зачем посылать их на озеро Олвин. Там ничего нет.
Это справедливый вопрос, но она не знает ответа.
Виоли
Найти работу во дворце оказалось проще, чем ожидала Виоли. На следующее утро они с Леопольдом приходят на дворцовую кухню и рассказывают убедительную историю, которую они выдумали. Историю о своем путешествии из маленькой деревни в Крискийских горах – местности слишком отдаленной, чтобы кто-нибудь смог опровергнуть их рассказ. Виоли даже подделала письма из вымышленной гостиницы, где ее рекомендовали для работы на кухне, а Леопольда – для работы в конюшнях. Два места, где они лучше всего смогли бы избежать внимания принцессы Дафны и королевы Евгении.
Насколько Виоли знает, в Бессемии принцесса Дафна нередко посещала конюшни, совершая по меньшей мере одну прогулку верхом каждый день, но королевские конюшни во Фриве достаточно велики, чтобы Леопольд мог остаться незамеченным. И даже если их пути случайно пересекутся, Дафна помнит Леопольда лишь по старому портрету, а поскольку его волосы теперь практически черные, маловероятно, что она его узнает – если вообще станет на него смотреть.
Однако, как выясняется, все это не требуется. Как только Виоли и Леопольд появляются у черного хода кухни, главная повариха – женщина лет шестидесяти с вьющимися седыми волосами и темно-карими уставшими глазами – предлагает им работу. Виоли должна помогать на кухне, а Леопольд – привозить продукты из города.
– Я уверена, что такому рослому парню, как ты, в конюшне тоже были бы рады, – говорит она Леопольду. – Но я в полном отчаянии после всей этой катастрофы со свадьбой, и если ты будешь работать на меня, то сможешь жить вместе с женой и работать в одни и те же смены.
Вот так Виоли и Леопольд оказываются на кухне. К сумеркам своего первого рабочего дня они уже измучены, но они прекрасно понимают, что им не стоит жаловаться на труд и спрашивать, в чем именно заключалась катастрофа со свадьбой, о которой упомянула повариха. Леопольд ходит туда и обратно, перенося в кладовую из стоящей снаружи телеги большие мешки с зерном и мукой и катя бочки с элем. Виоли не спускает глаз с большой кастрюли с тушеным мясом, которое приготовила повариха. Она должна помешивать ее содержимое и добавлять специи. Сначала она сочла эту задачу простой, но уже спустя час у нее заболели руки. Хотя, как ей кажется, Леопольду приходится еще тяжелее.
Юноша как раз заносит два больших ведра с молоком, когда повариха роняет скалку, которой раскатывала песочное тесто.
– О Ваше Высочество! – восклицает она, и Леопольд с Виоли замирают. На мгновение Виоли пугается, что та обращается к Леопольду; но затем ее мысли обращаются к двум другим людям того же титула, которых Виоли и Леопольду следует избегать. Но, оглянувшись, Виоли вздыхает с облегчением: повариха обращается к молодому человеку примерно ее возраста с темно-каштановыми волосами и угрюмым выражением лица.
Виоли понимает, что это, должно быть, принц Байр – незаконнорожденный сын короля Варфоломея, который волею судеб стал наследником фривийского трона. Жених принцессы Дафны.
– Нелли, я же просил не называть меня так, – говорит он поварихе, хотя его голос мягок, а улыбка добра. – Ты знаешь меня с тех пор, как я под стол пешком ходил.
– Так-то это так, но теперь вы принц. Что я могу для вас сделать, Ваше Высочество? – отвечает повар.
Принц Байр закатывает глаза, но на его лице по-прежнему читается нежность.
– Ты видела… – Он замолкает, бросая взгляд на Виоли и Леопольда, которые притворяются, что сосредоточены исключительно на своих задачах. – Ты видела Аурелию?
Из услышанной на кухне болтовни Виоли успела понять, что Аурелия – это новый эмпирей. Она слышала, что эмпирей Фрива – Фергал, но, похоже, недавно все изменилось.
– Сегодня не видела, – говорит поварих. – Но моя знакомая, которая работает в конюшне, говорит, что вчера она уехала в высокогорье – сказала, что почувствовала приближение звездного дождя.
Принц Байр раздраженно вздыхает и качает головой.
– Ну хорошо, я все равно утром собирался ехать в ту же сторону.
– Очередная поисковая группа? – спрашивает повариха. – Вы простите меня за эти слова, принц Байр, но до сих пор не обнаружилось ни следа мальчишек. Я не уверена, что завтра что-то может измениться.
Виоли смотрит на Леопольда, и хотя он стоит к ней спиной, ей видно напряжение в его плечах и то, как он ловит каждое слово. Но, конечно, он притворяется, что не обращает на разговор никакого внимания.
– Уже несколько человек сказали, что возле озера Олвин видели двух похожих на них мальчиков, – говорит Байр.
Кухарка не отвечает, но Виоли уверена – она думает о том же, о чем думала Виоли с тех пор, как услышала об исчезновении принцев. Раз их до сих пор не обнаружили и никто не потребовал за них выкуп, то, скорее всего, они мертвы. А то, что слышал Байр, может быть не более чем слухами. Но если принцы действительно оказались у озера Олвин, это вызывает еще больше вопросов. Так далеко на востоке нет ничего, кроме Вистельского моря.
– Это не ваша вина, принц Байр, – вместо этого мягко говорит кухарка. – Похоже, похищение было спланировано – это произошло бы независимо от того, как хорошо вы за ними следили.
– У них должно было быть больше охраны, – отвечает Байр, и его голос начинает звучать грубее.
– У двух маленьких высокогорных лордов? – спрашивает кухарка, в то время как ее глаза скользят в сторону Виоли и Леопольда. Байр улавливает ее предупреждение и быстро кивает.
– Конечно, это может быть лишним, – оживленно говорит он. – Но так получилось, что я все равно еду на озеро Олвин по другому делу. Мой отец сейчас не может покинуть Элдеваль, но кто-то должен отвезти прах Киллиана на восток.
Виоли хмурится. Киллиан, как она знает, – это умерший фривийский принц, брат Байра. Но он умер еще несколько месяцев назад. Признаться, она ничего не знает о фривийских траурных традициях, но слишком уж долго они ждали, прежде чем развеять прах.
– Нам понадобится провизия, если это возможно, – продолжает Байр.
– Конечно, я обо всем позабочусь, – говорит кухарка, и ее голос смягчается. – А теперь идите, нам нужно подать ужин.
Байр слегка улыбается поварихе и после слов благодарности выходит за дверь. Леопольд колеблется всего секунду, прежде чем последовать за ним, и Виоли понимает, что он собирается сделать что-то безрассудное. Она собирается последовать за ним, но повариха преграждает ей путь.
– У тебя не будет перерыва до конца ужина, – говорит она стальным голосом.
После
