и убеждаясь, что я принял информацию, дед добавил. — Нужна кровь.
Недовольно поморщившись и со вздохом оглядывая пещеру, я пришёл к крайне неутешительным выводам — сокровища предков мне не светят.
— Что-то ещё для меня в этой пещере есть? — ни капли не сомневаясь в моментально принятом решении, сухо промолвил я.
— Да. Моя сила и знания, которые удалось сберечь от распада за прошедшие десятилетия.
— Принимается. — тут же кивнул я, силой телекинеза притягивая витавшую в пяти метрах от меня сущность к себе вплотную.
Полученное следом же приятное ощущение растекающегося по груди тепла, немного подняло настроение и взбодрило. Но разбираться с очередной сущностью, поселившейся в моей голове, пока что не было ни желания, ни времени. Поэтому повернув голову к ежу, я громко произнёс:
— Давай колючий, пошли домой. Больше нам делать здесь нечего.
Возникшая тишина, казалось, будто бы била по ушам, а взгляд ежа в эту секунду, врезался в мою память на всю жизнь. Удивлённый, даже немного шокированный, он смотрел на меня и явно до конца не верил в происходящее.
Глаза Бобы в этот момент и вовсе было не описать словами. Я готов поклясться, что заметил появившуюся в них слезинку, прежде чем колючий развернулся ко мне спиной и стал формировать рамку зарождающегося портала.
Если бы не крылья, прицепленные нами к его тушке и торчавшая сверху голова убитого орла, можно было бы даже без преувеличения назвать исполинского колючего монстра милым в эту минуту. Но увы. Примеренный сегодня Бобиком образ, подобных эпитетов исключал.
— Я в тебе не сомневался, Леха. — ощутил я руку Степана на своём плече, прежде чем мы покинули это отразившееся в моей памяти неприятными воспоминания место.
— Спасибо.
* * *
К моей радости, наша со Стёпкой пропажа для руководства школы, и почти всего остального мира, явно ввиду праздничных дней, осталась незамеченной.
Вернувшись к родным пенатам, мы с товарищем дружно завалились на койки, пользуясь редкой, в условиях жизни в нашей школе, возможностью хорошенько выспаться. А вот когда я уже проснулся и после всех утренних процедур взял телефон в руки, то с небольшим волнением в душе отметил короткое сообщение от Его Светлости:
— Лёха, время пришло.
— Принял. — также коротко ответил я князю и уперевшись взглядом в окно ненадолго завис, наблюдая за густым снегопадом.
— Ну что, Степка, как тебе спалось? Мозги ночью никто не клевал? — услышав как товарищ проснулся, негромко бросил я.
— О нет, это только твоя забава. — лениво отмахнулся он.
— Я тебя обрадую: вчерашнее решение как следует выспаться, было чертовски верным. Мы, как говорится, прибыли с корабля на бал.
— Неужели начинаем? — мигом взбодрился Астапов, догадываясь о чём идёт речь.
— Только сначала позавтракаем. — утвердительно кивнул я головой.
* * *
Проснувшись в гостиничном номере класса люкс, который был снят вместо служебной квартиры выделенной Белорецкими, Игнат Владимирович поднялся с кровати и накинув халат направился в душ.
Насладившись водными процедурами, а затем и утренним кофе, мужчина занял одно из мягких кресел и разблокировал экран смартфона.
— Витя, ты мне звонил.
— Да, господин майор. — моментально отозвался подчинённый. — Тут в офис люди прибыли. Поговорить с вами хотят.
— Что ещё за люди? Они в курсе что все отдыхают? Второе января…! — недовольно проворчал Лобковский.
— Боюсь, эти ребята к минувшему празднику относятся весьма прохладно. — коротко усмехнулся собеседник и добавил. — Светлые наведались. Говорят по делу. Как-то связано с нашим пацаном.
— С пацаном? — заинтересовался майор. — Любопытно, конечно. Пусть ждут, скоро приеду.
Дорога до полицейского участка не заняла много времени, поэтому уже через полчаса Игнат Владимирович сидел за столом в своём кресле, с интересом наблюдая за усаживающимися напротив двумя мужчинами.
— Итак, чем обязан? — удерживая безэмоциональную маску на лице начал хозяин кабинета.
— По полученной нами информации, выяснилось, что мы с вами имеем общие интересы, господин майор. — произнёс тот из вошедших, что был немного постарше, после чего замолчал.
— Эм… не уверен. — поджав губы бросил Игнат Владимирович и уставился на церковника, очевидно предлагая тому более ясно выразить свои мысли.
— Обломов Алексей. Цель вашего визита в Тюмень этот парень. Нас он тоже интересует.
— И в чём же общий интерес? — поморщился офицер, раздражаясь манере собеседника выдавать информацию небольшими порциями.
— Задержать, арестовать и вывезти из княжества, полагаю. Не такой ли разве был у вас план?
— Возможно. — кивнул на сказанное офицер. — Но результаты расследования изменили мои планы. Как оказалось, дело несколько сложнее, чем мне виделось изначально. Есть вероятность, что Обломова подставили. — сам не веря в то, что приходится это произносить вслух, промолвил Игнат Владимирович.
— Мы это предвидели. — спокойно кивнул фанатик. — Полагаю, Тенишевы ввиду произошедшего резко изменили свои намерения и оплатили вам «изменение результатов расследования». Вы, кстати, в курсе что произошло с графом Тенишевым и бароном Коломойцевым?
— Если честно, судьба этих благородных мне безразлична. — не стесняясь бросил майор. — Мне было поручено расследовать дело Обломова и я не понимаю ваших оскорбительных намёков. Будьте добры покинуть кабинет, у меня много дел. — сжав челюсть и исподлобья оглядывая собеседников, сдерживая раздражение бросил майор.
— Не стоит гневаться. — даже и не думая подниматься с места продолжил церковник, сохраняя абсолютное спокойствие и невозмутимость. — Как вы работаете нам доподлинно известно. И будьте уверены, что мы не имеем цели вас как-то упрекнуть или дай Боже шантажировать. Напротив, у нас к вам весьма заманчивое предложение, господин майор.
В помещении повисла длинная пауза, в ходе которой присутствующие долго и многозначительно переглядывались между собой.
— Излагайте. — наконец бросил Лобковский, прищурившись разглядывая оппонента.
— Как я говорил ранее, наши интересы совпадают. Мы желаем, чтобы вы всё-таки арестовали парня и вывезли его из княжества. Неужели, вы, господин Лобковский, готовы мириться с окружающей этого молодого… — на этих словах церковник замялся, явно подбирая слово помягче. — засранца, всеобщей поддержкой? Неужели не имеете желание поставить его на место?
— Сладко поёте, господин хороший. В чём суть предложения?
— Суть его проста. — кивнул фанатик. — Вы возвращаете деньги Тенишевым и берёте наши. К слову, мы предлагаем в два раза больше. — наслаждаясь произведённым эффектом, он продолжил. — После чего вы арестовываете Обломова и увозите его в Москву.
— И зачем вам это? — неожиданно для собеседника бросил Игнат Владимирович.
— Что, простите?
— Зачем вам это всё? У церкви стали такие короткие руки, что она не способна решить этот вопрос самостоятельно? — позволил себе лёгкую ухмылку Лобковский.
— Несмотря на то, что это не ваше дело, я вам отвечу, господин майор. — сдержанно начал светлый. — Нам проще и дешевле с вашей помощью легко и просто вывезти отсюда пацана, нежели проводить полноценную боевую операцию, рискующую вылиться в
