Читаем без скачивания Яд власти - Олег Волков

– Чтобы по дороге вы не застряли на Утёсе, – Нарт повернулся к главному охраны. – А так прогуляетесь по Мкаду до форта. Идите.

Утус Яргор нахмурился и сжал кулаки, но, пусть и сквозь зубы, скомандовал:

– Пошли.

Жёны и дети витуса Туманха под призрачной охраной преторианцев гарнизона прошли через раскрытые ворота. Утания с детьми, а так же ещё с десяток слуг, в нерешительности остались у дома. Уход охраны сильно напугал их.

– Утания Урен, – Нарт повернулся к слугам, – ты останешься. Остальным вернуться в дом. Да, и дети твои тоже. С ними ничего не будет. Пока не будет.

Младшая дочка Утании настолько напугана, что даже не разревелась, когда старший брат, парень двенадцати лет, мягко оторвал её ладошки от материнского подола и взял на руки.

Именно ради Утании Урен, ради этой ослепительной рыжеволосой красавицы Нарт пошёл и на блокаду дома витуса Туманха, и на то, чтобы отпустить его семью под ещё более надёжную охрану стен Восточного форта. Пусть утус Равер, комендант форта, присягнул на верность, но обижать семью витуса Туманха он не даст.

Утания, ничего не понимая, осталась на месте. В свете двух факелов отлично видно, как покраснели её прекрасные щёчки. Закон Вилуры позволяет мужчине брать в жёны пятерых женщин. Витус Туманх давно мог вполне официально надеть на указательный палец Утании золотое обручальное кольцо, но так и не сделал этого.

Утания простолюдинка. Она так и не стала полноценной супругой из-за личных амбиций Коменданта. Витус Туманх давно перешёл из сословия преторианцев в класс благородных. Его сыновьям более не светит служба в Легионе. Три официальные жены породнили Коменданта с тремя аристократическими родами. Утания и так делит с ним постель и рожает ему детей, но не более. Комендант потому и не женился на ней, что лелеет надежду породниться с ещё парочкой высокопоставленных благородных. Или в своё время витус Туманх не захотел показывать красавицу жену Великому Сахему. Служанками подданных витус Умелец, как правило, не интересовался.

Нарт буквально навис над Утанией и тихим голосом произнёс:

– Для тебя, Утания, у меня есть особое поручение.

Рыжеволосая красавица стойко выдержала суровый взгляд.

– Твоя главная задача – убедить витуса Туманха добровольно уйти в отставку. Я не могу и не трону его семью, но ты и твои дети – не его семья. Можешь сказать ему всё, что хочешь. Но! Чтобы к моему приходу он вышел и лично отдал мне печать-перстень, золотой значок и ключ от Сокровищницы. Иначе на рассвете твои сыновья станут евнухами и уже днём вместе с твоей дочерью будут проданы менгам в Каркуй в рабство.

– Вы не сделаете этого! – сдержано воскликнула Утания.

Красавица держится, но из последних сил.

– Сделаю, – не повышая голоса, пообещал Нарт. – Десять преторианцев проводят тебя до Центральных ворот. Выполни моё поручение, тогда ты и дети твои будете дальше жить в этом прекрасном доме. Увести!

Преторианцы, поддерживая шатающуюся Утанию Урен под руки, повели женщину прочь из небольшого сада перед особняком её хозяина. Один из вооружённых сопровождающих шагает впереди с небольшим фонарём.

Нарт глянул служанке вслед. В «Сахеме» витус Умелец поведал о многих способах воздействия на людей, в том числе о самых грязных и подлых. Редкий мужчина способен переступить через трупы своих детей, даже если они рождены от наложницы-простолюдинки. Но витус Умелец настойчиво советовал прибегать к этому способу только в самых крайних случаях. Это и есть тот самый крайний случай: других способов повлиять на витуса Туманха нет, если только убить его.

Как бы то ни было, самый критический пункт плана по захвату власти благополучно пройдет. Нужно бы выдвигаться к следующей важной цели, к площади Трёх домов, но, Нарт развернулся и зашагал по каменным ступенькам, так и хочется заглянуть в личные бумаги витуса Туманха. Хотя вряд ли там найдётся хоть что-нибудь из ряда вон, но лучше задержаться на десять минут, чтобы после с чистой совестью действовать дальше. Тридцатая манипула уже заняла особняк. Двое молодых преторианцев на часах возле входной двери синхронно отдали честь.

Только, как и следовало ожидать, десять минут пропали зря. Нарт напрасно выломал замок на верхнем ящике письменного стола и копался в личных записях витуса Туманха. Разве что посидел в хозяйском кресле. Наиболее важные бумаги Комендант хранит на Утёсе, в собственном кабинете в Великом доме. В особняке на улице со смешным названием Козий прогон нашлась лишь личная переписка, домашняя бухгалтерия и огромный ворох прощений от жителей города. Обидно даже: Нарт уже два месяца как Легат Легиона Преторианцев, но в дверь его приёмной до сих пор не постучался ни один проситель.

Хорошо знакомая площадь Трёх домов встретила непривычной для столь позднего часа бурной деятельностью. Ещё только подъезжая к южному торцу Дома казны до слуха долетел гул голос. Из распахнутых настежь окон доносится треск ломающейся древесины. Не иначе утус Окрен выполнил часть задания и захватил Дом казны. А там есть что искать, ломать и стеречь для показательного суда над проворовавшимися писцами.

Нарт, в плотном окружении телохранителей, въехал на площадь Трёх домов. Темно. Только два фонаря возле шикарной двери Дома оружия разгоняют тьму. То тут, то там по площади разбросаны горящие факелы. У главного входа в Дом вестей горит маленький костёр. Тёмные тени пересекают красное пламя. Ближе к Дому оружия, едва различимый по отблескам начищенной меди, расположился строй преторианцев. Это уже хуже. Значит Дом оружия взять с ходу не удалось.

– Двигается к костру, – негромко приказал Нарт.

У самого заметного в темноте ориентира расположился штаб утуса Окрена. Едва Нарт спрыгнул с лошади, как к нему тут же подошёл утус Окрен.

– Витус Нарт, задание выполнено частично. Нам удалось с ходу захватить Дом вестей и Дом казны, но Дом оружия успел подготовиться к обороне.

– Как это получилось? – спросил Нарт.

– Осмелюсь предположить: охрану Дома оружия успели предупредить. Когда мы прибыли на площадь, то часовых возле дверей не было, а сами двери были надёжно заперты. Более того: охраны возле домов Казны и Вестей тоже не было. Предположительно, охрана обоих Домов укрылась в Доме оружия, – объяснил утус Окрен.

– Очень плохо, – спокойно заметил Нарт.

– Это ещё не все новости: в Доме оружия укрылся Главный оружейник.

– Вы уверены? – недоверчиво спросил Нарт.

– Абсолютно, – ответил утус Окрен. – Когда мы блокировали дома Вестей и Казны, а также полностью окружили площадь, витус Окрен лично пытался пойти на переговоры, выяснить, что происходит и пытался морально воздействовать на преторианцев силой своего авторитета.

Нарт призадумался. Отлично разработанный план дал серьёзный сбой. Взять Главного оружейника в его личном доме на Чайной улице было бы гораздо легче. Быстрей всего витус Юкож был на работе, когда манипулы блокировали Дом оружия. Быстрей всего он же приказал охране Домов вестей и Казны усилить охрану Дома оружия. Умно, чёрт побери, очень умно.

За последние два месяца было предостаточно случаев разглядеть Дом оружия в деталях и подробностях. Если коротко, то Дом представляет самую настоящую крепость в миниатюре. Окна первого этажа узкие, как бойницы, не пролезть. Окна на втором этаже не намного шире. Крыльцо высокое, двери крепкие, снести их тараном будет весьма проблематично. Ещё есть маленькая калитка на правом торце здания, но прорваться сквозь неё ещё сложнее, чем через центральный вход. Зато витус Юкож, как самый опасный из всех высших сановников, точно не успел удрать из Тивницы – очень хорошая новость. В противном случае он вполне мог повести все три штатных легиона на штурм столицы.

– Есть ли какие-либо известия от штурмовых групп? – спросил Нарт.

– Так точно, – ответил утус Окрен. – Незадолго до вашего прибытия на площадь прибыли Восемнадцатая и Двадцать седьмая манипулы.

– И? – нетерпеливо произнёс Нарт.

– Ваше задание выполнено, дом Управителя…. Взят, – на последней фразе утус Окрен споткнулся.

– Где они? – с трудом сдерживая нетерпение, спросил Нарт.

Из темноты выступил один из бойцов Разведывательной манипулы.

– Они здесь, витус.

В потёмках разведчика не узнать, но он точно сопровождал штурмовую группу, которая взяла дом Управителя.

Нарт без лишних слов протянул руку. Разведчик тут же положил в ладонь печать-перстень и тяжёлый золотой значок.

– Свет, – скомандовал Нарт.

Рядовой преторианец поднёс небольшой фонарь. Стекло, которое защищает огонёк от ветра, не совсем белое. В зеленоватом свете отлично виден печать-перстень и золотой значок – символы власти Управителя Тивницы.

Нарт поднёс золотой значок к зеленоватому фонарю. Столько раз доводилось видеть этот значок на груди витуса Ришора, но только сейчас представилась возможность как следует разглядеть его: по форме и по размерам точно такой же, как и значок Легата, рисунок другой. Вместо совы и мечей символическое изображение городских домов. Причём на заднем плане, за трёхэтажными домиками, возвышается громада Утёса. Печать-перстень, если приглядеться, уменьшенная и несколько более упрощённая копия золотого значка.