Читаем без скачивания Флаг над океаном - Дмитрий Светлов

— Жалко, там есть очень богатые места.

— Не забывай, у меня есть два сына.

— Дочь не хочешь признавать?

— Сейчас мне ее не отдадут. Со временем будет видно, могу заранее отписать как приданое.

Экспедиция простояла в Золотом Форте неделю. За это время Сергей с Павлом и женой съездили в долину реки Вааль. Посмотрели на самых первых исследователей Южной Африки. Картина традиционного русского быта на другом краю земли вызвала у наследника престола слезы умиления.

Андашир напевал традиционную песню караванщика. От чего не петь? У него в жизни все хорошо. Сегодня караван придет в русскую крепость, он отдохнет и отправится в обратный путь. За прошедшие два года забыл тяготы голодной, полунищей жизни. Все началось с того дня, когда пришли купцы и попросили охрану. Караваны с севера появились неожиданно. Оказывается, в долине Горган турецких солдат уже нет, а перевалы через горы Эльбрус захвачены русской армией. В Персии давно неспокойно, великий визирь шахиншаха Надира Сефевида довел страну до полной нищеты. Князья взбунтовались. Одни объединились вокруг Мохаммеда Каджора, после чего пошли на Исфхан. Другие под шумок начали устраивать местные разборки. Впрочем, разбойничают все князья. Без хорошей охраны караваны не выходят за ворота города.

Князь Кедкен пошел по второму пути. У него не было родственных связей ни с Каджором, ни с Сефевидом. Владея пятью тысячами нищих крестьянских семей и сотней голодных воинов, решил использовать удобное время, когда под шумок большой драки можно пограбить на свое благо. В случае удачи он на год отменит налоги, и крестьяне вздохнут свободнее. Именно в это время пришли русские купцы. Князь принял предложение охранять караваны от русской крепости Решт до портаБендер-Ахваз и обратно. Не все воины поддержали такое решение.

— За тот месяц, что мы затратим на охрану, можно разграбить десяток деревень, — недовольно заявил младший брат князя.

— Прежде чем сделать, надо подумать! С тех деревень мы возьмем двадцать коз да сотню мешков орехов.

— Пригоним баранов и верблюдов.

— Через неделю воины князя Сухдера нападут на наши деревни, все вернут обратно, еще и наше заберут.

— Устроим засаду, встретим и отгоним!

— Вот, вот! Так и будем терять своих воинов ради тощих коз. Нет, любимый брат, нам выпал удачный шанс.

В тот день еще никто не мог предположить, насколько этот шанс оказался удачным.

Отряд пришел в крепость Решт толпой вооруженных оборванцев. Первым делом русские дали хорошие одежды и оружие. Ружья оказались выше всех похвал, легкие, скорострельные, с дальним боем. Кроме этого, каждому дали верхового верблюда. Один воин на верблюде стоит сотни пеших, ну а лошади, как известно, боятся верблюдов. Первый приход в Решт запомнился не одеждой и оружием, а сытной едой. В тот день Андашир впервые в жизни наелся до «не могу». Гостеприимные хозяева выставили прекрасный плов, где кроме привычной кураги и изюма было мясо, много мяса. Рис буквально сочился бараньим жиром. Они ели плов, запивая густым бульоном на бараньих костях. Потом принесли чай с мятой и мелиссой. К чаю выставили гору запеченных с медом лепешек. Эту ночь никто не мог спать. Заполненные едой желудки мешали повернуться на бок. Но все были счастливы потому, что это был не пир, а обычный ужин для обычных воинов. Им несказанно повезло!

Первый караван оказался самым прибыльным. Они шли от Решта до родного Хамадана десять дней. Это было десять дней радости и гордости. Первая встреча с разбойниками состоялась на второй день пути. Дорогу перегородили пятьдесят всадников, люди князя Текеса. Одновременно с сзади выехало столько же воинов, а на холмах появилось более сотни вооруженных пиками крестьян. Глупые, из-за своей жадности они не рассмотрели главного — охрана каравана была на верблюдах. Разведка увидела только всадников, что ехали впереди и позади каравана. Здесь не потребовались прекрасные ружья, исход схватки решили верблюды. Охранники взмахнули хлыстами, верблюды взревели и рванулись на врага. Лошади разбойников галопом поскакали в разные стороны, словно им под хвост сунули факел. Крестьяне побросали оружие и заметались в поисках укрытия.

Это лошадь никогда не наступит на человека. Верблюд не только наступит, затопчет, потом еще и сверху нагадит. Лошадь не встанет на пути верблюда. Даже арабские скакуны, с рождения живущие рядом с верблюдами, никогда не подойдут близко к этому злобному животному со скверным характером. К вечеру собрали пленных и табун неплохих лошадей. Рабам на шею набросили ременной ошейник, второй конец надели на жердину. Теперь им некуда деваться, будут смирно идти, держа рукой длинную жердь. Охрана радовалась удаче. По традиции караванщик получит половину, но и их доля совсем не маленькая.

Андашир улыбнулся, вспомнив следующее утро. Позавтракав начали собираться в дальнейший путь. К сотнику подошел начальник каравана:

— Разве ты не хочешь отомстить за нападение?

— Зачем? У нас нет даже раненых.

— Если враг останется безнаказанным, то нападет снова и снова.

— Для того чтобы хорошенько наказать, нам потребуется два дня, а то и больше.

— У меня есть время, я подожду.

В тот день отвели караван к броду через реку Кызылуген и отправились в набег на земли князя Текеса. Караванщик прав, они имели право отомстить за нападение. Пограбили знатно, даже смогли захватить дворец князя. Ленивые стражники не заметили угрозы и не успели вовремя закрыть ворота крепости. Когда на караван напали во второй раз, охранники обрадовались новой удаче. Третьего нападения ожидали с нетерпением, горя желанием еще раз напасть и разграбить теперь уже своего соседа. Глядя на огромную толпу пленных, вереницу груженых повозок, князь Кедкен долго не мог поверить, что перед ним законная добыча его воинов. За полгода удвоилось количество крестьян на его полях. Каждый из воинов имел не менее десяти рабов. Достаточно быстро караванный путь из Решта до Бендер-Ахваза стал совершенно безопасным. Не для всех конечно, русские караваны шли быстро и без опасений. Дальше начались совсем невероятные изменения.

Крики охранников вывели Андашира из дремы воспоминаний. Впереди отчетливо виднелись стены крепости Решт. Говорят, что русские собираются строить железную дорогу. Он не представлял, как можно выложить дорогу железом. А главное зачем? Кто поедет по раскаленной на солнце дороге? Нет, тут что-то перепутали. Русские очень богаты, все караваны привозят различные железные изделия. Еще много хорошего оружия, которое они продают в Тегеране, где новый шахиншах устроил свою столицу.

— Булукия! — радостно воскликнули охранники.

— Андашир, смотри, нам навстречу скачет Булукия!

— Чего расшумелись, как женщины на базаре! — Андашир строго посмотрел на своих воинов.

Но под напускной строгостью была видна радость ожидания доброй вести.

Андаширу было неловко вспоминать свой первый поход в Ассирию. Он, как и другие воины, обрадовался приглашению русских принять участие в набеге. Но действительность наполнила душу страхом. От выстрела пушек непроизвольно вздрагивало все тело. Гром барабанов бил по ушам. Ровные ряды солдат в нарядной форме радовали глаз до первого залпа. После получаса боя османы садились на землю и читали молитву. Андашир их понимал, никто не смог бы выдержать больше. Человеческий разум не в силах сопротивляться безумному урагану стали и свинца. Зато добыча всегда была славной. Было, что пограбить в богатых городах и селах Ассирии. Встреча с Булукией означала только одно, они снова поедут грабить Ассирию.

К тому моменту, как Булукия поравнялся с караваном, слуги уже расстелили ковер и поставили на него горячий чайник с мятным чаем. Караван степенно прошел мимо, гость и хозяин говорили о здоровье родственников и друзей. К чему спешить? Андашир давно уже не оборванец со старой саблей своих предков. Он владеет деревней с двумя сотнями домов. Сам продает русским купцам хлопок и шерсть. Закончив обсуждение семейных новостей, младший брат князя перешел к делу:

— Караванщики разузнали о планах шахиншаха. Он готовится к нанесению удара в Месопотамии и Мескеме.

— Богатые места. Если поспешить, можно захватить много скота и людей.

— Мы пойдем на Эн-Насирию.

От неожиданности Андашир встал. Смутившись своей невыдержанности, сел и опустил голову.

— Я понимаю твое волнение. Сам хотел отругать караванщиков за глупые слова. Но они правы.

— В чем их правота? Твой брат может собрать триста воинов и взять у караванщиков пушки. Но городские стены нам не преодолеть.

— Воины шахиншаха идут на города Эл-Дивания и Самава. Османы вывели своих солдат из Эн-Насирии.

— Ну и что? Шейх аль-Хидра держит большое войско.

— Сам шейх со своими воинами отступил на юг. У него нет возможности вернуться в город.