Читаем без скачивания Мятежные сердца - Браун Вирджиния

– Надеюсь. Даже если это разлучит меня с Диланом, я буду рада вновь увидеть зеленые луга Англии.

Анжела не ответила, она просто не смогла этого сделать. Мысль о расставании с Сейбром мучила ее, не давая покоя. Что делать, когда придет время прощания?

На берегу через равные интервалы горели костры, оранжево-красные языки пламени, рассыпая тысячи искр, взлетали в темное небо. Кит расположился на скале и задумчиво вглядывался в то, что происходило на ночном пляже. Близлежащие заросли изобиловали всевозможной дичью, поэтому некоторые члены экипажа не упустили возможности добыть на ужин свежатинки. В воздухе чувствовалась атмосфера празднества и вседозволенности, хотя пиратам и дали строгие указания по поводу употребления рома. Приказ вызвал недовольный ропот и несколько негодующих жалоб, но капитан остался непреклонен. У него не возникало желания быть захваченным врасплох. Уже имелся печальный опыт, когда некоторые корсары, приняв изрядное количество рома, оказывались неспособны дать отпор при внезапном нападении. Сейбр, конечно же, не хотел войти в их число.

– Мы должны закончить чистку уже к завтрашнему утру, – сказал Турк, подойдя к нему. Пенные брызги долетали до скалы и разбивались у их ног. – Признаюсь, я испытываю облегчение от того, что эта работа наконец закончена. В городе я слышал тревожные слухи, будто здешние власти намереваются избавиться от присутствия пиратов на их территории.

– Да, я тоже это слышал. – Кит взглянул на потемневшее небо. На горизонте все было спокойно, лишь мелькали белые крылья чаек, казавшихся розовыми в свете заходящего солнца.

Черт возьми, Сейбр явственно ощущал нарастающее чувство беспокойства, причину которого ему никак не удавалось определить. Казалось, особых оснований для беспокойства не возникало, однако странные мысли постоянно терзали капитана. Интуиция подсказывала ему, что вот-вот произойдет нечто непредвиденное.

– Сегодня поставим на скалы дополнительную охрану. Также необходимо предупредить людей, чтобы они не расслаблялись. – Кит взглянул на Турка и увидел в его глазах молчаливое согласие. У помощника тоже появилось какое-то предчувствие.

– Вы понимаете, – помолчав, нерешительно начал великан, – команда весьма расстроена вашим последним приказом. Мы слишком долго находились в море без отдыха, поэтому сейчас, считают они, следует воспользоваться моментом, чтобы как следует перевести дух.

– Ах, что-то не нравится мне эта последняя ночь. Перед лицом палача и возможностью повиснуть на рее ночь пьянства и блуда означает ничтожно мало.

– Я с этим полностью согласен, – кивнул Турк. – Тем не менее большинство членов команды весьма угрюмо приняли это к сведению и уж менее всего настроены слушать объяснения.

– Рид?

Гигант едва заметно улыбнулся:

– Вы, как всегда, правы. Рид – зачинщик беспорядков. Он, впрочем, уже давно находился в весьма расстроенных чувствах. – Знаю. Если он не подчинится приказу, я Позабочусь о нем надлежащим образом.

– Как и в прошлый раз? – гигант некоторое время пристально смотрел на капитана, и Кит понял намек.

– Он того заслуживал. Любой другой капитан уже давно повесил бы его за неподчинение. Я же ограничился росписью его спины.

– Я прекрасно знаю об этом, да и остальные тоже. Однако мистер Рид по-прежнему убежден, что по отношению к нему допущена вопиющая несправедливость. Он считает вас тираном, узурпировавшим власть.

– Ну, это уж чересчур, – Кит отошел на несколько шагов. – Думаю, что ты слишком часто употребляешь в своей речи слово «тиран».

– Боже мой, ведь литературному английскому меня учил не кто иной, как вы. Разве это мешает нашему разговору?

Начиная чувствовать раздражение. Кит отрезал:

– Ну хватит, Турк. Кажется, наша дискуссия зашла слишком далеко.

– Неужели в отношениях между нами опять появилась враждебность?

– Похоже, в последнее время мы только этим и занимаемся, – мужчина пригладил волосы. – По крайней мере, Анжела не является камнем преткновения. Это я для того, чтобы сменить тему.

– Да, но раньше-то было по-другому… Турк посмотрел на берег, а Сейбр проследил за его взглядом. Навес, сделанный для девушки, несколько провис под воздействием ветра. От других палаток его отличал лоскуток зеленого шелка – предупреждение, как выразился Дилан, членам команды не подходить близко. В его глубине виднелась фигурка Анжелы, склонившейся над книгой. Целыми днями капитан старался держаться от нее как можно дальше, но каждая клеточка его тела напоминала о том, что он был близок с этой женщиной.

Сейбр посмотрел на собеседника:

– Не будем говорить об этом. То, что произошло между нами, тебя не касается.

– Не могу с этим согласиться. Кит изумленно поднял бровь.

– Почему ты продолжаешь все время вмешиваться?

– Вы ошибаетесь, капитан, если считаете, что мой интерес к девушке основан на чисто физическом влечении. Она мне нравится, я восхищаюсь ее силой духа, ее мужеством и ее сердцем. Мне не хочется, чтобы вы все испортили.

– Испортил?! Вот, значит, как ты это называешь…

– За отсутствием лучшего термина, да. Сейбр прищурился.

– Тогда, что ты имеешь в виду? Немного помедлив, собеседник решился:

– Вы действительно хотите знать мое мнение или же выказываете обычное любопытство?

– Никакого любопытства. Я хочу узнать, как, по-твоему, нужно обращаться с юной дамой, попавшей в руки отъявленного негодяя.

– Итак, вы согласитесь с тем, что…

– Очевидно, ты имеешь в виду употребление, нет, скорее, значение слова «отъявленный». Но я думаю, что по этому вопросу никаких недоразумений как раз возникнуть и не должно.

– Кто знает… – Турк пошевелился, и пенные брызги оставили на его босых ногах мокрые следы. – Я считаю, что вы желали мисс Анжелу с самого первого мгновения вашей встречи. И только ваше прирожденное чувство благородства не дало вам овладеть ею в первую же ночь после захвата «Испытания». Я это увидел и понял, поэтому пытался вас предупредить. Теперь девушка находится в водовороте эмоций, а вы не желаете довериться своим чувствам.

– Позволь мне назвать вещи своими именами – ты злишься, что я не овладел ею в первую же ночь или что я вообще дотронулся до нее?

– «Злишься» – не совсем подходящее слово. Для описания своих чувств я бы выбрал «расстроился».

– Черт бы тебя побрал, Турк, – Сейбр сделал шаг назад, ощущая при этом то ли гнев, то ли удивление. – Неужели я должен влюбляться в каждую щебетунью, с которой сплю?

– Это вовсе не обязательно. Вам не следовало спать с юным созданием, которое имело несчастье влюбиться в вас. Кит, я был о вас лучшего мнения. Вы воспользовались ее хрупкостью, невинностью и теми чувствами, которые она испытывала к вам.

– Неужели ты заранее знал, что я намеревался делать?

– К несчастью, не знал, но и вы, кажется, не отдавали себе в этом отчета, – гигант внимательно посмотрел на собеседника, чью белую рубашку свободного покроя, словно паруса, надувал ветер. – Настало время остановиться и поразмыслить над своими дальнейшими действиями. Это, может статься, окажется для вас важнее, нежели те поиски, которыми вы занимались столько лет. Их результаты могут вам не очень понравиться.

– Хватит, достаточно, ты уже и так тут наговорил много! – процедил Кит. – Гм… – Турк набрал в легкие воздуха. -Похоже, я не вовремя высказался. Почувствовав в его словах укоризну, Сейбр окончательно потерял терпение. – Когда это я успел стать таким деспотом, что могу причинить вред беззащитной женщине? Я не смог этого сделать даже тем, кто этого действительно заслуживал!

– Друг мой, существуют другие, помимо физического насилия, способы навредить другим. Внешние признаки увечий, вроде синяков или шишек, являются наиболее простым делом и быстро заживают. Внутренние же раны причиняют ужасные страдания и могут никогда не зажить. Думаю, вам это состояние хорошо известно.

Сказав все, что хотел, Турк повернулся и пошел прочь. Его большая могучая фигура отбрасывала на песок длинную тень. Кит, не делая попытки остановить друга, молча проводил его глазами. Мысль о правоте этого человека не очень-то сняла напряжение. Хотя физически Сейбр не причинял Анжеле ущерба, он понимал, что девушка очень рассчитывала на его ответные чувства.