Хатчрян подмигнул, и Ярослав мысленно поморщился – что это ещё за новости?
- Простите, Самвел Арамович, но девочки – лишнее. У меня невеста есть.
- Ай, дорогой, прости, не подумал! – буквально просиял продавец участка. – Раз невеста, тогда, конечно, только шашлыки и прочие яства. Ну и сауна – косточки размять. Сейчас только позвоню названному брату, чтобы готовились. И едем!
Не обманул – встретили их, как дорогую родню.
Ярослав не успевал запоминать имена мужчин, которые жали ему руки.
- Садись сюда, рядом с Акопом Артуровичем, - порхал Самвел. – Кушай, дорогой! Кушай! Если чего-то хочешь, то только скажи: всё будет!
- Давно хотел познакомиться, - через некоторое время произнёс сосед. – Вижу – неплохой ты человек. Зря Аринэ тебя прятала. Но больше некуда оттягивать – свадьба на носу, а мы будущего зятя только на фото и видели. Вот, решил не ждать, а сам проявить инициативу.
И Ярослав поперхнувшись, закашлялся.
- Аринэ?! Свадьба?
- Отец ей непутёвый достался, - с невозмутимым видом продолжал новый знакомый. – Сначала сестру мою с толку сбил, убёгом замуж взял. Потом дочку на свой манер назвал – Ирина. А под конец бросил жену и ребёнка. Если бы Анаит не вернулась в семью, кто знает, что бы с ними было? Да, оступилась сестра, но всё равно родная кровь. Приняли, конечно. Но в Аринэ отцовские гены взяли верх – строптивая выросла, непокорная. Школу окончила, год дома просидела. А потом заявила, что будет поступать в институт и снимет квартиру, чтобы жить отдельно от матери. Я против был – негоже девушке жить одной, но племянница упросила дать ей шанс. И я позволил – жильё ей нашёл и просто деньгами поддерживал. А потом оказалось, что она нас обманула – никуда она не поступила! Просто так жила, в своё удовольствие. Ну а почему не жить, если за всё дядя Акоп платит?
Ярослав слушал, не зная, как реагировать. Уже было понятно, к чему армянин клонит.
- Когда узнал, очень был сердит, - продолжал тот. – Решил забрать Аринэ домой и выдать замуж, пока вольная жизнь окончательно её не испортила. И тут племянница сообщила, что встречается с хорошим парнем, и у вас всё серьёзно. Имя назвала. Мы навели справки и решили, что хоть и не наш ты, но вполне достойный кандидат в зятья. Тем более что и она армянка только наполовину. Успокоились, стали ждать, когда приедешь руки Аринэ просить и начали понемногу к свадьбе готовиться. Но через некоторое время девочка прибежала вся в слезах и сообщила, что ты её бросил. Как же так, Ярослав Владимирович?
- Я не бросал, - возмутился Мудрый. – У нас с Ириной была договорённость – просто… встречи. Без далеко идущих планов и обязательств. Она согласилась добровольно, я не заставлял, не принуждал. Более того, за, скажем так, свои услуги, Ирина регулярно получала хорошее вознаграждение.
- Что ты говоришь?! - Акоп схватился за грудь. – Ай, даже сердце прихватило… Какие такие встречи без обязательств? Она влюбилась и не смогла отказать. Думала, что ты всерьёз! Вот тебе моё слово, Ярослав Владимирович – раз ты соблазнил девочку и взял её невинность, то должен на ней жениться! Иначе…
- Акоп Артурович, - стараясь говорить сдержанно, произнёс Мудрый, уже понимая, в какую ловушку его заманили, – Ирина не была невинна. Я лично знаю одного мужчину, чьей содержанкой она была до меня. Собственно, так она ко мне и попала – тот знакомый расстался с ней, а мне как раз нужна была женщина для необременительного времяпровождения. Мы обговорили условия, Ирина согласилась. И… вот. Поэтому ни о какой женитьбе и речи быть не может! Со всем моим уважением к вам – на таких не женятся.
Акоп пошёл пятнами и дёрнул воротник рубашки.
- Врёшь! Аринэ… не могла! Мы не так её воспитывали!
- Могу познакомить с тем, кто был до меня, - предложил Ярослав.
И только тут заметил, что за столом они остались вдвоём. Остальные сотрапезники во главе с Самвелом и его названным братом сгрудились в дальнем углу просторной комнаты и изо всех сил делали вид, что смотрят телевизор.
- Женись на Аринэ! – внезапно выпалил Акоп. – Она неплохая, просто запуталась. И гены её отца-проходимца, сыграли свою роль. Но с хорошим мужем она выбросит дурь из головы и станет достойной женой! Я дам за ней хорошее приданое, и этот участок, что тебе приглянулся, Хатчрян уступит, как родственнику, за копейки. Вдобавок ты получишь поддержку диаспоры, а я лично пригляжу, чтобы твоему бизнесу никто не мешал!
- Не могу, - развёл руками Ярослав. – У нас с ней нет будущего, ведь я не люблю Ирину…
Акоп дёрнулся, но Мудрый продолжал:
- Я люблю другую девушку, понимаете? У меня есть любимая, и я её ни на что не променяю.
Глава 28
Николай Латынин дураком никогда не был.
И в жизни встречал всякое, но в подобной ситуации оказался впервые. Поэтому некоторое время не понимал, что ему с этим делать.
Проект откровенно жаль – мало того, что комплекс прекрасный, так он ещё идеально вписывался в участок. Но за много миллионов вместо внятной технической документации и чертежей приобрести красивую картинку?
Не смешно.
Допустим, финансово он не сильно теряет, потому что непременно вытрясет из архитекторов и свои деньги, и нехилую неустойку.
Заплатят, никуда не денутся.
Но что делать с деловой репутацией «Вертолёта»?
Когда станет известно, что вчерашний студент обвел Латынина вокруг пальца, только ленивый не потопчется по имени строительного магната. И плевать, что они все также купились на «Грани будущего» и даже боролись за право их приобрести! Главное, что в глазах коллег он, Николай, теперь не победитель, а лох. А это значит, что рано или поздно его попытаются нагнуть, обмануть, подставить. Многие давно мечтают сместить его холдинг с заслуженного места лучшей строительной компании России. А в идеале - вообще уничтожить: обанкротить и разбить на мелкие, ничего не значащие компании.
Допустить это Латынин никак не мог. Но в данной ситуации от него самого почти ничего не зависело. И единственное, что он мог сделать, чтобы надёжно пресечь вероятные слухи и домыслы – построить этот комплекс.
И он бы с радостью, да чёртов архитектор, похоже, понятия не имел, как исправить чертежи!
Обычно Николай соображал быстро. В условиях цейтнота и патовой ситуации его мыслительные способности ещё ускорились.
«Видов насмерть перепуган, толку от него пока никакого. Но есть ещё Ройсман. Академик должен быть в курсе, как-никак дочь замешана. Да и его слово в архитектурном мире далеко не последнее».
Решив, что лучше поговорить с Вениамином с глазу на глаз, Николай отправился к дому, где проживал тесть Видова.
Без предварительной договорённости.
Да, рисковал – академик мог отсутствовать или отказаться от встречи. Поэтому Латынин пренебрёг ещё одним правилом этикета – явился в семь утра, когда хозяин наверняка находился дома. А чтобы не нарваться на «от ворот поворот», передал с прислугой пару слов.
- Кто?! – Вениамин возмущённо вытаращился на горничную.
- Латынин Николай Алексеевич, - повторила та. – Простите, я говорила, что вы ещё спите, но он сказал, что дело не терпит отлагательства, и вы не похвалите, если упустите шанс.
- Где он? – рыкнул Ройсман, мысленно расчленяя незваного гостя на сувениры.
- Внизу, - пискнула прислуга. - Господин настойчиво попросил передать, чтобы прежде чем принимать решение, вы заглянули в мессенджер.
- Настойчиво попросил, говоришь? Этот строитель совсем обнаглел! Мало того, что явился без предварительной договорённости, причём, ни свет ни заря, так он ещё смеет указывать, что мне делать? – бурча под нос, Ройсман завязал пояс халата и отошёл от двери к прикроватной тумбочке – взять сотовый.
Поднял гаджет, включил его и поводил по экрану пальцем, снимая блокировку.
Вверху дисплея горел значок входящего сообщения.
Вениамин ткнул в него и замер, рассматривая открывшуюся картинку.
Презентация «Граней». И подчёркнуто жирным имя его дочери рядом с именем Видова: автор и, мать его, соавтор проекта!
