— То есть ты вот реально сейчас ее около себя собираешься держать? — как-то слишком непредсказуемо толи хрюкнула то ли хмыкнула, Ирше, — ой, Кагарчик, ой, бедненький, — орчиха сначала еще пыталась сдерживаться, а потом рассмеялась, — да не оставят тебя твои предки!
— Не надо….
— Чего не надо?
— Предков не надо, мне и потомки в печени уже! И кстати раз уж тебе и так весело, порадую тебя еще сильнее. Вроде как поздравляю тебя. Ты назначена комендантом этого вот замка.
Ирше смеяться сразу прекратила и уставилась на Кагара:
— Это когда?
— А вот прямо сейчас. Эй, толстокожие! Слышали, что говорю? Солнцеликая Ирше, за коменданта тут! Короче главная!
Орки сочли это за прекрасный повод еще выпить, и покричать.
И ошалевшая Ирше не успокаивалась:
— Да погоди ты, кто это сказал?
— Как кто, наместник Раны и сказал. А ты бы не сомневалась, в моих словах, а как положено выразила бы признательность за хорошие вести.
— Ну извиняй, я это, в шоке. Просто не могу поверить… Ты точно ничего не путаешь? Я теперь в замке что главная? И приказывать могу?
— Ну главная не главная, но внутри замковых стен сразу после наместника, и приказывать можешь, и сама выбрать отряды для гарнизона можешь, и все организовать не просто можешь, а должна.
— Я что ж теперь даже главнее Тордрана могу быть?
— Можешь, если Бизонье Копыто в гарнизон возьмешь, но можешь и не брать, теперь это на твое усмотрение.
— Охренеть. Это за что мне такая честь, спрашивается?
— Нет орка сообразительнее тебя Ирше, и исполнительнее тоже нет. Сказали сидеть с эльфийкой, ты и сидишь. А тому же брату твоему угрожать пришлось, чтоб делал что приказано. Это, знаешь ли, много стоит.
— Ну так одно дело тебя слушать, а другое дело… Так кто там наместник то?
— Я.
— А, — Ирше довольно улыбнулась, и обхватив ручищей Кагара, со всей так сказать не высказанной ранее признательностью сжала его в объятьях, у бедняги затрещали кости, но вытерпеть проявление чувств коменданта замка, было делом чести, — ну теперь все ясно, — отслюнявив Кагару еще и поцелуй в щеку орчиха его наконец-то отпустила, — вот засранец же. Благодарности и признательности принимайте, господин наместник. И какие распоряжения то?
— Давай уж поговорим завтра, после заката. Много чего нужно обсудить. А пока празднуй, поводов полно.
Направляясь за Айрой Кагар, очень надеялся, что на сегодняшнюю ночь все самое сложное уже точно позади, и теперь он сможет просто выспаться этим днем. Но как бы не так.
***
С того самого момента, как только они с Ирше покинули шатер клана Бизоньего Копыта, Андунэль внутренне ожидала — подвоха. Надеяться, что на этом все и кончиться, и ее вместе с остальными пленными просто отправят на Н’гьяр, а там глядишь и домой, принцесса себе запретила, к тому же ей ведь обещали допрос с пристрастием, как только они окажутся на месте, ну вот время отвечать на вопросы, кажется, пришло. Внутренне молясь милостивой Ивэ дать ей сил перенести любые мучения, подходящего Кагара, Андунэль встретила прямым взглядом.
