— Ты вовсе не плох в поцелуях.
Он смеется, уткнувшись мне в шею.
— Ты должна знать, что могу сделать это намного лучше, чем в ту ночь.
Он аккуратно целует меня под ухом — в том самом месте, где оставил след в субботу. Я с неохотой отстраняюсь, понимая, что могу потерять голову и запереться в офисе на весь день.
— Ладно, мне нужно вернуться, — говорю я, отстраняясь от стены. — Увидимся позже, чтобы поговорить, — я невинно подмигиваю через плечо. — Что бы ты ни сказал, Тео.
Глава 21
Тео
Наверное, это были самые долгие четыре часа в моей жизни.
Они трудились с самого утра, поднявшись на ноги ради этого «безумного веселья». Устанавливали столы, расставляли декор, подготавливали витрину за барной стойкой, избавлялись от брезентов, укрывавших скамейки и все, что касалось тканей. Я начал помогать расставлять стулья, пока Джуди не бросила на меня взгляд, ясно дававший понять: «Хватит уже, эта работа не для тебя». Я уловил ее сигнал и бездельничал, хотя по сути мне хотелось помочь.
Казалось, они почти справились. Джуди подметала пол в том месте, где ожидалась доставка живой стены днем, а большая часть команды уже разошлась. Я чертовски радовался этому, потому что если пришлось бы провести еще хоть минуту в неведении о том, что, черт возьми, происходит между нами, я просто взорвался бы.
Между теми безумными минутами в офисе и текущим моментом эйфория рассеялась, уступив место чему-то реальному и неприятному. Мы поцеловались в выходные, и что с того? Мы не новички во флирте, не гнушаемся физической близости. Черт, я побывал внутри нее, и оказалось, что это не значит абсолютно ничего.
Я был рад — нет, взволнован — когда она не запаниковала из-за этого. Но сейчас? Это только усугубляло чувство тревоги. Мне приходилось изо всех сил сохранять спокойствие, быть опорой для нее, чтобы Джуди не начала терять самообладание. Не хотел, чтобы это стало причиной нашей отсталости. Но за последние четыре часа мне не раз приходило в голову, что ее спокойствие может означать лишь одно — это ничего не значит.
— Я ухожу, — обращается к Джуди, стоявшей с Дженной, последний член команды. — Вас подбросить в офис?
Какое глупое предложение. Она никуда не уедет, пока не избавит меня от этой муки, одним способом или другим. Я начинаю раздумывать над тем, как бы ее оставить, но Джуди меня опережает.
— Мне еще нужно проверить несколько финальных бюджетных данных, — говорит она. Наши взгляды встречаются, и в ее глазах я читаю надежду. — У тебя есть еще немного времени?
Я бы отдал всю свою жизнь, если бы она только этого захотела.
— Конечно, никаких проблем, — отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.
Дженна не теряет времени.
— И хоть звучит захватывающе, я думаю, это сигнал, Джереми, — она направляется к холлу, подзывая его за собой. — Пойдем, прежде чем умрем от скуки.
Эта девушка заслужила бесплатные напитки на всю жизнь с того самого дня, как мы открываемся.
Наконец-то!
Дверь с глухим стуком захлопывается, и такое ощущение, что мы только что сбежали от строгого надзирателя. Я делаю несколько шагов, стремясь сократить расстояние между нами, пока Джуди осматривает комнату.
— Вот только сейчас до меня дошло, — произносит она, — что через четыре дня все это закончится.
Я не знаю, о чем именно она говорит. О проекте? Или о нас?
И в тот же миг это осознаю и я. Никогда не приходило в голову, что завершение проекта может означать прощание. Как же это глупо. Конечно, может. Я теряю единственное оправдание, чтобы продолжать что-то. Если она не хочет чего-то большего, какая причина продолжать видеть друг друга каждый день? Даже дружба не сможет это объяснить.
Она бросает мне меланхоличный взгляд, с легкой улыбкой на губах.
— Можешь поверить, что мы справились?
Я обвожу взглядом лаунж: обветренные полы, чистые окна, пропускающие солнечный свет, кусочки стали и бетона, все здесь словно дышит жизнью.
— Все благодаря тебе. Да, я могу в это поверить.
Ее лицо озаряется улыбкой, глаза чуть краснеют и становятся влажным.
— Слезы счастья, — говорит она, уловив тревогу на моем лице. Джуди осторожно вытирает уголки глаз. — Я не была так счастлива… знаешь… Прошло много времени, — она глубоко вздыхает и чуть трясет головой. — А ты! Поздравляю! Ресторан номер четыре. Каково это?
Бессмысленно. Вот каково.
Я плохо скрыв чувства. Она сморщивает нос.
— Что случилось?
— Все накрывает и меня.
Она вдруг говорит:
— У меня есть идея.
Джуди берет меня за руку и почти тащит через лаунж. Кажется, она до сих пор не понимает, что я пойду куда угодно. На кухне ставит меня у края рабочего стола, где когда-то стоял ее письменный стол, и прижимает руки к краям, образуя своего рода барьер.
— Когда я была маленькой, мама готовила удивительный шоколадный соус, которым мы поливали мороженое. «Санде» по воскресеньям — понимаешь, о чем я? Но когда становилось грустно или я волновалась, просто ела его прямо из банки. И это всегда помогало.
Она смотрит на меня с широко распахнутыми темными глазами, ожидая, когда я осмыслю слова.
Я наклоняю голову, смеясь.
— Ты собираешься сделать для меня шоколадный соус, Холланд?
Джуди отскакивает и кладет руки на бедра.
— Ну, дело в том, что я не знаю, как готовить шоколадный соус, и этот рецепт не хочу портить. К счастью, у нас прямо здесь есть отличный шеф-повар.
Я фыркаю, стирая улыбку с лица.
— Ты что, предлагаешь мне самому сделать шоколадный соус, Холланд?
— Пожалуйста.
* * *
Приготовление шоколадного фаджа55 — десятиминутное занятие.
Но, черт возьми, если это не одни из лучших десяти минут в моей жизни. За последний месяц она взяла на себя все заботы во время обеда, готовя каждый день, пытаясь доказать свою точку зрения после шутки о «Чириуз». Но сегодня Джуди словно порхает. Скачет по кладовой и кухне, будто это все ее территория, сверкая и внимательно наблюдая за мной, задавая вопросы, протягивая ложки, мерные стаканчики и венчики.
Вот уже не в первый раз меня посещает эта мысль: каково жить с ней? Один момент — подавляющее чувство, другой — невыносимая радость. Сама мысль о подобной жизни просто сбивает с ног. Уничтожает, когда вспоминаю, что это не моя судьба.
Сейчас на плите стоит огромная кастрюля с фаджем, который мы готовим в неимоверных количествах. Я снимаю блендер с полки на заднем плане кухни и поворачиваюсь, чтобы увидеть, как Джуди смеется и засовывает палец в кастрюлю. Она смотрит на меня с виноватой улыбкой, вытаскивает палец изо рта с забавным хлопком.
— Ты не должен был это видеть, — с легким смущением произносит она.
— Что именно? — спрашиваю я, тоже засунув палец в кастрюлю, а затем в рот, выключая плиту.
— Почти готово, — говорю я, снимая крышку с блендера.
— Мама никогда не пользовалась блендером, — говорит она.
Мне нравится, как легко она говорит о семье с тех пор, как в выходные разрушила стены.
— Секретный трюк. Береги волосы, — говорю я, осторожно прикасаясь к одному из ее волосков, который повис слишком близко к краю кастрюли.
Внутри проскальзывает желание закрутить прядь вокруг ладони, притянуть Джуди к себе, прижать к стене. Но вместо этого я отпускаю, и ее глаза задерживаются на мне.
Я кашляю и указываю на блендер.
— Ладно, выливай сюда. Я схожу за банками.
— Так значит, я, получается, твой су-шеф56? — кричит она, пока я возвращаюсь в кладовую. — Запишу это в резюме.
Черт, я без ума от этой девушки. И не знаю, как долго смогу это сдерживать.
— О, горячо! — выкрикивает Джуди с кухни. — Тео, у меня тут небольшой бардак.
Я вытаскиваю палету с банками с полки. На кухне Джуди успела вылить содержимое кастрюли как в блендер, так и вокруг него.
— Он был тяжелее, чем я думала. Извини.
— Перестань извиняться за ерунду, — говорю я, хватая тряпку с полки.
