нечто, отдаленно похожее на массивного сгорбившегося, словно к чему-то принюхивающегося, неповоротливого то ли человека, то ли собаки. Ли Мин поспешила опустить глаза, чтобы не лишиться присутствия духа и остатка самообладания.
Сделав неуклюжий, стремительный шаг, оно издало угрожающее низкое шипение, а потом Ли Мин услышала:
— Ну, наконец-то! Быстро ты бегаешь… Что я с тобой сейчас сделаю…
Тварь подошла к ней вплотную и прошипела:
— Я пришел за тобой…
— Ну, пришел… и как бы что? — с вызовом буркнула Ли Мин, шагнув назад, в дом.
Нечто ринулось на нее с превосходством своей силы и полным правом получить свою добычу, но наткнулось на невидимую преграду. Разглядев у своих ног светящиеся линии пентаграммы, оно поджало узловатые корявые пальцы, чтобы даже кончиком длинных когтей не касаться их. А девушка, чтобы не видеть монстра, не поддаваясь искушению рассмотреть его, с силой зажмурилась.
— Посмотри на меня, Ли Мин… — жалобно попросил сиплый голос.
Еще чего! И так понятно, что оно страшилка, чтобы еще и любоваться им. К тому же за его скользким жалобным требованием явно скрывался нехороший подвох, так что откликаться не было никакого желания. Тем временем оно все продолжало шепеляво нудить и канючить: «Ли Мин… Ли Мин… посмотри сюда… Ну же… Ли Мин… Ли Мин…».
Но ученица лекаря просто стояла запертая в круге, пока урод звал ее по имени, бегая вокруг, канюча: «Посмотри, посмотри, посмотри, посмотри сюда!», но девушку будто парализовало. Инстинкт самосохранения велел оставаться на месте и не двигаться. И, главное, не открывать глаза. Ни за что!
— ТЫ ЖЕ СЛЫШИШЬ МЕНЯ, Я ЗНАЮ!!! ПОСМОТРИ на меня, только одним глазком, глянь! Давай! — надрывалась нечисть.
Чтобы хоть как-то ослабить страшное давление на ее мозги и слух, Ли Мин начала читать первое, пришедшее на ум, стихотворение «К дубу» поэтессы Шу Тин, представительницы «туманной» поэзии.
Если я тебя полюблю,
То не стану, лиане подобно,
Обвивать высокие ветви,
Выставляя себя напоказ.
Если я тебя полюблю, я…
Тварь перешла на сиплый срывающийся крик так резко, что Ли Мин вздрогнула. Она орала, тараторила ни на миг не останавливаясь, чтобы перевести дыхание, не позволяя Ли Мин собраться с мыслями:
ПОСМОТРИПОСМОТРИПОСМТОРИСЮДАЭЙНУЖЕПОСМОТРИПОООСМОООТРИИИИИИ!!!
…не буду, подобно птице,
Ослепшей от глупой любви,
Раз за разом петь скучную песню
В зелёной-зелёной листве.
И я точно не стану ключом,
Дарящим прохлады спасенье.
Голос перешел на визг, и вдруг… все стихло. В ушах звенело от только что зашкалившего пронзительного вопля, как и от резко наступившей тишины. Ни звука. Ни единого. Ли Мин выдохнула, но глаз так и не открыла. Ее сознание цеплялось за стихи, что она читала, и она медленно проговаривала спасительные слова.
И я точно не стану вершиной,
Что возвысит над миром тебя.
Я хочу быть лишь хлопковым древом,
Что корни с твоими сплетёт —
И никто этих слов не поймёт.
У тебя — ствол железный и ветви
Словно нож, словно меч, алебарда.
Стоило Ли Мин подумать, что все закончилось, как над ухом раздался голос… нет, это был даже не голос, это было какое-то сплетение голосов: мужского, одновременно женского, и какие-то фоновые визги, как зажеванная магнитофонная пленка.
— ПОСМОТРИ СЮДА! ПОСМОТРИ НА МЕНЯ! ПОСМОТРИ
У меня алым полны бутоны,
Тяжелы, словно вздохи мои.
И ярче, чем факелов цвет.
Мы разделим и бурю, и холод,
Насладимся туманами, дымкой,
Что окутает горы с утра,
И на радугу будем смотреть.
Кажется, целую вечность поток выкрываемых голосов продолжал литься на нее. Сквозь закрытые веки проступили слезы. Может, открыть глаза? Ну, увидит она что-то ужасное, ну убьет оно ее, зато эта пытка, наконец, прекратится?
Будто поняв, о чем Ли Мин думает, голоса начали говорить с еще большим убеждением и настойчивостью. Ли Мин уже не могла все это выдержать и готова была поддаться, как вдруг где-то на другом конце деревни коротко кукарекнул петух. Крики тут же стихли. Сквозь плотно сомкнутые веки девушка чувствовала слабый, едва намечающийся рассвет, но глаз открыть не смела. Просто не могла. Тявкнула Ленточка и Ли Мин рухнула на пол, потеряв сознание.
Очнулась в холодное, пасмурное утро, когда туман глушил все звуки. Первой кого ученица лекаря увидела была вдова Е, и тут же шарахнулась от нее, вжавшись в стену, глядя на недоумевающую женщину затравленным взглядом.
— Ли Мин, успокойся, ты победила нечисть. Мы нашли тебя утром, прибежав сразу, как услышали вой Ленточки, потом увидели в магическом круге тебя, лежавшую без чувств, а рядом дохлую шелудивую собаку. Маг Фэй Я сжег эту падаль, а лекарь Бин вытягивал из твоего раненного плеча вредную ци темной магии. Ты же все бормотала о каком-то возмездии во имя Луны.
Так ее старички вернулись! А вскоре она увидела их самих, потрепанных, изможденных и перепуганных, слава всем богам и демонам, живых и даже без всяких травм. Поняв, что опасность миновала и с их подопечной все в порядке, старики, отоспавшись и отдохнув принялись колдовать над новой составляющей лекарства, вывалив на стол отвратительных желтых личинок и Ли Мин, которую начало откровенно тошнить, быстренько отвернулась к стене. По-осеннему накрапывал нудный дождь, погода была не самая приятная, но для Ли Мин этот день казался самым прекрасным днем в ее жизни, потому что рядом с ней были ее старики.
После Ли Мин дала волю чувствам. Хлюпая носом и жалуясь, как ей было страшно, она плакала на плече мага. Лекарь же, сидел напротив, то и дело виновато взглядывая на нее.
Глава 13
Вылазка
Лекарь Бин успокоил свою ученицу, когда осмотрев ее плечо, а заодно и Ленточку радостно крутившуюся тут же под ногами, сказал, что осложнений с ее раной не будет. Отоспавшись и отдохнув, старички принялись колдовать над новой составляющей лекарства, вывалив на стол кучу отвратительных желтых личинок. Хотя Ли Мин уже мало что могло напугать, все же она быстренько отошла. С некоторых пор, она стала слишком чувствительна ко всякой мерзости, что непозволительно для медиков у которых должна быть крепкая психика и железные нервы.
Само собой, последовали дотошные расспросы и после того как Ли Мин рассказала все с чем ей пришлось столкнуться в отсутствие старших, она, перво наперво, высказала соображение, что колдун сумеречных, по-видимому, отыскивает заброшенные хижины, чтобы совершать в них отвратительные ритуалы, от которых до сих пор мороз пробирает по коже.
— Это значит, что и Песчаная хижина источник, что вредит Главе и, значит, мне необходимо попасть к ней и разобраться с этим вместилищем черного
